школу. Надеюсь, ты меня не сдашь?
Ответила она не сразу. А когда снова заговорила… скажем так, была раздражена.
— Что? Значит? Отмазка? — прорычали мне в трубку.
— То и значит, — вздохнул я устало. — Но это точно не телефонный разговор, особенно в такую рань.
— Где ты сейчас, Синдзи?
— На базе, где ж еще.
— На какой базе?
От же ж, действительно — она же не в курсе. У нее же нет брата Райдона, который обо всем ее просветит. Туплю спросонья.
— На своей базе.
— На… своей? Что-то я… И зачем тебе?.. Опять будешь делами своими прикрываться?
— Я тебя умоляю, красавица, хорош мне мозг выносить, особенно поутру. Все у меня нормально, иди уже в школу.
— Мозг выносить, значит? Поутру? — И замолчала. Видимо, пытаясь успокоиться. — Знаешь, мелкий, я сейчас обижусь. И тогда реально вынесу тебе мозг. Хуком справа.
Даже если она сейчас повесит трубку, я уже не засну.
— Не надо хука справа. Чего ты от меня вообще хочешь?
— Рассказывай, что происходит.
Ну, блин, и запросы у нее.
— У меня так много дел образовалось, что я взял больничный.
— Да что это за дела такие?
Вот настырная.
— Мои дела.
— Да уж понятно, что не мои. Конкретней можно?
Это уже наглость.
— Мои. Дела. Что в этих двух словах тебе не понятно?
И опять молчание.
— Что ж, понятно. — Ну вот, обиделась. — В таком случае, выздоравливай быстрей. — После чего, даже не сказав «пока», отключилась.
Ну вот что она за девчонка? Задает вопросы, за которые Анеко получила бы заряд бодрости в виде «яки», а все туда же, в обиду. Не-е-ет, не верю, что она может, как ее мать, вдруг превратиться в идеальную жену. Ох, наплачется с ней будущий муж. А ведь он будет из клана — вряд ли Кента выпустит из рук будущего Виртуоза.
Потом был душ, пробежка, тренировка со Святовым, завтрак. После тренировки, когда я возвращался в свою каморку в штабе, столкнулся с одним из роботов-охранников, активированным сразу после того, как мы дали понять Змею, кто на него нападает. Ох, и намучились же мы с ним. После активации мы с Фантиком четыре часа сидели, проговаривали ему установки. Кто самый главный, кто не очень, кто может отдавать приказы, кто нет, где патрулировать, на что и на кого обращать внимание, а на что нет. Его действия в той или иной ситуации. Из-за того, что мозги робота были не человеком сделаны, то и настройка происходила не по-человечески. Хорошо, что существовал список того, что надо объяснить этой машине в первую очередь. Что и как. Зато ее невозможно взломать, а со временем она становится все умнее и умнее, начиная самостоятельно учитывать различные нюансы. Что интересно, эти роботы не из тех, кто будет веками патрулировать никому не нужную территорию, ожидая давно умерших хозяев. Если убить всех, кто может отдавать роботу команды, то происходит сброс настроек, и он становится фактически ничейным. Приходи и бери. Проблема в том, как донести до него, что все мертвы. Вроде как, если он не увидит ни одного из хозяев в течение ста четырнадцати лет, то система переходит в режим ожидания со сбросом прежних установок. Именно так и вели себя те первые роботы-охранники, которые были найдены в руинах Древних. Еще их можно купить, точнее передать. Старый хозяин говорит роботу, кто новый хозяин, и тот сам сбрасывает прежние настройки. Мне же достались совершенно новые машины, у которых до меня хозяев не было.
В общем, проводив взглядом это чудо от машинерии и покачав головой на его внушающий вид, зашел, наконец, в штаб.
Пройдя в кабинет, отметил, что почту с КПП уже принесли. Тоже вот… тот еще гемор был, зарегистрировать почтовый адрес базы. Даже лично в кое-каких кабинетах посидеть пришлось. Сверху горки конвертов лежал ответ на мой запрос по родственникам тети Наташи. Как выяснилось, из живых у нее была только тетка, еще двадцать лет назад уехавшая из России в Персию. Ту самую, что в моем мире уже давно называется Ираном. После Первой мировой Персия была на грани, но, как ни странно, выдюжила, а после Второй мировой даже приподняться умудрилась, уверенно догоняя свои прежние позиции. Как я слышал, у них там неплохая линейка МПД.
Но это все так… не удержался, остальной почтой я занимался после завтрака и затратил на нее больше часа.
Завтра идти на отпевание Натальи. Всё решили сделать по местным традициям… точнее, я так решил. На самом деле Наталья никогда не была замечена в особой набожности, так что ей, наверное, было бы все равно, а вот местным привычней и спокойней, если все пройдет, как они привыкли. Раз уж она не оставила завещания, в котором упоминается эта тема.
Лично я оставил. И там четко сказано — без всяких церемоний кремировать и развеять пепел. Где угодно развеять. Вы только не подумайте, что я какой-то там безбожник или атеист. Нет. Совсем нет. Когда мимо вас, уставших, грязных, раненых и загнанных, проходят призраки четырнадцати русских бойцов в полной выкладке, которые, как потом выяснилось, отсекли преследователей — после такого очень трудно считать, что ТАМ ничего нет. Но мне не нужно спокойствие. Когда все закончится, я сам пройду ту дорогу, если надо, как и всю свою жизнь — с боем, а если не получится, то не беда, присмотрю за живыми.
В общем, завтра отпевание. А сегодня надо съездить с Казуки в магазин и купить ему подходящий костюм. Да и мне тоже. Кроме того, что основная часть моей одежды находится дома, так у меня еще и ничего подходящего нет.
В полдень собрал местное начальство на совещание. Антипов, хоть его положение и непонятно, Святов с Куродой, Судзуки с Таро и наш гений от финансов — Хигаси. Проще всего было с Антиповым. У него, как оказалось, все есть, всего хватает и ничего не надо. С остальными я провозился два часа, выслушивая, записывая, поддакивая и обещая обеспечить. Не забывая и свои начальственные приказания отдавать.
— Ладно, — произнес я, потирая переносицу и откладывая в сторону листок со списком спецов, которые понадобились Таро, — с этим понятно. С Танакой я поговорю. Будут тебе специалисты. От Беркутова что-нибудь было? Помимо счетов.
— Да вроде ничего такого, — ответил Таро. — Хотя… он обмолвился, что первая партия гражданских уже готова к переезду. Даже список прислал.
— В каком смысле обмолвился?
— Ну, вроде как он еще собирает людей, но если нам надо, эти уже могут выехать.
— Если нам
