Эйвонского тумана. И только Мэдди по-прежнему улыбалась и словно бы источала невидимый свет – иначе говоря, была счастлива.
А счастье, как известно, заразительно.
По дороге в кофейню нас прихватил дождь. Крупные капли забарабанили по крыше автомобиля, ветер всколыхнул верхушки деревьев и пересчитал черепицу на крышах домов, где-то вдали полыхнуло, затем громыхнуло… Однако ненастье не продлилось долго. Грозу отнесло в сторону, и солнечные лучи – не такие жаркие, как в полдень, но всё же по-летнему настырные – ощупали город, стирая влагу; воздух вдали дрожал и колебался, точно над кипящей кастрюлей, а в небе проступила торжественно-яркая арка радуги.
Мы проехали аккурат под ней, и Лайзо сказал, что это к удаче.
На весь оставшийся день погода установилась великолепная. Гостей в «Старом гнезде» было немного больше обычного – многие из постоянных посетителей, собиравшихся прийти накануне, но испугавшихся бури, надумали заглянуть сегодня. В середине дня я едва нашла несколько минут, чтобы коротко перекусить и перемолвиться парой слов с Миреем и с Георгом, а затем долгое время даже присесть не могла, пока в кофейню не заявился Эллис и не похитил меня у остальных гостей. Ему это, разумеется, дозволялось – все знали о его особом положении, а сегодня он к тому же принёс очаровательно крошечный букетик маргариток для Мадлен, чем окончательно всех покорил. Сперва она хотела приколоть цветы к корсажу платья, но затем пожалела их и, поставив в бокал с водой, отнесла наверх, в свои комнаты. Мы же с детективом заняли обычное место – за ширмой в общем зале.
– Есть новости? – спросила я, подождав, пока он утолит первый голод тёплым паштетом – проявлять любопытство сразу было бы жестоко. – Судя по вашему лицу, либо ничего существенного, либо нечто неутешительное.
– В точку, – вздохнул Эллис. И досадливо добавил: – Какое-то наваждение, право слово.
Во время нашей прошлой встречи он обмолвился, что хочет «сосредоточить усилия на достижении возможного» – то есть перестать гоняться за всяким загадочным незнакомцем, который косо посмотрел в сторону Мэдди, и выбрать тех, кого можно опознать и поймать. То есть случаи, когда кто-то пытался разбить окно камнем, подкидывал записки или выкрикнул нечто оскорбительное и убежал, следовало позабыть – и уделить внимание тем ниточкам, размотать которые проще.
Хвала Небесам, что мы ещё не обо всех подозрительных происшествиях ему докладывали, иначе бы ему бы пришлось разорваться, чтобы везде успеть.
– Новая тактика принесла плоды, – подытожил детектив. – Вместо того чтоб прочёсывать весь Бромли частым гребнем, я выбрал несколько головоломок – и постарался их решить.
– Удачно? – я пригубила кофе. На вкус он отдавал цветами и мёдом, но сам по себе не был ни сладким, ни чересчур ароматным… надо спросить у Георга позже, что это за новый рецепт.
– Как сказать, – Эллис задумчиво постучал пальцами по столешнице. – Начнём с простого. Я нашёл дурня, который рискнул облить помоями порог «Старого гнезда» и про которого вы мне забыли в своё время рассказать, разумеется, совершенно случайно. Негодяя приметил мистер Салливан – знаете такого?
– Как же не знать! – искренне обрадовалась я. Рой Салливан, человек простого происхождения, но самых честных нравов, уже много лет поставлял нам свежие фрукты для десертов. – Он живёт тут недалеко.
– По соседству, да. И встаёт с солнцем, что вышло нам на руку, – уточнил Эллис. – Стоило мне услышать описание «негодяя с ведром», как я сразу вспомнил: ну конечно же, дело о повешенном! Помните, я рассказывал, как одна почтенная торговка удушила брата, чтобы передать непутёвому сыну прибыльное семейное дело? Так вот, наш непутёвый оказался ещё и недалёким. Прочитав в «Сплетнях» ту злополучную статью – видите, ла Рон всё же виноват – этот дурень не придумал ничего умнее, кроме как заявиться к кофейне и облить порог вонючей жижей. И он даже не сообразил, что соседи наверняка запомнят хорошо одетого мужчину, который тащит грязное жестяное ведро.
Я, признаться, удивилась.
– Он даже не скрывался? Не замотал нижнюю часть лица шарфом, к примеру?
– О, он сперва так и сделал, – елейным голосом откликнулся Эллис. – Но, как заявил нам на допросе, было слишком жарко. Ему стало трудно дышать, он снял платок и убрал его в карман прямо перед носом у свидетеля. Долгих лет жизни мистеру Салливану, а нам всем – терпения, ибо, чувствую, одним сердитым остолопом дело не ограничится. Но это, Виржиния, как раз тот случай, за который я спокоен, – и у него снова вырвался вздох. – А вот остальные четыре…
Когда он начал рассказывать, мне, признаться откровенно, подурнело: выяснилось, что Мэдди утаивала больше половины из того, что происходило в последние недели. Кое-что доходило в виде слухов, обмолвок Георга или неудачных шуток Рене Мирея – например, история о бедолаге, который полчаса швырял камни в окно и ни разу не попал. О подоплёке других происшествий я догадывалась, пусть и не знала наверняка – взять хотя бы помои на крыльце, которые там явно появились не случайно. Но Мадлен ни разу не упоминала о том, как старуха-гипси схватила её за подол и воткнула иголку в рукав, крикнув: «Проклинаю!». Или о том, как на прогулке откуда ни возьмись появились мальчишки-попрошайки, окружили и начали дёргать за одежду – хорошо, что Мэдди гуляла с Эллисом, и он, конечно, не дал в обиду любимую невесту. И я совсем ничего не слышала ни о воришке, который попытался вскрыть замок, но был застигнут на месте преступления и сбежал. Или об аферисте, который пытался продать шкатулку с камнями под видом семейных драгоценностей, однако ею же и получил по голове…
– Мадлен не хотела беспокоить вас, Виржиния, как не хотела беспокоить и меня, – невесело заключил детектив. – Вы, вероятно, считали себя милосердной и благоразумной из-за того, что утаивали разные мелкие неприятности, дабы я попусту не волновался. И каково вам побывать в моей шкуре?
– Воспитание не позволяет мне подобрать точные слова.
– Вот и у меня слов нет, – мрачно поддакнул Эллис. – Я с трудом уговорил Мадлен быть со мной откровеннее и доверять чуть больше. А ведь она собиралась так дальше и скрывать происходящее, чтобы не доставлять никому неприятностей… Впрочем, оставим эту тему. Что же касается нападавших, то я нашёл их всех. И знаете, что удивительно? Ни с одним из них мы раньше не сталкивались. Им не за что
