— Я хочу жить. Я хотела помочь. — Она взяла лоскут материи и оттолкнула его руки, — Спасибо, что отрезал лоскут. Теперь я сама справлюсь. — Схватив за балахон, она подтянула его поближе. — Своей скульптурой ты показал нам, что такое настоящая жизнь. Спасибо тебе!
Ричард, улыбнувшись, сжал ей плечо.
— Я пыталась добраться до этого таракана. Ты сделаешь это?
Ричард, поцеловав палец, коснулся ее лба.
— Сделаю. Перебинтуйте себе ногу и лежите тихо, пока мы не овладеем ситуацией. А потом пришлем сюда людей на помощь.
Ричард снова двинулся вперед. Издалека доносились крики ярости и боли. Удравшие в лабиринты бесконечного дворца гвардейцы сражались с погнавшимися за ними людьми.
Ричард углядел затаившегося за углом дрожащего послушника. Тоже изображая послушника, Ричард надвинул капюшон и направился к орденцу. Тот явно обрадовался товарищу.
— Ты кто? — шепотом поинтересовался он и зажег в ладони небольшой волшебный огонек.
— Справедливость, — ответил Ричард, глядя в расширившиеся глаза, и вогнал клинок прямо в сердце врага. Высвободив меч, Ричард снова спрятал клинок. Никки наверняка отомстит. Но с этим, похоже, он ничего не может поделать. Никки неоднократно разъясняла Ричарду, что выбора у него нет. Он обречен как минимум не путаться у Ордена под ногами. Если бы только существовал способ заставить Никки увидеть истину, вынудить ее помочь ему! Иногда выражение ее голубых глаз казалось поразительно близким к пониманию. Он знал, что Никки неравнодушна к нему. Ему хотелось воспользоваться этим ее отношением, чтобы заставить ее увидеть реальность, помочь ему, чтобы она сбросила свои оковы, но он не знал, как это сделать.
Услышав топот бегущих гвардейцев, Ричард отступил в черноту одной из комнат. Когда гвардейцы свернули в коридор, он выхватил меч. Едва они приблизились, он выскочил из дверей и снес первому голову. Второй сделал выпад, промахнулся и занес меч для следующего удара. Ричард вогнал меч ему в живот. Раненый гвардеец завалился на спину, соскользнув с пронзившего его клинка. Прежде чем Ричард успел его прикончить, в коридор вывалились еще люди. Гвардеец с пропоротыми кишками больше не представлял проблемы. Ему предстоит много часов мучительной агонии.
Ричард снова отступил в темный проем, заманивая гвардейцев за собой. Он замер в темноте, и солдаты, тяжело дыша, влетели за ним следом. Под их сапогами скрипел мусор, и Ричард, ориентируясь лишь по звуку, перебил их всех. Шесть человек полегли в темной комнате прежде, чем остальные удрали.
Ричард побежал на звук взрывов. Каждый взрыв сопровождался огненным заревом, озарявшем темные коридоры, и Ричарду приходилось прикрывать глаза, чтобы не потерять ночного зрения. Когда ослепительное сияние затухало, он продолжал быстро продвигаться в том направлении, откуда оно исходило.
Коридоры во дворце тянулись на многие мили. Некоторые выходили на площадки, где еще ничего не было построено. Другие шли вдоль стен без потолков. Но некоторые коридоры походили на черные ущелья, прикрытые либо потолком, либо крышей. Ричард спускался по ступенькам во тьму, в нижние помещения дворца, на рев волшебного огня.
Внизу, под основным зданием, пролегала паутина смежных помещений, сотканная из путаной цепочки комнат и узких коридоров. Пробираясь по лабиринту темных комнат, пролезая через дыры в недоделанных стенах и пустые дверные проемы, Ричард неожиданно налетел на вооруженного мечом человека в плаще. Он знал, что никто из его людей не вооружен.
Человек обернулся с мечом на изготовку, но, поскольку Ричард был в балахоне, он понимал, что этот человек может оказаться вовсе не врагом.
В проблеске лунного света Ричард вдруг узрел рукоятку Меча Истины за плечом незнакомца. Кэлен!
Он в шоке застыл. Она же видела лишь стоящую в лунном свете фигуру в коричневой рясе — послушника. Клобук скрывал его лицо.
И в то же мгновение, прежде чем он успел окликнуть Кэлен, Ричард увидел позади нее кого-то, бегущего в их сторону. Никки.
За доли секунды Ричард вдруг понял, что ему делать. Это его единственный шанс — единственный шанс Кэлен — освободиться.
В это мгновение кристальной ясности его окатила волна ужаса. Он не знал, сможет ли осуществить задуманное.
Но он должен. Выхватив меч, Ричард парировал выпад Кэлен.
А потом атаковал ее.
Он нападал на нее с контролируемой силой, чтобы ненароком не поранить. Он знал ее манеру сражаться. Знал, потому что сам обучил ее. И изображал неловкого, но удачливого противника.
Никки приближалась.
Ричард не мог надолго затягивать это дело. Время должно быть рассчитано тютелька в тютельку. Он дождался момента, когда Кэлен немного потеряла равновесие, а затем нанес мощный удар по ее мечу возле эфеса. Она вскрикнула, когда меч вылетел у нее из рук, а саму ее от удара развернуло, как Ричард и рассчитывал.
Кэлен не колебалась ни секунды. Мгновенно, не замедляя разворота, она выхватила Меч Истины. Воздух зазвенел так хорошо ему знакомым уникальным звоном.
Кэлен резко крутанулась с мечом наготове. На долю секунды он увидел в ее глазах жуткую всепоглощающую ярость. Было больно видеть это выражение в прекрасных зеленых глазах Кэлен. Он знал, что меч делает с человеком.
Ричард ушел в свой собственный внутренний мир. Он знал, что ему делать. Он не испытывал никаких эмоций. Он парировал удар, направляя выпад туда, куда хотел, чтобы она направила клинок. Ему было необходимо вынудить ее ударить именно туда, если будет хоть малейший шанс.
Стиснув зубы, Кэлен направила меч в то место, которое он специально приоткрыл для нее.
Кэлен пребывала в царстве неконтролируемой ярости. В то мгновение, как она взялась за рукоятку. Меч Истины наполнил ее клокочущей яростью. Ничто в мире не было приятней чувства, что вот сейчас она убьет им. И Меч тоже требовал крови.
Эти люди захватили Ричарда. Эти братья исковеркали им с Ричардом жизнь. Эти люди подослали убийц к Уоррену.
И вот теперь она прикончит одного из них.
Она завизжала, делая выпад, завизжала от ярости и от жажды крови. Как чудесно иметь под рукой отличный объект, на который можно выплеснуть эту ярость.
Он допустил ошибку — приоткрылся. Не колеблясь, она с холодной яростью нанесла колющий удар.
Он попался.
Ричард почувствовал, как меч вонзился в него. Ощущения оказались совсем не те, что он ожидал. Это больше походило на могучий удар киркой по статуе.
Его рот раскрылся. Теперь пора. Он должен остановить ее. Не дать нанести еще больший ущерб. Он должен сделать это немедленно. Если она вонзит меч глубже, вспорет ему живот еще сильней, Никки не сможет вылечить его. Она способна излечить максимум уже имеющееся у него ранение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
