— По-вашему, Жискар может причинить мне вред?
— Чтобы защитить меня? Несомненно. В случае абсолютной необходимости он вас убьёт.
— Это вы уже выдумываете.
— Вовсе нет, — ответил Бейли. — Дэниел и Жискар получили инструкцию защищать меня. И Первый Закон был в этом смысле подкреплен со всем искусством, на какое способен доктор Фастольф, — причём конкретно для меня. Прямо мне этого не говорили, но я не сомневаюсь, что так и есть. Если роботам придётся выбирать между вредом для вас и вредом для меня, пусть я и землянин, их выбор предрешен. Полагаю, вы прекрасно понимаете, что у доктора Фастольфа нет особого желания оберегать вас.
Амадиро засмеялся, а потом сказал с широкой ухмылкой:
— Не сомневаюсь, что вы правы во всём, мистер Бейли, но очень хорошо, что вы это изложили. Вы знаете, дорогой сэр, что я тоже фиксирую наш разговор, я же с самого начала предупредил вас и теперь очень рад своей предусмотрительности. Доктор Фастольф, возможно, сотрет заключительную часть нашего разговора, но, не сомневайтесь, я его примеру не последую. Из ваших слов ясно, что он готов с помощью роботов причинить мне вред, даже убить меня, если сумеет, тогда как из нашего разговора — да и любого другого — никак не следует, что я планирую физические посягательства на него или даже на вас, мистер Бейли. Так кто же из нас злодей? По-моему, вы это ясно показали, и давайте на этом закончим нашу беседу.
Он встал, всё ещё улыбаясь, и Бейли, судорожно сглатывая, тоже встал — почти машинально.
— Впрочем, — продолжал Амадиро, — я хочу ещё кое-что добавить. Не о наших мелких недоразумениях здесь на Авроре. О вашей проблеме, мистер Бейли.
— Моей проблеме?
— Пожалуй, мне следовало бы сказать — о проблеме Земли. Мне кажется, вам очень-очень хотелось бы выручить беднягу Фастольфа, избавить его от последствий того, что он сам же натворил, так как вы верите, будто это даст вашей планете шанс для экспансии. Разуверьтесь, мистер Бейли. Вы глубоко заблуждаетесь — вляпались, если прибегнуть к вульгарному выражению, на которое я набрел в одном из исторических романов о вашей планете.
— Мне оно незнакомо, — холодно сказал Бейли.
— Я хочу сказать, вы понимаете всё как раз наоборот. Видите ли, когда Законодательное собрание поддержит мои планы (заметьте, я говорю «когда», а не «если»), Земле, не спорю, придётся довольствоваться собственной Солнечной системой, но, в сущности, для её же пользы. Перед Авророй откроется перспектива учреждения безграничной империи. Если тогда мы будем уверены, что Земля останется просто Землей, причём навеки, нас она перестанет заботить. Имея в своем распоряжении всю Галактику, мы не посягнем на единственный мир землян. И даже не откажемся помочь сделать этот мир более комфортабельным для его населения, насколько это окажется практичным. С другой стороны, мистер Бейли, если аврорианцы пойдут навстречу желанию доктора Фастольфа и разрешат Земле отправлять в космос собственных поселенцев, весьма скоро всё больше и больше аврорианцев начнут понимать, что Земля захватит Галактику, а мы будем окружены, заперты, обречены на упадок и гибель. А уж тогда я ничего сделать не смогу. Моё собственное расположение к землянам окажется бессильным перед бурей подозрений и предубеждений, которая ничего хорошего Земле не сулит. А потому, мистер Бейли, если вы действительно принимаете близко к сердцу благо своих сопланетников, должны думать только о том, как бы Фастольфу не удалось навязать Авроре свой губительный план. Вам следовало бы стать моим союзником. Вы поразмыслите. А я сказал вам всё это, поверьте, только из самых дружеских чувств и симпатии к вам и к вашей планете.
Амадиро улыбался всё так же широко, но совсем уж волчьей улыбкой.
57
Следом за Амадиро Бейли и его роботы покинули кабинет и пошли по коридору. Амадиро остановился у одной из дверей.
— Не хотите ли воспользоваться удобствами перед дорогой?
На секунду Бейли недоуменно нахмурился. Но тут же вспомнил, что означает старинный эвфемизм, который употребил Амадиро. Он ведь тоже читал старинные романы!
— Какой-то древний генерал (забыл его имя), учитывая возможные неожиданности, однажды порекомендовал: «Если есть возможность помочиться, не упускай её!»
Амадиро широко улыбнулся:
— Превосходный совет. Почти не уступающий моей рекомендации серьёзно обдумать мои слова… Но, кажется, вы всё-таки колеблетесь? Неужели вы вообразили, что я устрою вам ловушку? Поверьте, я не дикарь. Вы мой гость, и одно это обеспечивает вам полную безопасность.
— Если я и колеблюсь, — осторожно ответил Бейли, — то потому лишь, что не знаю, насколько прилично мне, неаврорианцу, воспользоваться… э… вашими удобствами.
— Вздор, мой дорогой Бейли. Есть ли у вас выбор? Нужда диктует свои условия. Прошу вас, воспользуйтесь. Хотя бы в доказательство того, что лично я свободен от аврорианских предрассудков и желаю вам с Землей всяких благ.
— А не могли бы вы доказать это ещё нагляднее?
— Каким образом, мистер Бейли?
— Продемонстрировав, что стоите выше предрассудков вашей планеты, касающихся роботов…
— Таких предрассудков вообще нет, — быстро перебил Амадиро.
Бейли глубокомысленно кивнул и докончил фразу:
— …разрешив им войти в Личную вместе со мной? Без них я теперь чувствую себя неловко.
На мгновение Амадиро будто растерялся, но справился с собой и ответил почти без паузы, хотя и хмуро:
— Пожалуйста, мистер Бейли.
— Но тот, кто внутри, может возмутиться. Мне не хотелось бы стать причиной скандала.
— Там никого нет. Это одноместная Личная, и, если она занята, горит предупредительный сигнал.
— Благодарю вас, доктор Амадиро, — сказал Бейли, открывая дверь. — Жискар, войди.
Жискар явно заколебался, но не возразил и вошёл, а за ним по жесту Бейли и Дэниел. Но тот взял Бейли за локоть и увлек за собой. Пока дверь закрывалась, Бейли успел сказать:
— Я недолго. Ещё раз спасибо за разрешение. — Он старался выглядеть беззаботным, но внутри у него всё сжалось. Какой неприятный сюрприз ждет его тут?
58
Однако Личная была пуста. И меньше, чем в доме Фастольфа. Её даже обыскивать не потребовалось.
Жискар и Дэниел молча встали у самой двери, точно стараясь не заходить в помещение дальше самого необходимого.
Бейли хотел заговорить нормальным голосом, но у него получилось одно сипение. Откашлявшись с ненужной громкостью, он выговорил:
— Вы можете отойти от двери… и, Дэниел, тебе молчать необязательно. (Дэниел бывал на Земле и знал, что там в Личных разговаривать не принято.)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
