Когда я договорил и снова откинулся на спинку, на глазах многих женщин поблескивали слезы, а девушки уже торопливо разворачивались в сторону деревни.
— Они лежат в гостинице, и там горничные и кухарки, — тихо сообщил мне медведь, явно чувствуя себя виноватым за то, что не предупредил вожака заранее.
— Ты не понимаешь, — мечтательно вздохнул я, краем глаза наблюдая, как моя личная команда сиделок загружается в повозку, — как целебно действует на пациентов девичья душевность. Пошел, Ворон!
— Ну где мне, — с ехидцей проворчал Таилос, упрямо шагая следом, — я же не пациент…
Как вскоре выяснилось, топал за мною он вовсе не один. Мне пришлось собрать все самообладание, чтоб удержать на лице несчастное выражение, когда, повернув Ворона с моста на дорогу к холму, я рассмотрел следующую за мной повозку и не отстающую от нее толпу оборотней.
Впрочем, очень скоро я сообразил, что будет очень некрасиво не пустить сородичей хотя бы во двор, и остановил свое создание.
— Таилос… — мне уже неимоверно опротивело говорить тоном тяжелобольного, но иначе его не проймешь, — объясни домочадцам, что обо мне теперь есть кому позаботиться, пусть идут отдыхать. Иначе я встану…
Договаривать не пришлось, медведь твердой рукой прижал меня к спинке кресла и направился к сородичам. Через несколько секунд все уныло повернули назад, и мне не нужно было убирать превратившуюся в щит шапочку, чтоб проверить их эмоции.
— Я пойду с вами, — объявил медведь безапелляционно, когда мы дошли до ворот и обнаружили возле них двоих оборотней с увесистыми корзинами. Определенно, Тирох решил, что меньше чем ведром бульона меня не поднять.
— Чтоб понести корзины? — коварно осведомился я, въезжая в калитку прямо на Вороне.
Оставлять его на попечение оборотней я не собирался, мальчишки за один день укатают создание или, еще хуже, перекормят. Пусть лучше бегает по холму. За эти дни посеянная мной ограда выросла уже в рост человека, и я мог не волноваться, что вокруг нее будут стоять любопытные.
— Ну да. — Медведь запоздало сообразил забрать у посыльных ношу. — Идите отдыхайте, я сам все сделаю.
Пропустив в калитку медведя и слезших с повозки девушек, я впереди всех поехал по тропке к домику и успел соскользнуть с Ворона раньше, чем мои домочадцы сообразили, что неплохо бы ввести несчастного отца под руки. И даже добраться до дивана сумел, когда меня настиг укоризненный голос Таилоса:
— Иридос!
— Ну я Иридос, а что ты так кричишь? Я же не инвалид, а просто переутомившийся маглор. Подставь лучше стол поближе, будем ужинать.
Девушки, рассматривавшие мой домик с живым интересом, при этих словах бросились накрывать на стол, и вскоре мы все вместе дружно поглощали извлеченные из корзины кушанья. И как мне ни стыдно признавать, но в моем усталом мозгу не было ни одной мысли о том, как отыскать и выловить проклятого самозванца. Я был уверен, что он сам подписал себе приговор, когда решился напасть на маглора. И теперь все магистры плато не успокоятся, пока не развеют его как результат самого неудачного эксперимента. Несомненно, это жестоко, и мага с любым другим даром мы попытались бы перевоспитать, сменить ему цели и идеи. Но только не ментала, на нас любое заклинание подчинения само исчезает через несколько часов или минут, в зависимости от уровня силы.
Поэтому я тайком посматривал на упорно молчавшую ведьмочку, скромно севшую дальше всех от меня, и строил планы, как быстрее выдворить Таилоса, отправить спать ее подружек и наконец заняться решением личных проблем.
Разумеется, это было очень нечестно и далеко не по-дружески, и моя совесть давно свербела как заноза, которую нельзя вытащить магией. Но у меня было несколько очень убедительных доводов в защиту такого намерения. Во-первых, пока не пойман неуловимый ментал, никто из дома — ни Таилос, ни даже Ренгиус — не защищен от нового нападения, и потому я пока просто не имею морального права открывать никакие тайны. Во-вторых, ни честь, ни гордость девушек не пострадают, они оборотни и воспитаны как оборотни. А о том, чтоб они не таили на меня обид, позаботятся украшения, которые каждая получит за помощь раненому вожаку. Ну и наконец, маглор тоже человек и кроме работы и борьбы с негодяями хочет немного тепла и нежности. Или не немного… но об этом пока рано мечтать.
А вот насчет самой последней части плана я пока не был уверен. Как разговаривать с Анэри, если она нашла веские поводы рассориться со мной всерьез?! Отругать или… Нет, ничего умного что-то в голову не приходит, и остается терпеливо ждать удобного момента и положиться на судьбу.
И она не подвела, не успели мы доесть жареного гуся, как сигналки зазвенели и сообщили мне, что у калитки стоит Орисья.
— Таилос, — мягко сообщил я, — там за тобой жена пришла.
— Это она тебе снадобье сварила, открой, — скомандовал он.
— Таилос, — еще душевнее сказал я, — забери, пожалуйста, у нее зелье и отдай… ну вот хоть Терне. Девушки меня напоят. А сам проводи жену домой и тоже отдыхай, ночь на дворе. Я сегодня больной маглор, и у меня просто нет сил… ни на что.
— Как хочешь, — помрачнел медведь, встал и направился к двери.
Понятливая Терна торопливо побежала за ним.
— А ты собери пока объедки и выстави миску моему Ворону, — скомандовал я второй оборотнице, даже не надеясь, что успею поговорить с ведьмочкой.
Всего лишь хотел как можно быстрее разделаться со всеми заботами. Однако Анэри считала иначе, едва за девушками закрылась дверь, сердито, но тихо фыркнула:
— А Лавена говорит, маглорам нельзя обманывать.
— А где ты видишь чистопородного маглора? — с преувеличенным вниманием огляделся я, и даже за диван заглянул, но ее это не рассмешило.
— Маглор Иридос, вот зелье. — Влетевшая Терна запыхалась так, словно за ней гнались.
— Умница, — ласково кивнул я и приказал: — Налей в кружку. Налила? А теперь выпей и скажи, какая трава там лишняя?
Нет, всерьез я не думал, что ведьма на самом деле добавила что-то ненужное, просто хотел чем-то занять сиделку, пока не вернется ее подружка. Магии у меня и в самом деле пока маловато, да и бросать заклинание сна сразу на двоих удобнее. Но она подошла к заданию очень серьезно, выпила маленький глоток, посмаковала, попробовала еще и вдруг начала краснеть.
— Н… не знаю.
— А ну-ка, дай я. — Ведьмочка что-то заподозрила, торопливо схватила кружку, отпила несколько капель зелья и скривилась, как от уксуса. — Она, наверное, ошиблась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
