может заключаться в объявлении вселенского переворота, наступлении новой антихристовой эры.
Таким образом, мы видим, что каббалистическую символику, каббалистический понятийный аппарат зачастую брали на вооружение различные секты и тайные ордена, никакого отношения к иудаизму не имевшие. Точно так же мы видим, что и среди самих иудейских авторитетов не было и нет единого представления о каббале. Но мы можем с точностью утверждать, что карты Таро были тесно увязаны с каббалой и ее символикой, западными чернокнижниками и оккультистами в конце XIX века (двадцать две буквы и десять Сефирот каббалы — основа системы Таро). В 1856 году в своей работе «Учение и ритуал высшей магии» сатанист Элифас Леви связал каббалу и Таро, ассоциируя Старшие арканы Таро с буквами иврита, а значит, и с путями Каббалистического дерева. Поэтому, изучая надпись в Ипатьевском доме, российские «гебраисты» должны были обратить пристальное внимание на так называемые западноевропейские каббалистические ритуалы, а не зациклиться на классической иудейской каббале.
М. Б. Ямпольский писал, что «гадательное значение «Повешенного» — это «приостановка жизни, изменение, переход, жертвоприношение, возрождение. Но это и падение в самые глубины перед возрождением души, символизируемым десятым арканом— «Колесо фортуны». «Повешенный» также имеет значение погружения высшего духовного начала в материальные, нижние слои. Символ такого погружения — треугольник, чья вершина обращена вниз (в этом смысле «Повешенный» дублирует перевернутое дерево, растущее из высших идеальных сфер в область материального)»{1249}.
Приведенная выше цитата явно указывает на сатанинский смысл «Повешенного».
Конечно, тайна «четырех знаков» остается полностью нераскрытой до сих пор. Но в принципе ее полное раскрытие не столь уж важно. Главное, что в ней силы зла точно обозначали свое присутствие и причастность к совершенному преступлению. В связи с этим невозможно не согласиться с Энелем: «Чувство страха, которое охватывает при мысли об этом оккультном действии, мучительно. Угроза надгробной надписи преследует, как очень древняя угроза, направленная против всего мира.
Действие Зла упорно, непримиримо и скрытно. Очень редко оно раскрывается благодаря трагическому происшествию, подобному убийству Царя, но человечество, плохо или совсем не предупрежденное, поглощено своими интересами, своими вожделениями, своими удовольствиями и не придает веры предупреждающему «мене, текел, фарес».
Зло — неутомимый работник — продолжает расставлять свои сети, изменять соблазны, предназначенные для жадного и слепого человечества, и близок день, когда оно рассчитывает преградить человеку последний выход.
Но есть спасение! Оно единственное. Оно кроется не в силе оружия, не в пролитой крови, потоки коей лишь служат пищей Злу. Спасение является в виде победы в деле борьбы духа, в коей щит — это Церковь Христова, а меч — Святой Крест нашего Спасителя.
И темные силы рассеются, и Свет победит»{1250}.
Усекновение глав Царственных Мучеников и глумление над их телами. Оказавшись в урочище «Четыре Брата» в 20 верстах от города Екатеринбурга по Старой Коптяковской дороге, возле Открытой шахты, следователь Н. А. Соколов в ходе проведенного кропотливого исследования и основываясь на добытых им и его предшественниками вещественных доказательствах, установил, что на этом самом месте уничтожались тела Царской Семьи и ее приближенных. Уничтожение это, по мнению Соколова, было осуществлено посредством расчленения тел убитых, помещением фрагментов тел между бревен, поливанием их бензином и сжиганием на костре с последующим уничтожением костных останков большим количеством серной кислоты. Доказательствами этого вывода следствия для Соколова служили: обнаруженные следы больших кострищ со следами воздействия кислоты на сжигаемое в них дерево, фрагменты костных останков крупного млекопитающего, вполне возможно, человека, следы выделяемого сала в почве, отчлененный палец человека, большое количество различных деталей мужской и женской одежды, принадлежавшей Царской Семье, части принадлежавших ей икон, драгоценностей и личных вещей, подвергавшихся воздействию огня.
Таким образом, обстоятельства уничтожения тел Царской Семьи, по версии следователя Соколова, во многом совпадают с ритуальным сатанинским убийством. Во-первых, мы видим искаженный чернокнижием иудейский обряд «жертвы всесожжения»: когда за грехи священства, грехи всего общества Израилева и т. п. полагалось тельца вынести «из стана на чистое место, где высыпается пепел», и сжечь его огнем на дровах (Лев. 3.10-4.15).
Во-вторых, в манипуляциях над телами четко прослеживается откровенный ритуал сатанистов. Вспомним, что говорят современные сатанисты об этом: «Останки вывозятся в лес, обливаются бензином и сжигаются, а затем закапываются. Документы убитого тоже сжигаются, а деньги идут в общак»{1251} (выделено нами. — П. М.).
Но кроме этих видимых следов сатанинского ритуала при манипуляциях с телами имеется еще одно весьма таинственное обстоятельство: в своих поисках Соколов не обнаружил ни одного человеческого зуба, хотя известно, что зубы хуже всего поддаются действию огня. Соколов не оставил своего мнения о причинах этого факта, но руководивший общим ходом расследования генерал М. К. Дитерихс одним из первых выдвинул свою гипотезу отсутствия зубов на месте уничтожения трупов: «Экспертиза установила, — писал он, — что находившиеся в районе шахты и в шахте кусочки драгоценностей имели определенные следы отделения их от тела каким-то рубящим оружием. Остается допустить, что Исаак Голощекин и Янкель Юровский для сокрытия тел разрубали их на части. <…> На откосе котлована нашелся вязанный Государыней Императрицей шнурок от мешочка, найденного раньше вместе с разбитой иконкой, на котором он носился на шее. Шнурок был перерезан или перерублен, что могло произойти или при желании лишить тело всяких наружных признаков опознания при погребении в земле, или при отделении головы от тела для сохранения головы в спирте. <…> Найденные на «полянке врачей «листки медицинского справочника, которым мог пользоваться только врач, указывают, что операция сокрытия тел требовала присутствия врача. Помощь его могла быть нужна или при обращении работавших с кислотой, или при каких-нибудь особых хирургических манипуляциях над телами. Палец, найденный в шахте, был, безусловно, отделен хирургически, совершенно чисто, по фаланге второго сустава. <…> Вся эта дикая операция порубки тел для большего удобства при сжигании, конечно, не требовала присутствия врача. Но если предварительно действительно отделялись головы у несчастных жертв Исаака Голощекина, если в таинственных трех железных бочках, увезенных потом назад в город на коробах, был спирт для заливки отделенных голов, то для этой
