на кого-то - или убегая. В последний миг ему удалось рассмотреть тонкую, изящную женскую фигуру в листве - но не удалось рассмотреть лицо, лишь широкие зеленые глаза, которые сменились степной травой. Существо странной комплекции неспешно собирало траву, набивая ей странного вида трубку - а затем резко обернулось, смотря на него светло-голубыми глазами, вокруг которых он в последнее мгновение успел разглядеть странную шерсть на лице.
Этериас тряхнул головой, отходя от потока видений. Кажется… Это были маги. Маги иных разумных рас, тех шести, сотворенных иными богами… Северных Великанов он знал - но вот кто такие остальные?
– Что ты хочешь от меня? – устало вздохнул архимаг. – Я должен найти их, или что?
– Ты волен делать всё, что считаешь нужным. – отозвался бог. – Это просто образы - чемпионы иных рас, которые теперь знают о твоей славе. Искать их тебе вовсе не обязательно. Что же до моих желаний… Мне печально видеть, как величайший маг нашего мира занимается самобичеванием, готовый закончить путь здесь и сейчас. Я хотел бы, чтобы ты прошел свою дорогу до конца - каким бы он не был. Чтобы ты никогда не сдавался, и сохранил добро в своей душе, как ты хранил его всегда. Ведь когда-то именно за это я выбрал тебя, помнишь?
– Этого я не могу обещать. – фыркнул Этериас. – Но я попробую. И, раз уж зашла речь об этом… Чем ты вообще занимался последние годы, раз пропустил всё происходящее.
– Мы с остальными создавали второй континент. – гордо отозвался Отец людей. – И закончили это дело. Теперь ты, да и всё остальные, можете отправиться туда.
– Через океан, кишащий морскими гадами? – скептически посмотрел на небеса бывший жрец. – Ради чего? Хочешь сказать, там прекрасная, идеальная земля богов, где всякий обретет своё счастье?
– Ну… Вообщем-то всё строго наоборот. – с некоторым смущением отозвался бог. – Весь континент превращен в смертельно опасные, непроходимые земли, полные самых смертоносных существ в нашем мире. А в самом центре этих земель спрятан наш шедевр - божественный лабиринт, который дает каждому разумному сложнейшее испытание в его жизни, которое только можно представить. Это идеальное место чтобы испытать и превзойти себя! Уверен, со временем оно станет жемчужиной нашего мира, куда будут стекаться гости из иных миров, ибо наградой за победу в этом испытании будет исполнение желания - почти любого, смею заметить.
– Это желание может вернуть всех погибших в прошлой войне? – вяло спросил Инвиктус.
– Увы, нет. Души тех, кто покинул наш мир, вне власти лабиринта. Некоторые ограничения в него есть - хотя, тем не менее, он способен исполнить желание, на исполнение которого, мы, боги, не сможем осуществить даже всем пантеоном. Так что не стоит недооценивать наш шедевр.
– Тогда я не заинтересован. – зевнул архимаг. – На ближайшее столетие для меня достаточно испытаний.
– Смотри, как бы не нашлись те, кто тебя опередит. – усмехнулся бог. – Но испытания - это дело добровольное. Думаю, со временем вы будете ездить туда просто на охоту. Рекомендую как-нибудь попробовать жаркое из ледяных мантикор на углях белого дерева под медовым соусом из меда красных пчел, хотя, конечно, это дело далекого будущего. Всё же, как архимаг, ты можешь прожить тысячи лет. Так что время у тебя будет. В остальном - не буду больше тебя задерживать. Захочешь поговорить - позовешь.
Этериас прищурился, вслушиваясь в присутствие божества. Его слова звучали странно - но ничего такого, о чём не могли предупредить священные книги. Однако была и другая вещь, которая заставляла его заподозрить подмену. Отец людей всегда воспринимался им как бескрайний, бесконечный океан силы - всемогущее существо, которому нет равных. Но теперь… Он словно бы стал иным. Как будто бескрайний океан обратился горой - всё еще большой, сильной, но с ней уже можно было и потягаться, если ты сам силен.
– Что-то не так с твоей силой… Она изменилась. – с задумчивой обеспокоенностью произнес бывший первожрец. – Словно бы ты стал, не знаю… Слабее? Меньше? Тебя ранили, или ты получил истощение сил после масштабного сотворения? Есть угроза для мира извне?
Небеса рассмеялись басистым, раскатистым смехом, медленно исчезающим вместе с божественным присутствием.
– Я совсем не изменился, сын мой. Просто ты вырос.
Этериас устало выдохнул - в очередной раз за этот день. А затем - пошел к своим людям, принимаясь исцелять их раны с помощью магии. Было ли дело в его новых силах, или в том, что их осталось мало - но сегодня его сил, впервые за всю войну, хватило на всех.
Глава 88. Во Тьме
Я проснулся один - в непроглядной, кромешной тьме, через которую не пробивались любые чувства. Кажется, ощупав окружение, я понял, что нахожусь в небольшом, покрытом рунами гробу или саркофаге - снаружи которого не раздается ни единого звука. Гравировка была незнакомая, и чувство магии молчало - словно бы я находился в пустоте, где нет ничего.
Помедлив несколько минут и прислушавшись к себе, я понял, что силы у меня ещё имеются - пусть и не так много, как хотелось бы. А затем, собрав их в единый удар, я выплеснул божественную смерть во всё стороны, раскалывая свой саркофаг на части.
Каменная темница разлетелась шрапнелью, которая немедленно срикошетила в меня - похоже, я находился в каком-то темном помещении. Но что было более странным, вокруг не было ни звуков, ни света, ни боли - ничего, словно бы что-то отрезало всё чувства. Чуть подумав, я приказал ранам закрыться, и потянулся к божественной силе, создавай небольшой шарик света.
И не увидел ничего - хотя отчетливо ощущал, что магия удалась. Выходит, я не нахожусь в темноте - а просто ослеп? Некоторое время я ощупывал свое тело и глаза, вслушиваясь в ощущения - странным образом приглушенные, очень слабые. А затем до меня дошло.
Я был ходячим мертвецом. Нежитью - совершенно целое сердце в груди не билось, кровь не текла по венам. Этим и объяснялась и слепота, и отсутствие боли, звуков и запахов…
Если не добавить особые варианты восприятия специализированной магией, обычная нежить ориентируется лишь на окружающую его жизнь и смерть, и в этом плане пространство вокруг было кристально чистым. Единственная сила, которая была вокруг - моя собственная.
Мне потребовалось
