не мог сдержать радости, но не осмелился двинуться первым. Поэтому он мог только созвать других вождей, чтобы обсудить, как разделить племя Авиногеса. В конце концов, его сила — самая слабая среди нескольких вождей. Причина, по которой он был избран великим вождем, была довольно сложной.
После смерти прежнего великого вождя Вудлея несколько вождей Нерулума боролись за место великого вождя. Когда война между ними вот-вот должна была разразиться, великий вождь Лаоса, Тула, послал срочное сообщение: «Есть опасность восстания Авиногеса».
Все вожди знают, как важен Лаос для Нерулума, поэтому, как только Авиногес успешно восстанет и захватит Лаос, Нерулум столкнется с нехваткой продовольствия. Кроме того, Лаос — это город из камня, с толстыми стенами, поэтому им будет трудно победить Лаос своими войсками. Поэтому им придется обратиться за помощью к соседнему Грументуму. Однако ситуация между Грументумом и Пиксусом тоже напряженная, и вот-вот начнется война. Поэтому они не смогут помочь Нерулуму в течение короткого времени. В условиях кризиса и при посредничестве жрецов они, наконец, пришли к соглашению. Чтобы сохранить равновесие, великим вождем был выбран Риам, который был самым слабым и не участвовал в борьбе за место великого вождя. Теперь новый великий вождь должен был полагаться на других вождей.
Великий вождь Риам подождал, пока соберутся все вожди. Когда он был готов начать обсуждение, его люди вошли с криками: «Великий вождь! Враг враг вошел в город!».
Все вожди встали в шоке.
«Что происходит? Где враг?». — спросил один из них.
«А… Алобамус дезертировал! Он привел греков!».
«ЧТО?». — Запаниковавшие вожди опрокинули столы и стулья и в спешке выбежали на улицу.
«Сколько здесь врагов?». — торопливо спросил Риам.
«Враги повсюду! Они уже проникли к волчьим племенам!».
Племя волков в настоящее время является самым могущественным племенем в городе, а теперь их захватили Риам мог только уныло сидеть на деревянном стуле и говорить про себя: «Все кончено все кончено».
Под стремительной и яростной атакой бригад Союза разрозненные воины Нерулума могли только отступать и в конце концов были вынуждены отступить в священный лес, окруженный стенами — именно там Нерулум поклонялись своим богам.
Тогда воины Союз окружили их, и под напоминание Багула Филесий не отдал приказ на штурм.
«Абину! Кесима! Уласа! Вы здесь? Я — Багул». — Багул стоял перед священным лесом и кричал. Наконец, кто-то откликнулся: «Багул? Ты Багул? Ты еще жив?».
«Под защитой бога Асину я не только жив, но и живу хорошо. Кесима, сдавайся вместе со своими людьми, включая других луканцев. Я могу заверить тебя, что вам не причинят никакого вреда». — Голос Багула эхом разнесся по безмолвному лесу.
Через некоторое время в лесу послышались драки и крики.
Филесий посмотрел на Багула, и Багул кивнул в знак того, что все в порядке.
Вскоре в лесу снова стало тихо, а затем ворота в него открылись. Из них осторожно вышел высокий молодой человек и осмотрелся.
«Кесима, я здесь». — Багул зашагал вперед.
«Багул?». — удивленно воскликнул Кесима, увидев величественный вид Багула в окровавленных греческих доспехах, держащего в руках замысловатый шлем с пурпурным гребнем на макушке.
«Ты стал греком?». — Кесима нерешительно обнял Багула.
«Нет, теперь я гражданин Союз, но я все еще луканец». — Багул отпустил его, затем поправил, указывая назад, и сказал по-гречески: «Познакомься с моим командиром, Филесием».
Очевидно, Кесима знал греческий. Он колебался некоторое время и неохотно подошел поприветствовать Филесия под настояниями Багула.
«Какова ситуация внутри?». — прямо спросил Филесий.
«Риам и другие вожди были захвачены нами. Мы... мы готовы сдаться». — ответил Кесима низким голосом.
«Тогда пусть они выйдут и сдадутся». — приказал Филесий.
Кесима посмотрел на Багула в поисках помощи.
«Не волнуйся, с такими племенами, как ваше, которые были вынуждены присоединиться к Нерулуму, все будет в порядке, и только коренные племена из этого города пострадают». — пообещал Багул.
Кесима успокоился, а затем свистнул в сторону священного леса.
Ворота снова открылись, и луканцы вышли наружу.
***
Союзу удалось захватить Нерулум лишь с незначительными потерями, и после полуденного перерыва, по повторной просьбе Алобамуса, Филезий оставил вторую и четвертую бригады для стабилизации ситуации в Нерулуме, а сам повел третью и седьмую бригады на юг, чтобы помочь Авиногесу захватить Лаос.
В соответствии с новыми положениями "Закона о гражданской службе": должность претора города может быть выбрана только из числа членов сената. Однако, когда Давос посоветовался с государственными деятелями Турии и Амендолары, которые все еще враждебно относились к луканцам, о кандидатуре претора города Нерулума, никто из них не пожелал занять этот пост, поэтому он может выбирать только из государственных деятелей бывшего наемника. Как военачальник Туанского союза, Филесий должен вернуться в Турию сразу после окончания этой битвы, а у него еще много военной работы. Первая бригада осталась в Турии. Старший центурион второй бригады Дракос, старший центурион третьей бригады Иероним и старший центурион седьмой бригады Эпифан не интересовались государственными делами. Багул, старший центурион четвертой бригады, только что стал гражданином союза и к тому же луканец, поэтому он пока не подходит на должность претора Нерулума в итоге на эту должность подошел только Сеста, центурион первой центурии второй бригады.
Сам Сеста интересуется административными делами, к тому же он скромен и трудолюбив. За время работы в должности заместителя капитана пожарной команды Амендолары он быстро ознакомился с работой пожарной команды и освоил ее. И капитан пожарной команды, Антиклес, охотно проявил инициативу, уступив ему свою должность.
Поэтому Давос предложил, чтобы после захвата Нерулума Сеста был назначен претором Нерулума.
Глава 167
Сеста согласился и выразил Давосу благодарность за рекомендацию. Остальные государственные деятели не возражают. Если и есть возражения, то, боюсь, это будет Антиклес, который был в Амендоларе, потому что ему теперь придется продолжать службу в качестве капитана пожарной команды.
В то же время Давос заставил Асиста занять должность клерка Сеста, чтобы тот помогал ему вести дела Нерулума и проводить политику, направленную против луканцев. Кроме того, он также назначил Багула специальным инспектором Нерулума, который занимается различными спорами и противоречиями в городе, координирует отношения между луканцами и греками и так далее.
После захвата Нерулума первое, что сделал Сеста, — это отсеял пленных. В первую очередь были задержаны правящие туземцы Нерулума и связанные с ними члены их семей, а тем небольшим племенам, которые были вынуждены присоединиться к Нерулуму, было рекомендовано подчиниться. Эту задачу он поручил Багулу.
Второе — освободить рабов. У Нерулума было много рабов, и многие из них поступали из двух источников. Во-первых, греки, которых захватили луканцы,
