даже коню. Он перестал есть.
– Великий архонт, – проговорил Пётр, – ты, может быть, объяснишь, почему отказываешься? Иначе ведь пойдёт слух, что ты испугался!
– Да, я боюсь, – признал Святослав, – но только боюсь не Цимисхия, а зеленоглазой царицы, которую вы все предали. Феофано мечтает своими собственными ногтями содрать с Цимисхия кожу. Если она узнает о том, что я зарубил его в поединке – мне её гнева не избежать. А я не люблю вызывать недовольство красивых женщин. Уж лучше я вашего Цимисхия возьму в плен да и отведу его к ней на привязи, как барана! Пускай она разбирается с ним сама, как считает нужным.
– Что, так вот и передать василевсу? – надменно вскинул голову Пётр.
– Да, так вот и передай. Сражение будет продолжено. Убирайтесь отсюда, пока я вас не убил, ибо вы – предатели!
Через полчаса над ромейским станом взревели трубы. Дружинники поднялись и вновь сели на коней, помахав подругам, которые продолжали на них глядеть с крепостной стены. Никто не заметил, как юго-восточный край небосклона начал темнеть. Вскоре над Дунаем прошелестел еле уловимый вздох ветерка. К этому моменту битва возобновилась. Больше того – она превратилась в бойню. Узнав ответ Святослава, Цимисхий стал подобен ему. Его ослепила ярость. Он дал приказ экскувиторам своей личной охраны любой ценой убить Святослава. Эта цена могла быть невысока – с князем уже не было Лидула, который сам по себе являлся всей его личной охраной. Он передислоцировался на левый фланг, потому что там погиб Куденей. А на правом фланге прославленный Варда Склир и все тридцать тысяч его схолариев пятились перед бесноватым Ратмиром. А Святослав во главе двух тысяч дружинников прорубался к Цимисхию – точно так же, как тот спешил пробиться к нему. Защищали князя теперь Икмор, Рагдай и Талут.
Перед нападением экскувиторов под Рагдаем убили лошадь. Падая вместе с ней, Рагдай умудрился сломать об камень свой меч. Когда он вскочил, то увидел, что Анемас схватился с Икмором. За битвой двух исполинов следили все, кто мог её видеть. Они рубились мечами. Но вот Икмор проделал неловкий выпад, и – в тот же миг остался без головы. Она была срезана одним махом. Огромный, как скала, труп свалился с коня. Никто не успел опомниться, как начальник царской охраны напал на князя, пользуясь тем, что тот отбивался сразу от двух экскувиторов, а Талут сражался с тремя. И Анемас точно прикончил бы Святослава, если бы Ветер не вскинулся на дыбы, когда верный страж Цимисхия замахнулся мечом для точно рассчитанного удара. Конь сделал это сознательно. Длинный меч Анемаса рассёк могучую грудь чудесного скакуна. И Ветер упал, обливаясь кровью.
Пока живой, но убитый князь поднимался на ноги, с Анемасом бился Талут в своём сарацинском шлеме. Но из троих экскувиторов он успел прикончить только двоих, а третий всё нападал и был изворотлив, да ещё двое присоединились к нему, а у остальных дружинников в этот миг хватало работы. И Анемас, улучив момент, смог пронзить мечом открытое горло Талута. Тот погиб сразу.
Непонимающими, пустыми глазами смотрел Рагдай, как Талут падает с коня, схватившись рукою за полумаску своего шлема, а не за горло, как кровь течёт по его блестящей кольчуге. И он, Рагдай, всё ещё не верил своим глазам, а ноги уже несли его к Анемасу. Через мгновение тот был схвачен за пояс и сорван с лошади. Это произошло настолько молниеносно, что царский телохранитель даже не смог воспользоваться мечом для своей защиты, и бывший тысяцкий принял его в объятия. Но кто мог соперничать с Анемасом не только ловкостью, но и силой? Однажды, желая развлечь Цимисхия, Анемас свернул шею слоноподобному кипрскому быку. Меч он уронил, когда слетал с лошади на глазах своего отряда, и тем сильнее было его желание задушить врага голыми руками, из коих ещё никто ни разу живым не выскользнул. А рассчитывать на такое дело было с его стороны немного наивно. Сдавив предателя и убийцу так, что тот захрипел, Рагдай его поднял над головой и грохнул об землю изо всей силы. Это увидел князь Святослав. И это увидел Цимисхий, который был уже близко. И лошадь его подалась назад, завизжав от ужаса. И её примеру последовала вдруг вся ромейская армия, потому что Лидул и Ратмир на обоих флангах добились очень больших успехов. И одолел Святослав. Но небо над ним уже почернело, и ветер поднялся шквальный.
На этом повествование обрывается
1992 – 2022гг
Григорий Шепелев
Текст под диктовку автора набирали Юлия Волконская, Ирина Ладейщикова, Лариса Капустина, Ян Алиев и Вера Салей, за что им – большое спасибо.
Авторские права нотариально заверены
