— Не то, чтобы я следил за тобой в том мире, — продолжает ветеран. — Но твои успехи, как создателя лекарства от рака, а также молодящего крема, стали известны всем, как и то, где и с кем ты живешь! Но как ты умудрился обзавестись гаремом здесь⁈ В другом мире⁈
— Долго рассказывать! — махая рукой. — Они как бы сами меня нашли, но давай об это попозже. Сейчас нам надо подумать над тем…
Воздух внезапно разрывает пронзительный звук сирены. В первую секунду я думаю о нарушении нашего периметра и сигнализации, установленной руками Мацу, но… Но звук идет со стороны города. Настолько громкий, что перекрывает даже наши разговоры. Приходится кричать, но никто не понимает причины происходящего.
Внезапно из одного дачного домика вылетает одна из хакерш. Отчаянно махая руками, она бежит ко мне, но стоит ей только раскрыть рот, как раздается ослабленный расстоянием механический голос:
— Внимание! Военная тревога! Это не учение! Внимание! Всем гражданам срочно перейти в безопасные зоны! Внимание! Это не учение!..
— Ричард! — кричит, подбегая вплотную Кочоу. — На нас напали! То есть, не на нас, но на город! Это те страны, которые нападали и раньше! Должно быть, они узнали, что Минака мертв!
— Хотят, значит, урвать себе кусок пирога, — злобно бормочу я, хватая ее за руку и таща за собой в тот домик, где девушки обустроили себе хакерскую базу. Внутри на многочисленных мониторах вижу красные сигналы тревоги и кучу приближающихся красных точек на радаре.
— Это враги? — опережаю приподнявшуюся Муцу. Ее глаза закрыты, а руки словно держатся за воздух. Лишь пальцы беспрестанно шевелятся.
— Так точно! — отвечает она, не открывая глаз. — Рич, на нас напали не все, но самые развитые страны, временно объединившись между собой. Более того, японский президент не стал им мешать. Можно сказать, он выставил нас крайними. Я боюсь, если мы ничего не предпримем, этот город сотрут с лица земли…
— Черта с два! — ухмыляюсь я. — Девчата! Приказываю активировать план «С»!
Хакерши молча кивают и не задавая лишних вопросов стремглав кидаются к компьютерам. Мацу тоже скалится:
— Давно пора Рич! — одобряет она. — Поставим на место этих зарвавшихся ублюдков!
— Полагаюсь на тебя! — говорю ей, выходя на улицу и плотно затворяя за собой дверь. — План «С»! — объявляю всем, кто собрался и ожидает меня там. В тот же миг все бросаются врассыпную, занимая ключевые позиции.
Все давно обговорено. Все инструкции получены. Секирей назубок знают свои обязанности в случае выполнения того или иного плана. Например, — план «А» подразумевает собой внезапное нападение на нашу турбазу любых военных сил, в том числе и межнациональных. План «Б» — нападение на страну, которая пусть нам и не сильно помогала, но и оставлять ее в стороне неохота.
Но план «С»… О-о-о. Это совершенно отдельный случай! Большинство из Секирей уводят в подвал, защищенный от всего, рабочих, оказавшихся поблизости, и гостей, запираясь с ними изнутри. Особо сильные воительницы остаются на охране дачного коттеджа, где работают хакерши. Они способны даже отразить ракеты «воздух-земля», не говоря уже о нападении пехоты. Программистки озадачены единой целью — «разоружить» и прижать агрессоров к ногтю. Как именно им это сделать, они знают куда лучше меня. А я… А у меня своя, особенная задача. Я ускоряюсь и рву когти…на местное телевидение, прихватив с собой так удачно подвернувшегося Бласта. Ветеран немедленно соглашается на выполнение моих требований, стоит мне ввести его в курс дела. А когда я говорю, что то же самое, если не во много раз хуже, ждет правительство того старого мира, он расплывается в улыбке.
— Можешь рассчитывать на меня, как на самого себя, Рич! — рявкает он. — Я пойду на все, чтобы насолить этим уродам!
Мы влетаем в главный зал центрального телевидения, где все еще мечется куча народу, несмотря на поднятую тревогу. На нас практически никто не обращает внимания, поэтому приходится выйти в центр и рявкнуть так, что все приседают от неожиданности, а в окнах задребезжали стекла:
— А ну тихо!!!
Воцаряется просто гробовая тишина, нарушаемая только писком оборудования. Звоном телефонов и прочей трескотней. Наконец, из толпы раздается женский голос:
— Вы кто такие⁈ Как вы сюда…?
— Молчать! — рявкаю повторно. На этот раз пара стекол все-таки вылетает, а кто-то испуганно пищит. Возможно, какие-нибудь особо слабые духом девочки даже уписались, так как я немного выпускаю ауру. Люди приседают, ощутив ее давление.
— Я — причина того, что на нас совершено нападение! — слегка потише говорю я. — Но Я же и гарантирую всем вам безопасность! Более того, сейчас вы присутствуете при историческом моменте, когда человечество перейдет в новую фазу! Предлагаю вам возобновить работу и снимать меня в прямо эфире. Нужно, чтобы мое выступление увидели лидеры стран-агрессоров!
— Да что ты о себе… — раздается чей-то брюзжащий голос откуда-то слева.
Без лишних слов хватаю громадный аппарат, служащий, вероятно для печатания газет и журналов, весом в полторы тонны и вышвыриваю его в стену таким образом, чтобы техника упала в море, никого не задев. В пролом тут же задувает прохладный ветерок.
— Будет немного холодно, но это только начало, — говорю, находя взглядом побледневшего человека, который решил противостоять мне, и читаю надпись на его бейджике. — Директор Касегава, у вас еще есть вопросы?
— Чего застыли⁈ — рявкает он. Надо отдать ему должное, начальник сразу сообразил, что к чему. — Работаем! Камера! Крупный план! Свет! Звук! Быстрее!
Он отдает приказы голосом человека, не привыкшего к возражениям. Люди тут же зароились вокруг нас, устанавливая разнообразную технику. Особо бесстрашные девушки подбегают к нам, пытаясь хоть немного стряхнуть с нас грязь и навести марафет влажными салфетками и кисточками. Стоически терплю, пока они доделают все до конца. В конце концов, это их работа. Сирена все еще орет как оглашенная и я, морщась, связываюсь с Мацу. Через пару секунд сирена затихает.
— Все кончилось? — удивленно вопрошает один из операторов.
— Если бы, — мрачно говорю ему. — Все только начинается.
Камера напротив меня загорается красным огоньком, и девушка возле нее машет рукой и одобряюще кивает мне. Я смотрю в глазок, принимая пафосную позу. Бласт стоит рядом, удивленно оглядываясь.
— Приветствую всех, кто сейчас смотрит эфир! — говорю, невольно поправляя воротничок костюма. На мне сейчас боевая форма с открытым лицом. Черная, облегающая ткань, способная выдержать прямой обстрел из минигана, тщательно обрисовывает мускулатуру. Надеюсь, я хорошо смотрюсь на экране. — Меня зовут Ричард Лайтинг, и я тот человек, из-за которого на наш город напали агрессоры, желающие захватить нас!
Делаю небольшую паузу, чтобы до всех дошло мое заявление и продолжаю:
— Но я — далеко не простой человек. Я гость из параллельного мира, в котором люди постоянно борются с монстрами, а людей вроде меня называют — героями. Уверен, меня сейчас смотрят лидеры тех стран, которые одобрили вторжение, поэтому хочу обратиться в первую очередь к ним.
По голосовой связи слышу шепоток Мацу:
— Ричи! У меня все под контролем! Ни одна не вылетит без моего ведома!
Тогда я хищно улыбаюсь в камеру:
— Прямо сейчас я контролирую все ваше ядерное оружие! Проверьте, уважаемые президенты! Ни одна ядерная ракета не покинет шахту, пока я того не захочу! Даю вам пять минут до следующего сеанса, а пока притормозите войска. Вдруг, случится что-то еще непредсказуемое?
Киваю девушке-оператору и камеры гаснут. Зал тут же взрывается изумленными вопросами и криками облегчения и радости. Раскланиваюсь, одергивая раздухарившегося Бласта, напоминая ему о готовности. Пять минут пролетают как одна секунда и вот я снова выхожу в эфир.
— Как и было обещано…
— Входящее видеосообщение! Еще одно! И еще! — восклицает кто-то за пультом. — Вывожу на экран!
Сбоку висит огромный монитор во всю стену. На нем проигрывается изображение прямого эфира. Моя фигура слегка отодвигается в сторону и рядом возникает четыре, пять, шесть… Четырнадцать мини-окошек, которые одновременно показывают миру лица президентов разных стран, в том числе и тех, кто не нападал на нас. Мацу — умница! Взяла под контроль ВСЕ пусковые шахты, а не только угрожающих нам стран. Первые лица правительств пытаются спрашивать одновременно, из-за чего возникает путаница. Оператор приглушает звук, и я перекрываю их голоса.
