Тут в зал вернулась чернобровая хозяйка.
— Ну, что там наш обед? — как ни в чем не бывало спросила баронесса.
— Ах, извините, гости дорогие, придется малость подождать, — с глубоким сожалением ответила хозяйка. — Змей Горыныч прилетит только через час.
— Змей Горыныч? — удивилась Надя. — Не слишком ли это острое и горячее блюдо?
Кривая ухмылка тронула тонкие губы хозяйки:
— Да нет, касатики мои, не Змей Горынычем я буду вас потчевать, а его — вами!
— Чего?! — загремел майор, решительно вставая из-за стола. Хозяйка невольно чуть-чуть попятилась:
— Да ты не кипятись, добрый молодец, надо же мне кем-то Змеюшку угостить? Правда, он всего двести лет как Змей, не обвыкся еще и шибко пьет от дурного настроения. Но закусывать-то хоть иногда надо? Так что ты, милок, первым в печку и полезешь.
— Еще чего! — возмутился Селезень. — Да где это видано, чтобы порядочный офицер…
— Полезеш-ш-шь! — зашипел кот, делая угрожающее движение в сторону майора. Тут уж и остальные гости вскочили из-за стола.
— Не надо, Мурзик, — остановила кота хозяйка. — Наши гости и так в печку полезут. Это ведь такое блюдо получится — «Селезень в мундире и в яблоках».
— Откуда вы взяли, что я — Селезень? — удивился майор.
— Не знаю я, какой ты селезень, а что гусь лапчатый — это точно, — ухмыльнулась хозяйка. — Ну что, гости разлюбезные, сами на кухню пойдете, или попросить Мурзика, чтобы вас проводил?
Однако в этот миг за окном раздалось оглушительное кудахтанье, и пол затрясся пуще прежнего.
— Эй, кто там балует? — Хозяйка бросилась к окну. За окном колдун Чумичка, вооружившись огромной пилой, деловито пилил избушкины куриные ноги. — Что ж ты делаешь, ирод проклятый?! — заорала она через окно. Чумичка оторвался от своей работы и спокойно ответил:
— И тебе, старая карга, костяную ногу перепилю, ежели свои бесчинства не прекратишь!
— Мурзик, уйми его! — приказала хозяйка. Мурзик выскочил во двор и бросился было на Чумичку, но тот сотворил руками некий жест и тут же обернулся в огромного льва, против которого даже пантерообразный Мурзик как-то стушевался и принялся отступать назад к избушке. А путешественники под шумок стали пробираться к выходу. Оказавшись за пределами негостеприимного трактира, они быстро влезли в карету, Чумичка, на ходу возвращаясь в прежний облик, вскочил на кучерское место, и тройка понеслась вдаль по дороге. А вослед ей по воздуху летела ступа, из которой чернобровая хозяйка, ловко орудуя метлой, истошно вопила:
— От меня не убежите, гости дорогие! Подам я вас на обед Горынычу, помянете мое слово!..
Долго еще их сопровождали угрозы разгневанной дамы, но лес становился все гуще, и в конце концов ветви деревьев сомкнулись прямо над крышей кареты. И лишь тогда трактирщица, напоследок плюнув Селезню на воеводничью шапку, завернула назад.
* * *
Неожиданно вынырнув из леса, дорога устремилась по зеленым лугам, среди которых змейкой вилась узкая речушка. Вдали, на небольшом возвышении, виднелось село.
— Пожалуй, тут где-нибудь и остановимся, — предложила Надя. — Уж здесь-то нечистая сила, должно быть, не орудует?
— Какая еще нечистая сила? — пренебрежительно переспросил майор. — Брехня все это.
— Как — брехня! — возмутилась баронесса. — А избушка на курьих ножках, Змей Горыныч, ступа с метлой?..
— Змея Горыныча лично я не встречал, — спокойно парировал Селезень, — а что касаемо ступы, так я видел по телевизору выступление фокусника Давида Копперфильда, он еще и не такое вытворял!
Баронесса хотела было возразить, но поняв, что майора ничем не прошибешь, только махнула рукой.
— Предлагаю остановиться возле речки, — сказал Василий. — Заодно и умоемся, и пообедаем, чем бог послал.
— Это уже больше похоже на ранний ужин, — уточнил майор, сверившись с «Командирскими» часами.
Переехав мостик, карета остановилась на прибрежной лужайке, и путники удобно расположились на травке, подстелив предусмотрительно захваченные из Царь-Города шали и пледы. Да и провиант, как оказалось, был пограблен далеко не весь — так что если не на полноценный обед, то на полдник вполне хватало.
— Чумичка, елки-палки, — покачал головой майор, — ну мы-то лопухи, ясное дело, но ты-то куда смотрел? С этой чертовой избой и Бабой Ягой?
— Извиняюсь, конечно, — с досадой в голосе отвечал Чумичка, — но я и впрямь ничего такого-эдакого не заметил. А во-вторых, никакая это не Баба Яга, а просто колдунья. И, кстати сказать, бывшая зазноба князя Григория. Сейчас, правда, отлученная от двора. Но милость правителей непостоянна, как и их немилость. Сегодня прогнал, а завтра, глядишь, опять вспомнит и призовет к себе. Ну да это все пустяки. — Чумичка поскреб в затылке. — Меня вот что смущает: никаких Змеев Горынычей в природе не бывает.
— Во-во, — пробасил Селезень, — на пушку она нас брала!
— А я уже не удивлюсь, — грустно заметила Чаликова, — если мы этого гада повстречаем.
— Но вот Чумичка ж говорит — их быть не может! — радостно гаркнул майор.
— Э нет, — покачал головой тот, — я сказал: в природе быть не может. А вот создать можно любую тварь.
— Генная инженерия, — кивнула баронесса.
— Да-да, — согласился Чумичка, похоже, по-своему поняв слова баронессы, — все дело в заклинаниях. Хотя все равно тут что-то нечисто. — Чумичка умолк и уставился долгим туманным взглядом вдаль.
Неподалеку мирно паслось с десяток козочек, а традиционный деревенский пейзаж довершал пастушок — мальчишка лет тринадцати-четырнадцати в светлой холщовой рубашке и таких же штанах до колен, в глубокой задумчивости сидящий на берегу речки.
Ржание царственных рысаков оторвало юного мыслителя от его дум, он вскочил и подошел к обедающим:
— Господа хорошие, можно вас попросить об одной маленькой помощи?
— Конечно, можно! — весело откликнулась Чаликова. — Но кто ты?
— Да Васятка я, — смущаясь, представился пастушок. — Тут у меня Танька убежала, ну, коза то есть, так не могли бы вы остальных посторожить, покамест я ее найду?
— Посторожим, конечно, — успокоил пастушка Дубов. А Селезень вдобавок удивился:
— Что ж ты, дурья башка, тут сидишь, а Таньку не ищешь?
— Так ведь все надо с умом делать, — возразил Васятка. — Зато теперь я почти точно знаю, где ее искать. В лес она побежать не могла — речку вброд не перейдешь, а на мост она боится. В деревню — тоже нет, здесь земля ровная, я бы ее увидел. Остается вон туда, — пастушок указал на небольшой пригорок, — наверняка она там. — С этими словами Васятка побежал в указанном направлении, только пятки засверкали. И действительно, через пару минут он уже возвращался из-за пригорка, погоняя хворостинкой серую козу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
