поэтому ехали гуськом, не торопясь. Ага, вот уже и дна не видно! Экипажи машин на всякий случай прикрыли все окна, оставив лишь небольшие щели. Это чтобы случайная волна не попала в открытое окно — вычерпывай потом воду.
— Сизый, что-то мне боязно становится! — обратился к старшому водитель внедорожника, идущего первым. — Машина всё хуже слушается руля, того и глядишь, смоет нас нахер с этих порогов на глубину.
— Пацан ведь сказал, что не надо ссать, и всё будет хорошо, — заржал Сизый, — лучше не плетись, как на старой барбухайке, а поддай газку, вот и проскочим побыстрее эти пороги!
Водила поддал газку, а сам пытался вспомнить, что же на самом деле напоследок сказал тот пацан, ему казалось, что фраза, произнесённая этим мальчишкой звучала как-то иначе, нежели её пересказал Сизый. Более того, ему даже показалось, что в первоначальной варианте той фразы был заложен какой-то иной смысл, но экстремальная переправа не позволяла сосредоточиться, поэтому мысль постоянно ускользала. Машина, действительно, почти как глиссер начала набирать скорость и расталкивать перед собой воду, сзади тревожно посигналил водитель второго внедорожника, но в итоге тоже прибавил скорости.
Вот уже обе машины проехали воображаемую середину переправы, в машинах все с облегчением вздохнули и радостно загалдели, подначивая друг друга, дескать, как ты, братан, не уссался от страха? Ведь понятно, раз успешно прошли переправу до середины порогов, значит дальше по мере приближения к противоположному берегу уровень воды будет уменьшаться.
Но что-то пошло не так. То ли нужно было преодолевать речные пороги на несколько метров левее, то ли река оказалась неправильной, но в какой-то момент внедорожник, идущий первым, резко погрузился в воду и машину сразу унесло течением с каменных порогов на глубину. Водила газовал, крутил рулём влево и вправо, но всё это оказалось бесполезным, поскольку колёса перестали касаться каменистого дна. Более того, мотор вдруг заглох, а вездеход начал всё больше и больше погружаться в воду.
Следующий в нескольких метрах сзади второй внедорожник попытался затормозить, чтобы тут же сдать назад, но река, обнаружив, что добыча пытается ускользнуть из её объятий, ускорила течение, и второй автомобиль тоже сначала поплыл, а через несколько секунд начал медленно погружаться в водную пучину. Понятное дело, что сидящий в обеих машинах народ матерно закричал и даже попытался бороться за выживаемость транспортных средств, с недавних пор превратившихся в плавсредства.
Утопающие задраили все окна в надежде, что их машины, как поплавки, рано или поздно прибьёт к берегу, вот там уже будет проще выбраться на сушу. Но нет! Во-первых, вода из всех щелей и дыр, пусть и небольших, всё быстрее и быстрее заполняла салоны машин. Во-вторых, в какой-то момент даже тому дяденьке, которого пацан вполне справедливо обозвал дебилом, стало понятно, что пока машины совсем не превратились в подводные лодки, экипажам нужно, как можно скорее, выбираться наружу.
— Пацаны, спасайся, кто может! — кто-то из пассажиров выкрикнул единственно возможный в данной ситуации разумный клич.
Двери с большим трудом, но всё-таки были открыты, вода, понятное дело, стремительно ворвалась в салоны, оба плавсредства ещё быстрее начали погружаться в чёрную ледяную пучину страшной реки, но всё ещё оставалась возможность выбраться из салонов и оказаться на поверхности воды. Крики, мат, вопли, и вот крыши автомобилей последний раз блеснули в лучах уходящего за горы солнца, после чего медленно скрылись под водой, а на поверхности остались лишь головы бандитов.
Чертыхаясь и отплёвываясь, пацаны, как могли, гребли руками и ногам к ближайшему берегу. Благо вскоре ноги почувствовали твёрдую опору, а значит достаточно сделать ещё пару десятков шагов и ты окажешься на спасительной суше. Ну да, ледяная вода перехватывает дыхание, сводит мышцы рук и ног, но ничего, вот уже все идут по пояс в воде, вот они ещё ближе к берегу, вот уже вода всего лишь по колено, и наконец-то, все упали на припорошенный снегом долгожданный берег, и теперь каждый благодарил своих богов за спасение.
Прошло ещё несколько минут, и, как пел в одной из своих песен известный поэт и бард Владимир Высоцкий, все участники заплыва в ледяной воде «отдышались, отхрипели, да откашлялись». Потом начали подниматься, клацая от холода зубами и перебрасываясь короткими матерными фразами, суть которых сводилась к тому, что надо побыстрее идти к тому самому парому, там, вроде бы, виднеются крыши каких-то строений, а иначе «все мы тут замёрзнем нахер». Эти мысли были вполне здравыми, поскольку народную мудрость, выраженную словами «лучше жить на северном побережье Чёрного моря, чем на южном побережье Белого моря» никто не отменял. А в Сибири, как всем известно, зимы ещё более суровы, нежели у берегов упомянутого Белого моря.
Нужно сказать, что строки из стихотворения «Размышления у парадного подъезда» (1858) Н. А. Некрасова «и пошли они, солнцем палимы» здесь были не уместны, поскольку сейчас за палящее солнце эти мужики отдали бы все своё бабло, хоть и сильно подмоченное, но так и оставшееся лежать по карманам мокрой одежды. Но солнышко, как уже было отмечено чуть ранее, клонилось за горы, поэтому совсем не грело.
— Братва, а где Сизый? — хриплым голосом спросил один из бандитов, остановившись и озираясь по сторонам.
Братва прекратила движение в сторону видневшихся крыш. Все сначала посмотрели друг на друга, затем молча оглянулись и уставились на реку. Их главаря не было видно ни на берегу, ни на поверхности реки. На всякий случай сделали перекличку — количество братвы уменьшилось на одну боевую единицу — с восьми корешей до семи. Утоп Сизый! Кто-то даже просипел, дескать, погиб их старшой смертью храбрых, но остальные пацаны прекрасно понимали, что Золотую Звезду Героя Советского Союза Сизому никто не вручит. Поэтому народ постоял с полминуты, склонив буйны головы, каждый ещё раз поблагодарил своих богов за то, что не он, а Сизый сидит сейчас в утопшей, как пароход Титаник, машине, значит, такая у него, у Сизого, судьба. А потом все молча продолжили движение к спасительным строениям.
И вот уже до жилых домов осталось всего около сотни метров. Братва оживилась и ускорила шаг, тем более, что из труб двух домов шёл дым, а значит, это были именно жилые дома, а не какие-то промёрзшие подсобные строения, и все с облегчением вздохнули, представив, как через несколько минут смогут скинуть с себя мокрую холодную одежду и насладиться теплом и домашним уютом. А в том, что хозяева пустят в дом подозрительного вида типов, никто
