Заряд света врезался в заграждение, через которое был пущен электрический ток. Взорвалась вспышка белого света, танцуя по всей цепи и обесточивая защиту. В результате в стене образовалось достаточно большое отверстие, в которое я и вошел на территорию базы.
Гордо прошагав по аккуратно подстриженному участку, по которому в прошлый раз мы передвигались бегом, я сделал глубокий вдох, и двери в «Маунт-Уэзер» распахнулись.
Наружу вывалилась целая армия офицеров, одетых так, словно они приготовились к Армагеддону или гостю из команды спецназа. Лица были закрыты масками, как будто это могло им помочь. На меня направили дюжину полуавтоматических винтовок. Остановить такое количество пуль могло оказаться непростой задачей.
Могли быть и жертвы.
Отвратительно. Но меня это не остановит.
Потом в поле зрения возникла высокая стройная фигура, появившаяся из тускло освещенного туннеля. Мужчины в черной униформе расступились, пропустив вперед женщину в строгом костюме, однако винтовки были по-прежнему нацелены мне в грудь.
— Нэнси Хашер, — прорычал я, мои руки сжались в кулаки. Я знал эту женщину много лет и ненавидел ее за то, что она работала на «Дедал» и всегда знала, что же на самом деле произошло с Доусоном.
Ее рот изогнулся в особой улыбке, которой она была знаменита, в улыбке, которая говорит, что она всадит кинжал вам в спину, пока целует в щеку. Именно эту женщину я и хотел разыскать.
— Дэймон Блэк, — проговорила она, сцепив руки в замок. — Мы ждали тебя.
Глава 8
Кэти
После провального тренировочного теста я познала вкус настоящего страха и вздрагивала каждый раз, когда кто-то проходил мимо моей двери. Сердце больно колотилось до тех пор, пока звук шагов не стихал, и когда дверь наконец открылась, обнаруживая за собой Арчера с моей вечерней порцией еды, меня чуть не вырвало.
Есть совершенно не хотелось.
Той ночью я не смогла уснуть.
Каждый раз, когда я закрывала глаза, видела одно и то же — стоявшую передо мной Мо в полной готовности любым способом надрать мне задницу. Пустое выражение ее глаз быстро сменилось решительным. Возможно, если бы я приняла решение сражаться, меня бы не избили так жестоко. Но я не сделала этого. Это не было бы правильным.
На следующее утро, когда дверь открылась, мне удалось поспать всего ничего. Это снова был Арчер. В своей молчаливой манере он жестом показал мне следовать за ним.
Меня мутило, но пришлось подчиниться. Когда мы на лифте доехали до нужного этажа, на котором размещались тренировочные комнаты, тошнота усугубилась. От меня потребовалось титаническое усилие, чтобы сделать шаг из лифта и не ухватиться за одну из решетчатых дверей.
Но он провел меня мимо комнаты, где мы были прежде, через двойные двери, затем дальше по коридору, где мы миновали еще одну пару дверей.
— Куда мы идем?
Он не отвечал, пока мы не остановились около стальной двери, сверкавшей от огромного количество оникса и алмазов.
— Сержант Дэшер хочет, чтобы ты кое-что увидела.
Он приложил указательный палец к кнопке безопасности, и свет переключился с красного на зеленый. Последовала серия механических щелчков. Когда открылась дверь, я задержала дыхание.
Внутри комната освещалась единственной тусклой лампочкой. В ней не было стульев или столов. С правой стороны всю длину стены занимало зеркало.
— Что это? — спросила я.
— Кое-что, что ты должна увидеть, — проговорил сержант Дэшер позади нас, заставив меня подпрыгнуть и обернуться. Откуда, черт возьми, он пришел? — И я надеюсь, это гарантирует, что повторения нашей последней тренировки не будет.
Я скрестила руки и подняла подбородок.
— Нет ничего, что вы можете показать и что заставит меня изменить свое решение. Я не собираюсь сражаться с другими гибридами.
Выражение лица Дэшера осталось прежним.
— Как я уже объяснял, мы должны удостовериться в том, что ты стабильна. Такова цель тренировочных сессий. Причина, почему мы должны удостовериться, что ты сильная и сумеешь использовать Источник, находится за этим зеркалом.
В замешательстве я взглянула назад на Арчера. Он стоял возле двери, лицо было скрыто в тени форменного берета.
— Что на другой стороне?
— Правда, — ответил Дэшер.
Я поперхнулась от смеха, тут же почувствовав, как расцарапано мое лицо.
— Тогда у вас там комната, полная сумасшедших офицеров.
Наградив меня суровым взглядом, Дэшер потянулся к стене и щелкнул выключателем.
Неожиданно вспыхнул свет, но он шел с другой стороны, из-за зеркала. Зеркало оказалось одностороннее, как в полицейских участках, и комната не была пустой.
Мое сердце толкнулось о ребра, когда я шагнула вперед.
— Что?..
На другой стороне находился мужчина. Он сидел в кресле, и его присутствие в этой комнате не было добровольным. Полосы оникса покрывали его запястья и лодыжки. Копна светло-русых волос закрывала лоб, но вот он медленно поднял голову.
Лаксен.
Утонченная красота выдавала его, как и яркие зеленые глаза — глаза, которые так сильно напомнили мне Дэймона, что боль пронзила грудь и отправила клубок эмоций прямо в горло.
— Он может… может нас видеть? — спросила я. Казалось, что так и есть. Глаза Лаксена были сфокусированы на том месте, где стояла я.
— Нет.
Дэшер двинулся вперед, направляясь к зеркалу. Маленькая коробочка интеркома находилась на расстоянии вытянутой руки.
Боль исказила красивые черты лица мужчины. Вены вздувались на шее, а грудная клетка поднималась от прерывистого дыхания.
— Я знаю, что вы там.
Я пристально посмотрела на Дэшера.
— Вы уверены, что он нас не видит?
Он кивнул.
Я неохотно перевела взгляд обратно к зеркалу. Лаксен был в поту и дрожал.
— Ему… ему больно. Как вы можете? Это полная…
— Вы не знаете, кто сидит с противоположной стороны стекла, мисс Шварц.
Он слегка ударил по кнопке интеркома.
— Здравствуй, Шон.
Лаксен слегка дернул углом рта.
— Меня зовут не Шон.
— Но ты много лет жил под этим именем. — Дэшер покачал головой. — Он предпочитает называться своим истинным именем. Хотя, как вы знаете, выговорить его мы не в состоянии.
— С кем ты разговариваешь? — требовательно спросил Шон. Его взгляд переместился в то место, где стояла я. — Еще один человек? Или еще лучше? Мерзкий чертов гибрид?
Я охнула, не успев сдержаться. Не из-за того, что он сказал, но потрясенная тем, сколько отвращения и ненависти сочилось из каждого его слова.
— Шон — тот, кого вы бы назвали террористом, — объяснил сержант, а Лаксен в другой комнате фыркнул. — Он входил в группировку, которую мы контролировали несколько лет. Они планировали разрушить мост «Золотые Ворота»[4] в час пик. Сотни жизней…
