Черные глаза пылали огнем.
– Ты убиваешь меня, мой ангел, – произнес он с такой мукой в голосе, что Эрин задрожала. – Ты прекрасна, – прошептал Тиг и, шагнув ближе, накрыл ее руки ладонями. Эрин судорожно охнула, но восхищенный взгляд Тига рассеял остатки смущения.
Когда он начал перебирать ее пальцы, лаская ими соски, она застонала от безумного, мучительного наслаждения, сильнее прижимаясь грудью к их сплетенным рукам.
– Да, дорогая, да. У тебя такая чудесная кожа. – Он развел ее пальцы, наклонился и коснулся одного соска кончиком языка.
Эрин тихо вскрикнула, но тут же закусила губу.
Тиг мгновенно поднял голову и поцелуем раздвинул ее губы.
– Не надо, не сдерживай себя, Эрин. Дай себе волю. Не бойся, мой ангел, доверься мне.
Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
– А ты, Тиг? Ты когда-нибудь даешь себе волю?
Он слишком долго промедлил с ответом, чтобы скрыть свое удивление.
– Ты можешь дать себе волю здесь, со мной.
Она наклонилась и провела языком по его соску. От неожиданности Тиг едва не задохнулся, его бросило в дрожь.
Он схватил Эрин за плечи, и она снова посмотрела ему в глаза.
– Ты не знаешь, о чем просишь.
По ее лицу медленно скользнула улыбка, и Тиг снова оказался перед ней безоружен.
– Ты боишься меня, мой каджун?
В его глазах горел неистовый огонь.
– Ужасно.
Он взял ее руки и положил себе на грудь.
– Ну давай же, дорогая, напугай меня.
Тиг поцеловал ее. Язык быстро юркнул в рот и проворно вынырнул обратно. Как вор, как она назвала его однажды.
Эрин не замедлила принять брошенный вызов. Она поцеловала Тига и оттолкнула, так что он прижался спиной к стене у двери ванной.
Значит, Тиг Комо хочет поиграть. Чертовски соблазнительная идея. И воодушевляющая.
И потом, сейчас она не была готова к большей откровенности. Нагота ее не смущала – обнажить перед ним тело гораздо легче, чем душу. Она хотела только раздеть его.
Эрин стала расстегивать на нем джинсы. Он широко улыбнулся.
– Помочь?
Она покачала головой.
– Нет, я сама справлюсь.
– Надеюсь, дорогая, – сказал он со смешком.
Эрин расстегнула пряжку и стала дергать молнию, пока та наконец чуть-чуть не поддалась. «О Господи!» Она перевела дух.
– Одевался наспех?
– Вроде того, – беспечно ответил он.
Комнату медленно заполнял горячий ночной воздух, а Тиг просто излучал жар. Эрин чувствовала себя как в парилке. Она вся взмокла и подняла руку, чтобы вытереть пот.
Тиг перехватил ее руку:
– У меня идея. Пошли.
Он увлек ее в ванную и погасил свет. Они мгновенно оказались в темноте. В лунном свете были видны только их силуэты.
– Что ты собираешься делать? – прерывающимся от волнения и возбуждения голосом спросила Эрин.
Тиг повернул ее лицом к себе.
– Я задолжал тебе душ.
– Я уже приняла ванну.
– Да, мой ангел, но без меня.
У нее невольно вырвался тяжелый вздох. Тиг одновременно с нею негромко застонал.
– Как мне это нравится, дорогая.
– Что?
– Твоя отзывчивость.
Не дав Эрин ответить, Тиг потянул ее за талию.
– Пойдем же, примем душ.
Он отпустил ее только затем, чтобы включить воду и задернуть занавеску. Потом взглянул на нее.
– Горячий или холодный?
– Умеренный.
Тиг так стремительно притянул ее к себе, что она чуть не задохнулась. Остатки дыхания забрал долгий поцелуй. Когда Эрин застонала, он наконец оторвался от ее губ.
– Умеренность не для нас, дорогая.
Эрин почувствовала, что растворяется в предвкушении острого наслаждения, которое сулили его слова.
– Тогда горячий.
Ванная заполнилась паром. Кожа Эрин лоснилась, придавая ей эротичность и чувственность. Тиг наклонился, чтобы стянуть джинсы, и Эрин заметила, что его кожа тоже приобрела такой же блеск.
Она инстинктивно подняла руку, но замерла на полдороге.
Тиг остановился, придерживая расстегнутые брюки.
– Что такое?
Она покачала головой.
– Скажи, Эрин. Не надо ничего скрывать. Говори то, что чувствуешь, – попросил Тиг.
– Не снимай их пока.
Он опустил руки и выпрямился.
– Ладно.
Никогда еще Эрин не чувствовала себя такой сильной и уверенной. Ей хотелось поделиться этим ощущением.
Она отдернула занавеску и шагнула в ванну. Тиг поддержал ее за локоть, чтобы помочь сохранить равновесие.
Она повернулась и поманила его пальцем.
– Ну иди же, иди, мой ангел.
Не медля ни секунды, Тиг забрался следом и задернул за собой занавеску.
– Теперь их не так-то легко будет снять, – сказал он.
Эрин обхватила его талию. Это было так приятно, что по ее телу пробежала дрожь возбуждения.
– Без труда не выудишь и рыбку из пруда, – пробормотала она, уткнувшись ему в шею. Потом, легонько покусывая кожу, добралась до плеча.
Он сильнее прижал ее к себе.
– Продолжай в том же духе, дорогая, и я ни за что не поручусь.
Эрин начала стаскивать с него намокшие джинсы. И тут ее рука наткнулась на что-то твердое в заднем кармане. Эрин не сразу сообразила, в чем дело, но, когда до нее дошло, она напряженно застыла.
– В чем дело? – спросил Тиг, зарывшись лицом в ее мокрые волосы.
На Эрин будто вылили ушат холодной воды. Она резко отстранилась.
– Буду весьма признательна, если ты соизволишь вылезти из-под душа. И, если можешь, постарайся, чтобы карманы не намокли еще больше. Я не уверена, что сделала копии с этих пленок.
Не заботясь о том, что вода польется на пол, она резко отдернула занавеску и вылезла из ванны.
– Эрин, подожди.
Стараясь держаться от него подальше, она выключила душ и сдернула с вешалки полотенце. Тиг слегка замешкался, вылезая следом за ней. Его движения сковывали намокшие джинсы.
Эрин щелкнула выключателем, и беспощадно яркий свет, заливший комнату, напомнил ей, как далеко она зашла, пренебрегая своим долгом.
Долгом перед людьми, которые согласились финансировать ее исследования. Перед отцом. Перед собой наконец.
«В кои-то веки ты делала что-то ради собственного удовольствия, – возразил внутренний голос. – И это было чертовски приятно».
От этой мысли у нее засосало под ложечкой. Теперь она лучше знала, что такое Эрин Макклюр, но от этого было не легче.
И все же она не отваживалась посмотреть на Тига. Даже в ярости она была перед ним беззащитна. К тому же она не собиралась уступать ни на йоту в той стычке, которая им сейчас предстояла.
Плотно обмотавшись полотенцем, Эрин повернулась и заметила на раковине свои раскрытые сумки. Она сгребла их в охапку и пулей вылетела из ванной, оставив дверь открытой.
– Положи кассеты на полку.
