– Будь осторожна! – предупредила Пэйган Джуди.
Джуди подняла голову от лежащих на столе бумаг и вдруг вскочила.
– Марк! Ты? А я не ждала тебя раньше вечера. У меня через десять минут начинается заседание.
Он молча взглянул на четыре телефонных аппарата, стоящих по левую и правую руку от Джуди, и протянул ей один из них.
– Там вполне смогут обойтись без тебя, не правда ли? Джуди колебалась. Обогнув стол, Марк подошел к ней и прижал ее к своему крупной вязки свитеру цвета хаки. Джуди взяла телефон.
– Попросите Тома начать разговор без меня, Анетт.
– Мисс Джордан, Лос-Анджелес на линии.
Джуди прикрыла трубку рукой и решительно взглянула на Марка.
– Дай мне десять минут, хорошо?
Он опустился в белое кожаное кресло, а Джуди сосредоточилась на предстоящем телефонном разговоре.
– Свифти? Ну как дела? Мне бы хотелось прояснить некоторые пункты в договоре на 1979 год. – Она пододвинула к себе кипу бумаг.
Через десять минут Джуди все еще продолжала обсуждать с Лос-Анджелесом важные для издательства вопросы, как вдруг почувствовала, что по ее коже скользят быстрые, нежные пальцы, поднимаясь все выше – туда, где кружевная кофточка прикрывала грудь. А пальцы другой руки гладили ей бедро.
Джуди протестующе сдвинула ноги вместе. Но рука не смутилась. Напротив, раздвинула бедра Джуди с такой силой, что едва не причинила ей боль.
«Черт бы драл тебя, Марк! Тебя и твои ловкие в любви руки», – подумала Джуди. Она привстала из-за стола и попыталась снова вникнуть в тот запутанный вопрос, суть которого объяснял ей по телефону агент. Ей действительно необходимо было в этом разобраться, и все же она не смогла отогнать от себя мысль, что Марк хочет заняться с ней любовью здесь, в ее кабинете, именно в знак протеста. Протеста против ее дела, которое, как смутно чувствовал любой мужчина, навсегда останется главной любовью мисс Джордан.
Когда она склонилась над столом, чтобы сделать очередную пометку, пальцы Марка добрались наконец до ее ягодиц и стали спускаться ниже по обрамляющим трусики кружевам. Легкие, подобные крыльям бабочки прикосновения ощущались Джуди, как языки пламени, лижущие ее плоть. Теперь все ее сознание сосредоточилось на этой части ее тела, однако она отчаянно продолжала попытку вникнуть в телефонные объяснения. Она почувствовала, как пальцы Марка, проникнув под кружево трусиков, легко коснулись увлажнившегося влагалища. Потом он встал на колени и стал нежно лизать внутреннюю сторону бедер Джуди. Движения языка все учащались, а пальцы глубже проникали вглубь. Он еще шире раздвинул ей ноги, и Джуди, не в силах больше противостоять его натиску, повиновалась, пытаясь лишь унять охватившую ее дрожь.
– Марк! – вновь прикрыв трубку рукой, сердито прошептала она. – Это действительно серьезное дело. Мне необходимо им заняться!
– Не сомневаюсь в том, дорогая Джуди, – парировал Марк. – Ты можешь заниматься этим, сколько тебе угодно. А я займусь тем, что важно мне.
Он поднялся с колен и, подойдя к Джуди со спины, начал расстегивать пуговицы на платье. Оно упало на пол. Потом Марк крепко прижал Джуди к себе, и она поняла, что не только обнажена, но и полностью беззащитна перед этим человеком. Зажатая между Марком, гладившим ее крепкую, маленькую грудь, и письменным столом, Джуди очутилась в ловушке. Телефонная трубка все еще объясняла что-то ей в ухо. Но Джуди уже не слышала. А ей, черт возьми, было так важно знать мнение Свифти.
Валявшийся на полу свитер цвета хаки пропах потом и сигаретным дымом, но от самого Марка исходил дурманящий запах тепла и мускуса. Джуди смирилась с тем, что не понимает половины объяснений своего лос-анджелесского агента. Но теперь на том конце трубки повисла вопрошающая тишина.
– Свифти, можно я еще раз взгляну на бумаги и перезвоню тебе? Хорошо, пока! – слабеющим голосом проговорила Джуди в телефон.
– О'кей, ты выиграл! – обернулась она к Марку, освободив наконец руки от телефонного аппарата и подставив губы потрескавшимся от солнца губам Марка. Они вместе повалились в кресло.
– Чудовище! Из-за тебя я вылечу в трубу! – рассмеялась Джуди.
– Маленькая лгунья! – Он все еще крепко прижимал Джуди к себе. – Не бойся, ваши агенты будут считать, что ты занялась новыми изысканиями. – Он жадно поцеловал ее, втягивая в рот розовый язык Джуди. Потом со стола на пол полетели все договора, письма и гранки следующего номера…
Чуть позже они стояли вместе под душем, и серебристые струйки воды стекали вниз по загорелому телу Марка и бледной коже Джуди. В приемной секретарши, посмеиваясь, перемигивались. Они были довольны. По их мнению, Гриффина стоило разочек провести.
4
2 ДЕКАБРЯ 1978 ГОДА
Джуди прикнопила обложку декабрьского номера «Вэв!» к стене в кабинете. На снимке были изображены Лили и Джуди. На Джуди было простое, с высоким воротником платье небесно-голубого цвета, а Лили выбрала для снимка бледное, построенное на резком рисунке линий платье с квадратным вырезом, пышными рукавами и широкой приталенной юбкой. Хотя женщины на фотографии держались за руки, они казались существами из двух разных миров. Миров, между которыми, при всем их различии, готова вот-вот зародиться близость. «И как только камера могла так тонко прочувствовать то, о чем мы сами лишь начинаем догадываться?» – подумала Джуди, отступая на шаг назад и словно в гипнозе глядя на двойной портрет матери и дочери. «Я никогда и ни к кому не чувствовала такой любви, как к ней, – размышляла Джуди. – Лили – моя единственная кровная связь на этой земле. И в то же время она чужой, почти посторонний мне человек».
Лили вошла в кабинет, одетая в то же самое платье, что и на снимке, делавшее ее похожей на испанскую инфанту. Пожалуй, оно не слишком сочеталось с холодным декабрьским манхэттенским утром, но зато должно было прекрасно получиться на черно-белых фотографиях нью-йоркских газет. Если хотите нормально получиться на газетном снимке, наденьте черное или белое, в крайнем случае, что-нибудь в полоску.
– Волнуешься, Лили? – спросила Джуди. Лили пожала плечами.
– Подумаешь, очередная пресс-конференция. Все равно, что бы мы ни сказали, это будет тут же переиначено и разнесено по свету в таком виде, что мы не поймем, о чем речь. А в конечном итоге послужит еще и свидетельством против нас.
– А я все же думаю, что решение Кейт было правильным. – Джуди вспомнила, как Кейт, запихивая белье в дорожную сумку, давала последние наставления: «Самое разумное, что можно сделать в этой ситуации, – самим выхватить угли из печи и устроить пресс-конференцию за день до появления „Вэв!“ в киосках. Лучше всего самим сообщить прессе все факты, и тогда журналистская братия вскоре угомонится и оставит вас в покое».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
