на лёгкую охоту, я же готова устроить им феерическое шоу, которое запомнится всем и каждому до скончания этих времён! Дай бог мне сил, терпения и неиссякаемого запаса магии.
Глава 8. Дурные знамения
Бесконечный лабиринт академии раскинулся меж столицей и темной, обнажённой и холодной скалы, которая напоминала о том, что выхода нет... Что из этого места невозможно сбежать. Ведь не только купол отрезал студентов академии от внешнего мира, но и непреступные серы громадины подводного горного хребта. Её утёсы, высокие и изнемождённые, стелились перед глазами подобно молчаливым стражникам, выщербленным тяжестью времени, морской пучиной и естественными катаклизмами. А корявые тёмные тени обвивались, друг вокруг друга едва позволяя разглядеть просветы пещер и спасительных проходов. Но вряд ли кому-то удавалось добраться до них, минуя систему «фамильяр».
Морская пучина тихонько свистела, с трудом пробираясь сквозь толщу воды. Капли холодного тумана висели в воздухе, задерживаясь на каждой ветке и едва трепещущем листе, цветущих на территории подводного купола палисаднике. Осенние листья, золотистым ковром покрывающие цветастые дорожки академического города, едва различимо хрустели под ногами, напоминая об очередном кошмаре, который я увидела ночью. Притом вид горизонта оставался безупречно чистым. Тёмные скалы не цепляли взора, а бесконечная синяя глубина расползалась несуразной кляксой, путая мысли и душу.
Мелкая дрожь пробегала по телу, пока я гадала, куда вёл меня фамильяр, помахивая своим пушистым хвостом. Следуя вплотную за рыжей хитрой лисицей, ощущала неприятное спокойствие и умиротворение, пронизывающее воздух, от которого на душе становилось, слишком тревожно. Даже как-то истерично и нервно. Как-будто меня вели на заклание. Более того, зная о тёмном ковене ведьм, я под каждым камнем ожидала ядовитую, бешеную тварь, и, не замечая оную, напрягалась всё сильнее. Страх своими когтистыми лапками сковывал душу и бередил сердце.
Увлечённая своими переживаниями, я не заметила, как собственное дыхание сбилось с ритма и начало походить на сдавленное хрипение. А когда заметила — замерла на полушаге и вскинула голову. Зачарованно наблюдая за тем, как мутная плёнка барьера рассеивается прямо перед носом лишь для того, чтобы утянуть меня в водоворот портала. Я впервые видела такой необычный способ передвижения. Чаще всего это более осознанное и осязаемое нечто, которое управлялось дистанционно, а не просто по наитию, из-за того, что кто-то попал на данную территорию. Это было за гранью моего понимания.
— И к-куда мы идём? — мой голос слегка дрожал, когда я задавала этот вопрос.
Пристально глядя на подрагивающий лисий хвост, я была переполнена любопытством и страхом. Мы совершенно неожиданно замерли, когда мой проводник резко обернулся ко мне своей мордочкой, подходя вплотную к ногам и опираясь передними лапами на мои колени, вытянулся в полный рост. Настолько близко, что я смогла ощутить несильные покалывания от магических нитей охранной системы. Внутри у меня всё скручивалось от страха и непонимания происходящего. Онемев, я даже моргнуть не могла, глядя на заострённую морду перед собой. И зачем, собственно, лиса вытащила меня посередине ночи?
— Закрой глаза, — мягко приказала мне лисица и убедившись в покорности, подцепила хвостом мою руку и потащила за собой.
Прежде, чем я поняла куда мы попали и зачем, уже выполнила чужой приказ, оказавшись в темноте, лишившись самого важного органа чувств. Я не понимала, что происходит, зачем был нужен весь этот странный спектакль. Последние дни выдались несколько… Неординарными и яркими на события, что у меня голова до сих пор шла кругом. По какой-то причине, милостью богов я и секунды не могла прожить в спокойствии. И всё же, доверяясь чужому хвосту, позволила утаскивать себя всё дальше в неизвестность.
Я чуть нахмурилась, когда почувствовала, что вокруг моей головы что-то перевязали и плотно стянули на затылке. Нечто мягкое, плотное и прохладное. Хвост фамильяра был горячим, а тут меня коснулись ледяные, как у мертвеца, руки, вызвав по телу табун неконтролируемых мурашки. А когда пальцы случайно задели кончик уха, и вовсе пришлось закусить губу, чтобы позорно не взвизгнуть от страха. Манипуляции с моей головой закончились быстро. Я потянулась к голове, собираясь ощупать странную ткань, однако мою конечность молниеносно перехватили и не позволили сделать задуманного.
Когда же на руке защёлкнулся браслет с антимагическими чарами, я забыла, как дышать. Грудь сжалась, неспособная сделать и глотка воздуха, когда, крепко обвивая моё запястье хвостом, фамильяр потянул меня за собой. Душа погрузилась в тревожное ожидание, а сердце в тот же миг попыталось сбежать из грудной клетки, на вольные хлеба. Это уже не походило на шутку или какую-то идиотскую попытку разыграть меня. Происходящее пугало и ставило меня в тупик. Я не осознавала, что вообще происходило.
— Не открывай глаза, пока я тебе не скажу, — добавил мой сопровождающий, чувствуя моё нервное состояние, через магическую связь. — Это для твоего же блага. Простым смертным не нужно видеть этот путь. Так что доверься мне и позволь отвести тебя в то место, где тебя давно заждались.
Странный поход в неизвестность продолжился. Холод чьих-то ладони постепенно сменился на жар хвоста, и моё тело перестало столь бурно реагировать на происходящее с ним. Запах влажных листьев и вой холодного ветра утихали, в конечном итоге, обретя голос тихого перелива и умиротворённого покоя. Я могла лишь предполагать, сколько времени прошло. Ведь казалось, что это место перестало отвечать каким-либо законам логики и мироздания, растеряв всю нормальность вместе с тем, как я лишилась зрения.
Должно ли меня волновать похищение из академии? Вопрос был риторическим, нежели прагматическим. Ибо сопротивляться фамильяру было бесполезно. Потому, ухватившись за пушистый хвост я просто слепо шагала, не желая тревожиться ни о чём, кроме того, что возможно, нужно было попрощаться с родителями заранее и в последний раз сказать им о том, что я их любила. Ведьмы… Они скорее всего поняли, кто хранил в своей груди второе сердце и теперь, по их приказу меня вели на казнь. Ведь больше я никому не нужна в этой чёртовой академии!
Соль в воздухе концентрировалась с каждым вздохом всё сильнее, настолько, что язык стало чуть покалывать, а кончик носа улавливал крошечные и острые частички. Меня вдруг крепче схватили за запястье и потянул вперёд с утроенной силой. Я едва не вскрикнула, почувствовав, как моё тело провалилось в бездну невесомости. Страх обуял душу и застрял в горле раскалёнными до бела иглами панической атаки. Стало трудно дышать… Горло сводило, а в рот залетали воздушные потоки, несущие с собой привкус морского отчаяния и тоски. Оно
