в ней, властвуя, и живет в ней без страха, как будто это его собственная земля. И вот четыре года теперь прошло, а цезарь занят войнами с персами, и послал все свои войска на Восток, и славяне живут свободно на земле, и пребывают на ней, и распространились вдаль и вширь, насколько Бог позволяет им, и грабят, и жгут, и берут в плен. И в грабежах дошли даже до внешних стен Города, и увели все императорские табуны лошадей, числом много тысяч, и все остальное, что смогли найти. И даже доныне они все еще располагаются и обитают здесь, и живут в мире на ромейских землях, без беспокойства и страха»[9].
Этот рассказ свидетельствует не просто о набегах и войнах, но именно о поселении славян на византийских землях. К 80-м гг. они не только поселились на северных Балканах, иногда достигая Константинополя, но осаждали Фессалонику и расселялись по всей Греции, вплоть до Пелопоннеса. В конце VI в. впервые византийцы попытались перейти от оборонительных действий к наступлению (в 600 г. граница империи вновь, как в римские времена, прошла по Дунаю), но отдельные экспедиции не могли остановить постепенное заселение греческих земель славянами. Решительный прорыв дунайской границы и подлинное завоевание славянами Балканского полуострова произошло во время правления императора Фоки (602–610) и в начале царствования Ираклия (610–641). Балканская граница империи перестала существовать, когда императоры решали внутренние проблемы в Константинополе или вели войны на Востоке. Никто не мог помешать расселению славянских крестьян на землях империи вплоть до самого юга полуострова, а военное искусство славян уже позволяло им брать штурмом крепости. В итоге реальная византийская власть сохранялась только в крупных приморских городах, которые были хорошо укреплены и к которым можно было доставлять подкрепления по морю. Славяне, обладая многочисленными лодками-моноксилами (буквально «одновдревками»), еще не овладели искусством собственно морского боя. На руку византийцам было то, что славяне, проникавшие на юг полуострова, фактически не имела государственного устройства. Основанные ими поселения были мало связаны друг с другом, у них отсутствовало общее управление (византийские историки называли эти анклавы склавиниями), и это вскоре позволило грекам начать процесс постепенной христианизации, аккультурации и в конечном итоге полной ассимиляции славян на юге полуострова.
В 626 г. славяне вместе с аварами участвовали в уже описывавшейся неудачной осаде Константинополя, в то время как персидское войско стояло напротив Города в Халкидоне. Основным оружием, которое империя могла противопоставить варварам, была дипломатия, и византийцы пытались изыскивать себе союзников, которые могли бы угрожать их нынешним противникам, нередко занимая вскоре их освободившееся место… Считается, что именно император Ираклий пригласил поселиться на Балканах сербов и хорватов, способных угрожать с тыла аварам и иным славянским племенам. Другим направлением был поиск союзников в южнорусских степях и в районе Северного Кавказа. Здесь главным достижением Ираклия стала дружба с Кувратом, основавшим государство Великая Булгария, которое поддерживало Византию до своего распада в середине века под натиском хазар. После распада Великой Булгарии сын Куврата Аспарух привел часть своих племен на территорию Византии, где они и расселились в 70–80-е гг., дав начало быстро ославянившемуся Болгарскому государству. В 681 г. византийцы были вынуждены признать государство Аспаруха, расположившееся на их территории, и обязались выплачивать ему дань. К началу VIII в. Болгария только укрепилась, и византийцам оставалось лишь пытаться сдерживать болгар севернее балканских гор.
4. Переустройство империи
По мнению многих историков, Византия в VII в. пережила своего рода перерождение. При Юстиниане она во многом была еще поздней Римской империей как в отношении государственного устройства и экономики, так и по официальному языку, геополитической направленности и этнокультурному составу населения. В VII в. она превращается в средневековую Византийскую, можно даже сказать греческую, империю. Победа Ираклия над Персией стала торжеством старых римских задач в восточной политике. Но еще до арабского нашествия Ираклий начал перестраивать управление империей и создавать систему фем с объединением военной и гражданской власти, что станет характерно для средневековой Византии. После победы над Персией император официально воспринял титул «василевс» (царь), ранее применявшийся неофициально, пока в лице сильного персидского царя имелся конкурент на этот титул. Императора начали короновать, а официальным языком империи окончательно стал греческий.
После арабских завоеваний 30–40-х гг. Византия потеряла свои провинции на Ближнем Востоке. Это было потерей некогда важнейших областей и крупнейших городов, таких как Антиохия и Александрия. Одновременно с этим империя во многом лишилась своего многонационального характера, все больше превращаясь собственно в греческое государство с главным центром и основными интересами в Малой Азии и на Балканах. Славянское проникновение на Балканы отрезало от Византии латиноязычный Иллирик, в течение нескольких веков не дававший забыть о латинском наследии и поставлявший императоров и солдат. Теперь балканскими соседями империи стали славяне и создаваемые ими государства, которые, помимо военных и политических проблем, со временем создадут основу «византийского содружества».
Войны и нашествия как на востоке, так и на Балканах нанесли тяжелый урон византийским городам, чья сохранность в свое время позволила Восточной Римской империи не повторить судьбу Западной. В VII в. кризис постиг города, а вместе с ними и все экономическую систему государства. Отныне многое зависело от земельных собственников и крестьян, что стало началом феодализации общества. Если Юстиниану приходилось ради укрепления своей власти подавлять восстания городских партий, то преемники Ираклия должны были иметь дело уже с земельной аристократией.
Церковная догматика в основных чертах была уже сформулирована. Оставалось пережить кризис иконоборчества и последний из семи Вселенских соборов. Поздняя Античность подошла к концу, и наступали Средние века.
Глава пятая
Византия: иконоборческий период
Введение
Ввизантийской истории период иконоборчества, длившийся более столетия (начало VIII – середина IX вв.), стал по своему значению целой эпохой не только в религиозной, но и в политической и культурной истории. Проблема отношения к священным изображениям, оказавшаяся в центре полемики, вставала на разных этапах перед почти всеми культурами и религиями. По крайней мере монотеистическими. Одновременно с византийцами эту проблему решал мусульманский мир – и решил совсем по-другому, нежели восточное христианство.
Разные части христианского мира тоже по-разному относились к иконам. Если в грекоязычных областях иконопочитание находило для себя плодородную почву, то латинское христианство было в этом сдержаннее, и богословие иконы как таковое там не возникло. Христианство армян, коптов и семитских народов (сирийцы, арабы, ассирийцы) не
