В образовавшуюся полость поместили выточенный из инструментальной стали и затем закалённой «тупоголовый» бронебойный сердечник – приварив его через дно электросваркой к получившемуся таким образом «поддону». Бронебойный сердечник имел псевдо-трассер из того самого стаканчика с «дымным следом» и, по моему предложению – так называемые «подрезы-локализаторы Гартца», устраняющие возможные огрехи в его закалке.
Вот только соответствующих образцов броневой стали – у нас в Ульяновске не нашлось, чтоб проверить бронепробиваемость!
Имеющееся же самое толстое «котельное железо», толщиной без малого в десять сантиметров – пробивалось со всех дистанций, исключая совсем уж запредельные. В основном же, на заводских испытаниях стреляли чугунной гранатой по целям изображающим из себя огневые точки и открыто расположенную пехоты противника.
Кстати, если мне не изменяет «послезнание» – проблемы с бронебойными снарядами в РККА были до самого 1943-го года. Теоретически имеющие вполне впечатляющую пробивную способность, практически – они почему-то её не демонстрировали.
– Надо будет не забыть – обязательно заняться этим головняком, – вздохнув, делаю себе «зарубку» на память, – но, чуть позже.
* * *
Конечно же, во всех этих делах активно участвовал наш «военный сектор»: близнецы Ванька да Саньки и, оба их «мотострелковых взвода». Они поочерёдно изображали из себя расчёт орудия, испытывали его возкой на мототелеге и перекатыванием вручную по полю.
– Ребята, – стимулирую их, когда вижу – что энтузиазм иссякает, – после того, как нам поможете – дам пострелять из пушки.
– Брешешь!
– Честное комсомольское.
Прыгают и скачут:
– УРА!!!
Подождав когда успокоятся, запредельно строго:
– А за «брешешь» – упали оба и по двадцать раз отжались!
Беспрекословно понеся наказание, с новыми силами хватаются за лафет.
Кричу обеспокоенно:
– Куда вы так пуп надрываете?! Смотрите – трудовую грыжу не наживите…
– Практически дети с орудием справляются – хотя и вывалив на плечо язык, – был наш с Главным конструктором общий вердикт после испытаний, – значит, свободно справятся и взрослые красноармейцы.
Правда, справедливости ради – детский расчёт орудия был несколько усиленным и часто менялся.
Пострелять юным «пушкарям-противотанкистам», правда, разрешили только в самом конце испытаний – когда убедились в надёжности конструкции и безопасности этого мероприятия. Стрельнув по паре раз из «всамоделишной» пушки, они конечно этим не удовлетворились и забузили – требуя «продолжения банкета».
– Ещё успеете настреляться, ребята, – тактично, но строго утешает их Поегли, – вся ваша жизнь впереди и все будущие войны – ваши.
Если б, он только знал – как был прав!
* * *
Конкурс на противотанковую пушку для Красной Армии был объявлен лишь в конце мае 1924 года. Наше «ОСТБ-007» тут же заявило о себе и, её главный артиллерийский конструктор Мартын Антонович Поегли вскорости уехал в Москву «пробивать» своему детищу дорогу в большую жизнь. То бишь договариваться с ГАУ об уже войсковых испытаниях. Мы же с нашими «бойцами», с участием деревянного танка и настоящей стальной – хотя и безснарядной пушки, провели несколько тактических учений.
Сперва ребята – до этого сильно переоценивавшие роль танков, слегка приуныли:
– Такую маленькую пушку где угодно можно спрятать и улучив удобный момент – перестрелять сколько угодно танков… Ведь, эта «коробка» слепошарая!
Как можно аргументированее им отвечаю:
– Конечно, а вы что хотели?! Всякое новое оружие рождает контрмеры: изменение тактики и появления другого оружия – способного ему противодействовать. Не успели залетать аэропланы, как тут же придумали – как их сбивать. Вот только от авиации почему-то никто не отказался! Почему с танками должно быть как-то иначе?
Долго спорили, на коробочках-макетах и на «планшете» – макете местности изображающим тактическое поле, пытались изобразить – как взаимодействие танков между собой, так и танков с пехотой и собственной противотанковой артиллерией. Но остановились на том, что:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Без самолётов – никак нельзя: сверху всё видней. Серафим, давай нам быстрей хотя бы планер!
Ну, а пока планера нет, после занятий на планшете – близнецы заказали Кузьме ещё один деревянный танк:
– Один стоит на месте за укрытием и прикрывает из пушки и пулемёта, а второй с пехотой продвигается вперёд. Дойдя до удобного рубежа, он останавливается и прикрывает продвижение уже первого… Ну, примерно где-то так!
Поразмыслив трохи, предлагаю:
– Давайте, уж сразу целых три – один полнокровный танковый взвод получится.
Кто-то из близнецов – Ванька или Санька, до сих пор не могу их на лицо отличить, добавил «осетра»:
– Четыре – как раз две пары. И ещё: обороняющейся стороне тоже – хотя бы один танк нужен. Для контратак.
Я одобрил:
– Вполне разумно мыслишь, вьюнош.
Не, ну до чего славные ребятки у меня!
– Тогда и наступающей стороне свои противотанковые пушки нужны.
Две пары совершенно одинаковых «гляделок» вопросительно уставились на меня с одним и тем же вопросом:
– Для чего они наступающим танкистам, Серафим?
– Чтоб отбивать танковые контратаки обороняющегося противника – не отвлекая собственные танки от первоначально поставленной задачи.
Кузька Домовёнок, ныне стал таким важным!
И рачительным – слишком излишне, на мой взгляд, «хозяином»:
– Ещё четыре танка вам?!
– Три, Кузьма, три… И пару деревянных пушек типа вот этой.
Возмущается:
– А за чей счёт «банкет», спрашиваю?
Слегка повысив голос:
– Кузьма, не жопься – это тебе не идёт. И запомни: народ не желающий кормить своих танкистов – будет кормить чужих!
Близнецы, стараясь незаметно для меня – синхронно показали ему кулаки и тот тут же – пошёл на уступки:
– А я чё? А я – ни чё. Коль надо – сделаю, проблем нет!
* * *
Меж тем, события в стране и мире идут своим чередом и, пока не обращая внимания на мою прогрессорскую деятельность. Вместо Ленина на должность Председателя Совнаркома «триумвират» из Зиновьева, Каменева и Сталина назначил Рыкова и, она – эта должность, стала становиться всё более и более декоративной.
Троцкий лишь пассивно наблюдал за происходящим: то ли – не желая, то ли – не имея возможности вмешаться в делёж ленинского наследства. В феврале 1924 организованная «триумвиратом» партийная комиссия обвиняет его в «развале» армии и, хотя немедленного снятия с поста Председателя Реввоенсовета СССР не последовало – власть над вооружёнными силами страны он начал медленно, но верно терять. Ему в заместители был назначен Михаил Фрунзе, его самого брутального сторонника Михаила Тухачевского – «перевербовали» назначив Начальником штаба РККА, его самого ярого приверженца – Николая Муратова, удалили подальше из Москвы. Наконец, начальника политуправления Владимира Антонова-Овсеенко – заменили лояльным «тройке» Андреем Бубновым.
И, ВСЁ!!!
Последующие «телодвижения» Демона Революции напоминали корчи сжигаемого на костре Инквизиции еретика. Официально же Льва Давыдовича снимут с высокой должности и пинками загонят «под плинтус», лишь через год – в конце января 1925 года.
Чуть не забыл…
Ксавер, мой деловой партнёр по «распилу бабла» – не пробалабонил и, в конце года, с видимым удовольствием – выдал мне обещанных сто тысяч червонцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
За скальп «Льва Революции»!
Глава 4. «Здравствуйте, мы ваша крыша»!
Финансовые влияния Елизаветы Молчановой, если и отсрочили финансовый крах «поэтического» кафе «Стойло Пегаса» – то ненадолго. Видно «дело было не в бобине» – а в плохом менеджменте и, в середине апреля 1924 года я получил телеграмму от лизиной мамы Надежды Павловны: детище «Ассоциации вольнодумцев» (поэтов-имажинистов) – вот-вот выставят на аукцион.
