Читаем без скачивания Грешники и праведники - Иэн Рэнкин

«Молодец, Джон», — пробормотал Ребус.

Он был на пути к последнему бару своего удручающего путешествия, когда зазвонил мобильник. Номер был ему неизвестен, но он всё равно ответил.

— Привет.

Он сразу же узнал голос Мэгги Блантайр.

— Привет, Мэгги. Всё в порядке?

— В полном. Ты в машине?

— Еду в Сильверноуз.

— Хочешь старые грехи замолить?

— Что-то вроде этого. Я не знал, что у тебя есть мой номер.

— Жиртрест дал.

— Вот оно что.

— Ты не беспокойся — я ему сказала, что ты оставил у нас кое-что.

— Как там Дод поживает?

— Без изменений. — Она помолчала. — Я была рада тебя повидать.

— Хорошо было свидеться… Жаль, что при таких обстоятельствах.

— Звонил некто Фокс — спрашивал, в состоянии ли Дод ответить на несколько вопросов. Дод говорит, что ты должен быть в курсе.

— Вроде того.

— А если Дод откажется?..

— Я полагаю, доктор может выписать ему справку.

— Я тоже об этом подумала. — Ещё одна пауза. — Дело не в том, что Доду есть что скрывать. Просто его состояние не позволяет.

— Понятно.

— Вот только согласится ли Фокс?

— По большому счёту это не имеет значения, верно?

— Дод не хочет уходить в могилу с пятном на репутации. Ты это можешь понять?

— Конечно.

Она вроде бы немного успокоилась, словно ей стало легче оттого, что он разделил с ней бремя решения.

— Мы сможем выпить кофе после твоего Сильверноуза? Было бы здорово увидеть тебя.

— Ты имеешь в виду у вас дома?

— Тут есть кафе на Роузберн-террас. Я иногда выкраиваю часик и сижу там. Дод вроде бы обходится без меня…

— Поесть там можно? — спросил Ребус.

— Только сэндвичи и печёная картошка.

— Увидимся в половине второго.

— Исхожу из того, что ты сможешь заставить себя покинуть Сильверноуз.

— И я тоже, — ответил Ребус и улыбнулся.

Он приехал на пять минут раньше назначенного времени, но она уже была там — сидела за столиком у запотевшего окна.

— Джон, — сказала она, увидев его, встала из-за стола и клюнула в щёку. Знакомое прикосновение её пальца, вытиравшего пятно помады. — Я заказала чайник с чаем — ты не против?

— Отлично.

Есть она ничего не хотела, себе Ребус заказал сэндвич из тоста с ветчиной. Когда официантка ушла, он увидел, что Мэгги Блантайр внимательно его разглядывает.

— Ты что — оставила на мне отметину? — спросил он, вытирая левую щёку.

— Просто вспоминала. Вы были такая симпатичная компания — настоящая банда друзей.

— На такой работе это неудивительно.

— И ещё много чего.

— И несмотря на это, я здесь.

— Ты здесь, — сказала она, поднимая чашку с чаем. Но улыбка вдруг сошла с её лица. — Я иногда думаю…

— Что?

— Как могла бы сложиться жизнь, будь мы посмелее?

— Ты имеешь в виду тебя и меня? Насколько мне помнится, мы в то время решили, что помутились рассудком.

— Но теперь, когда я думаю об этом…

— Прошлое — очень опасная территория, Мэгги.

— Я это знаю — достаточно посмотреть, что вытворяет этот Фокс.

— Это не Фокс, это генеральный прокурор Шотландии. Она хочет повторно предъявить обвинения Билли Сондерсу, а для этого ей нужна уверенность, что в судебном заседании она не получит шила в задницу.

— Ты нарисовал миленькую картинку.

Зазвонил телефон Ребуса.

— Я должен ответить, — извинился он, увидев на экране имя Кларк.

— Конечно.

Он поднялся и вышел из кафе.

— Шивон, — сказал он вместо приветствия.

— Только что умер Пэт Маккаски, — сказала она ровным голосом.

— Чёрт.

— Теперь мы расследуем убийство. В Торфихен собирается вся команда.

Торфихен означал дивизион С управления на Торфихен-плейс. В этом был свой смысл: ближайшее отделение к месту преступления. После реорганизации дивизиону присвоят название Особый отдел по расследованию серьёзных преступлений. Но пока всё оставалось по-старому.

— Я смогу быть там через пять минут, — сказал Ребус.

— Ты не упоминался, Джон. Я не хочу сказать, что ты не понадобишься в будущем…

— Но тебя включили?

— В настоящий момент — да.

— А Пейджа?

— Нет, Пейджа там нет. И Эссон с Огилви тоже. Похоже, сейчас их интересует только инспектор.

Ребус воспользовался возможностью закурить. В окно он увидел, как ему принесли сэндвич, он показал, чтобы сэндвич оставили на столе.

— Насколько мы можем быть уверены, что это убийство?

— Я согласна — он мог упасть, удариться головой. Возможно, вскрытие даст что-нибудь.

— С другой стороны, если объявить это убийством, то дела пойдут резвее и тот, кто это сделал, почувствует давление…

— Тебе удалось поговорить с твоими контактами?

— Сделал всё, что мог. — Ребус помолчал. — Пресса вцепится в эту тему.

— Не говоря уже про коллег Маккаски. Да, кстати, его личный секретарь сообщила, что это она выключила телевизор. Так что ты был прав.

— На ноутбуке есть что-нибудь, связанное с государственной тайной?

— Он защищён паролем.

— Ну, пароль — это всё же не Форт-Нокс.[18]

— Понимаешь, кампания «Скажи, „да“» — дело не совсем государственное.

— Так что там могут обнаружиться материалы, о которых в его министерстве и не знают?

— Мы проверяем. — Кларк помолчала. — Насколько я понимаю, всё это делает сына неприкосновенным.

— Может, так, а может, и нет. И всё же странно, что это случилось почти следом за аварией.

— И ценных вещей из дома взято ровно столько, чтобы это выглядело как ограбление, так?

— Вроде так.

— Ты думаешь, я должна сообщить об этом старшему инспектору Ральфу?

— Ник Ральф заправляет розыском в Торфихене?

— Говорят.

— Хорошая новость. А если он просит прикомандировать тебя, то это его вдвойне хорошо рекомендует.

— Чепуха.

— Хотя он не пригласил меня, и это говорит против него.

Через стекло он видел Мэгги Блантайр — она, казалось, начала немного нервничать, что его сэндвич остывает. Ребус кивнул ей, затянулся напоследок сигаретой и бросил окурок в водосток.

— Мне нужно идти.

— Если узнаешь что-нибудь об украденном…

— Я отдам это тебе, чтобы ты получила свою золотую звёздочку от учителя.

— Да уж лучше отдай, а то в следующий раз, когда выйдешь играть в нашу песочницу, получишь щелбан.

Ребус отключился и вернулся в кафе.

— Извини, — сказал он.

Но Мэгги уже была на ногах, надевала пальто.

— Мне пора возвращаться, — сказала она. — Деньги за мой чай я оставила.

Ребус увидел аккуратную стопку монет рядом с её блюдцем.

— Но мы так и не поговорили, — посетовал он.

— Наверное, это была не лучшая идея. — Она улыбнулась ему и прикоснулась к его галстуку кончиками пальцев. — Но я уверена, Дод будет рад тебя видеть, если ты вдруг надумаешь зайти к нам.

— Мэгги…

— Садись и ешь. — Она похлопала его по груди и исчезла.

Ребус постоял несколько секунд, не понимая, ожидает ли она, что он бросится за ней, даже если это и выглядело бы театрально. Но в животе у него заурчало. К тому же к трём он должен был явиться в Шерифский суд. Официантка спросила, всё ли в порядке.

— Спасибо, всё хорошо, — ответил ей Ребус, усаживаясь на стул. На чашке Мэгги виднелся след помады, а денег она оставила столько, что хватало и на его сэндвич.

— Ужасные новости, — сказал Эймон Патерсон.

— Ужасные, — согласился Малькольм Фокс.

Они втроём находились в кабинете Шерифского суда. Фокс включил обычный магнитофон, не видеозапись. Ребус обратил внимание, что Фокс не предпринял ни малейшей попытки убрать документы, напротив, постарался, чтобы кабинет имел рабочий, захламлённый вид, словно тут происходила какая-то кипучая деятельность и сюда непрерывно стекались всё новые и новые документы. Его блокнот формата А4 был раскрыт — или это другой блокнот? Страницы испещрены записями. Что-то выделено прописными буквами или подчёркнуто. Ни одной случайной закорючки, ни одной упущенной мысли. Во всём точность, во всём профессиональное рвение.

И всё это ради того, чтобы произвести впечатление на человека, который освоил подобные штучки, когда Фокс ещё под стол пешком ходил. Патерсон даже подмигнул Ребусу, когда Фокс отвлёкся на магнитофон. Если кто-то вздумал тут в игры играть, то Патерсон будет достойным противником.

— Приятно видеть, что старые методы всё ещё в ходу. — Патерсон показал на магнитофон.

— Только в тех случаях, когда это целесообразно. — Фокс поднял глаза. — Я забыл спросить про чай или кофе — сержант Ребус может сбегать и принести что-нибудь…

— Мне не надо, спасибо, — сказал Патерсон и ещё раз исподтишка подмигнул Ребусу — Фокс каждому показывал своё место: Ребус здесь на подхвате, а Фокс — хозяин положения.