Глава 4
Не было оснований не верить в это… Он был мертв. Не просто МЕРТВ – он умер давно, возможно, около недели назад. Но… было бы глупо отпираться, это, действительно, было так. Гной, бледность и… разлагающаяся плоть. А ведь если бы он умер здесь и сейчас, то был бы еще теплым, как кофе в термосе. Но этого не было, он был окоченевшим, холодным и весь истекал какой-то слизью. Это был труп, которого будто бы достали из патологоанатомического сейфа, а вовсе не умерший час назад человек. Но что тогда произошло тут? Как мог ТРУП оказаться в машине, которая ехала по автобану.
Вперед? Пожалуйста, вперед. Немного сбросить скорость? О, без проблем. Вас устроит 40 кмч или, может быть, 30? Вот и отлично. Да, чуть не забыл, выключу я, наверное, фары… в том месте, в котором я окажусь, когда миную тоннель, не нужно освещение…
Палыч почувствовал, как в душе мерзко кольнуло отвращение. Он попытался сосредоточиться и отбросить прочь такие мысли. И, несмотря на то, что они были весьма и весьма настойчивые, похоже не собираясь никуда отступать, у него все же получилось это. С большим трудом, расплачиваясь появившейся головной болью, но получилось. Однако внутри себя, не желая признавать такую возможность, он все же чувствовал, что никуда не денется и мысли вернутся вновь.
«Тебе что, пять лет? Может ты еще боишься монстра из шкафа? Бугимен, мать его. НЕТ! Откуда такие мысли у человека прошедшего Афган? Труп есть труп. Тогда какой, к огородному пугалу, труп недельной давности? » - подумал майор.
Однако тут же откуда-то появившейся второй голос, несколько суеверней, чем голос сознания, говоривший независимо от желания, добавил:
«Самый обыкновенный, тот, которого я вижу с запрокинутой головой на переднем сиденье. Заметь, его нога вовсе не на педали, а руки не держат руль. Потому что он мертв!».
Палыч вздохнул. Он с радостью заплатил бы кому-нибудь миллион долларов (если бы он конечно был у него), лишь бы этот голос замолчал. Его собственный голос. Не важно, говорил ли он правду или нет, но он не хотел его слушать, готовый запереть здравый смысл на ключ. По крайней мере, сейчас. В эту самую минуту. Он с силой захлопнул бампер.
- Я не знаю, что с машиной!
Сделав секундную паузу он выругался, облокотившись ладонями на бампер, и повернулся к Сергею.
- А что у тебя?
- Тоже ничего хорошего.
Сергей вздохнул. Он минуту назад спустился с возвышенности над тоннелем – одинокого, покрытого густой растительность холма, где решил проверить телефон. Но связи не было и там.
- Ты набирал код города?
- Да.
- Звонил 01 и 03?
- Конечно, я сделал все так, как ты и сказал.
Палыч нервно сплюнул на асфальт, растерев слюну ботинком. Все это напоминало дрянной сон, после которого ты просыпаешься в кровати мокрый и вонючий, а через долю секунды понимаешь, что это твой дом и рядом спит верная жена. Но ведь не могло все сразу свалиться на их головы?! Оказывается, еще как могло, со всей щедростью Абрамовича при покупке футбольных звезд. Сломанная машина, отсутствие связи и… ТРУП. Вот так.
- Я как знал, что не стоит связываться с этой «десяткой» - сказал Палыч – Но… не могли же мы его отпустить!
- Это наша работа, – согласился Сергей – Не помню, где я слышал такое выражение, но «плавать в дерьме и не испачкаться?»
Майор нервно хихикнул.
- У меня такое чувство, что мы не плывем, а идем вброд. Машина сломалась, нет связи и все просто откровенно хреново.
Палыч перехватил взгляд Сергея: лейтенант смотрел вглубь тоннеля, на красный разбившейся автомобиль.
- Не вини игроков, во всем виновата сама игра, – сказал Палыч.
Сергей покосился на напарника.
- Это где ты понабрался такого? По-моему, сейчас не до заумностей. По крайней мере, мне.
Майор выдержал взгляд напарника и не отвел глаза.
- Я только хотел сказать, что не стоит забивать себе голову тем парнем. Мы не виноваты в этом: это наш долг.
- Ты думаешь, меня мучают угрызения совести?
- По крайней мере, мне так показалось – сказал Палыч.
- Считай, что интуиция тебя подвела…
Палыч промолчал. Не хотелось говорить лишнего, а возможно он совсем не хотел вновь возвращаться к этим мыслям, от которых с таким трудом удалось избавиться совсем недавно. Сергей, видимо, посчитавший себя победителем в словесном споре, что могло убедить неуступчивого Палыча в его хладнокровии и спокойствии, залез в кабину УАЗа и вновь попытался связаться с диспетчером. Майор, считавший попытки соединения, мысленно отметил, что этот раз станет двенадцатым. Рация не работала и, похоже, не собиралась, будь еще тысяча таких попыток. Вскоре это понял и Сергей, который бросил все попытки соединиться и выглянул из салона.
- Слушай, а ты уверен, что мы не могли ошибиться? – спросил Сергей – Ведь каждый может ошибаться, человеку свойственно делать ошибки.
Палыч смаковавший очередную сигарету, услышав эти слова, замер.
- Не знаю.
- Я думаю, мы могли ошибиться, – сказал Сергей.
- Ты уверен в этом?
- Нет! – Сергей, на этот раз избежал прямого взгляда Палыча и решил вновь погрузиться в починку, как ему казалось, поломанной рации. Он продолжил дергать какой-то проводок красного цвета, надеясь что именно он является причиной неисправности.
Он врал. Врал самому себе. Палыч чувствовал, что ни он сам, ни Сергей не могли ошибиться, но, видимо, лейтенант боялся такой мысли. Боялся даже ее подпустить к себе. Боялся ее и Палыч, но он был уверен на 100, а возможно и 150 процентов, что тот человек за рулем автомобиля умер не сегодня и никак не час назад. Существовала возможность, что он плохо увидел что-то, не видел кое-чего в темноте, пусть даже Сергей и воспользовался фонариком. Как мог нормальный человек начать гнить сразу же после смерти? Что у него были за раны? Что-то было не так. Палыч чувствовал это сейчас, чувствовал это и во время задержания и даже спустя мгновение после того, как увидел эту злополучную машину. Срочно необходимо вызывать экспертов, медиков, оперов, да даже Миронова! Но как?
Тем временем Сергей осознал всю несостоятельность своей затеи и отбросил рацию, снова потянувшись за телефоном.
- Сергей!
- Чего?
Перед тем, как начать говорить, Палыч сделал паузу и попытался сосредоточиться. Он внушительно прокашлялся, прочистив горло.
- И я, и ты прекрасно понимаем, что в машине труп… - Палыч на секунду запнулся.
«Умерший труп,» - мелькнуло в голове.
- Ты понимаешь что это означает?
- Палыч, я ничего не понимаю.
А что понимал майор? НИ-ЧЕ-ГО. Еще будучи возле машины, он ничего не понимал. Ничего не понимал Сергей… Они решили, что, возможно, это действие химикатов (Палыч был уверен, что водитель «десятки» принимал кокаин, либо кололся, что и ускорило процесс разложения…)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
