Революция срезала мандаринские шарики, бесжалостно разоблачила китайскую псевдо-ученость и откровенно сказала, что Китай безграмотен, что если он не хочет оставаться в тисках международного империализма, то он должен учиться и в качестве основной предпосылки реформировать «китайскую грамоту».
В результате, так называемая письменность, насчитывающая свыше десятка тысяч обычно необходимых иероглифов (мандаринская), была реформирована в «байхо», разговорный язык, дающий возможность оперировать тремя тысячами иероглифов.
Газета в Китае.
Число периодических изданий в Китае (газет и журналов), выходящих в настоящее время в разных городах, достигает до 800. В последние годы, несмотря на все усилия Антанты и особенно Японии, в качестве доверенного лица опекающей современный Китай, в последний стали проникать «новые идеи». Это повело к тому, что китайская печать начала не только заметно пропитываться этими новыми идеями, но и обогащаться большим количеством либеральных и даже радикальных изданий.
Наиболее крупными центрами, по числу выходящих в них периодических изданий и по тому влиянию, которое эти органы печати оказывают на китайскую общественность всего Китая, являются: Пекин, Тянь-Цзин, Шанхай и Кантон. Большие влиятельные газеты, печатающиеся в этих городах, расходятся буквально по всему Китаю, достигая самых отдаленных уголков в оригиналах или в виде перепечаток в провинциальной печати. Распространению газет и других произведений печати много способствует довольно хорошо поставленное почтовое дело в Китае, налаженное французами. Кроме того, этому способствуют ученические организации, имеющие в каждом провинциальном городе, а равно и в деревнях, бесплатные читальни, которые делают газету доступной китайской массе.
Еще несколько лет тому назад почти все периодические издания в Китае выходили на так называемом литературном языке. Для чтения газеты на литературном языке необходимо быть очень образованным человеком, т.-е. знать не менее 12–13 тысяч китайских иероглифов и соответствующее количество литературных выражений.
Усилиями профессора Пекинского университета доктора Ху-Ши, профессора Чен-Дусю и др. произведена целая революция путем введения в печать разговорного языка, что делает книгу и особенно газету доступной широким массам китайского населения.
Сейчас большинство китайских газет и журналов пишутся исключительно на разговорном языке.
Иллюстрированный китайский журнал.
Благодаря «Пекинской газете» китайскую прессу можно считать самой старейшей из всех; однако, она далеко не самая совершенная. Младшие опередили старшую, особенно во всем, что касается иллюстрированных журналов.
Иллюстрированные журналы появились в Китае сравнительно недавно и лишь теперь выходят из зачаточного состояния, как относительно материала, который они дают публике, так и относительно исполнения.
«Жертва опиума». Излюбленная тема художников и писателей: кампания против опиума непрерывно стоит в кругу самых жгучих вопросов.«Пожар в Пекине». Этот же рисунок в другом журнале изображает «Пожар в Синь-Чжоу».«Железнодорожная катастрофа». В этом рисунке уже чувствуется европейское влияние.
На это влияет — недостаток денежных средств, проистекающий из необходимости уступать экземпляры журнала по смехотворно низкой цене, чтобы их покупали, а также большие расстояния и обособленность отдельных провинций, что не дает возможности местным журналам быстро распространяться по стране. Средний китаец еще мало интересуется тем, что не касается его провинции или окружающей его среды, поэтому провинциальные иллюстрированные листки в большинстве принуждены носить чисто местный характер и предлагать своим читателям изображение таких происшествий, которые на наш взгляд почти не заслуживают внимания.
До сих пор материал свой журналы обычно черпали из уличных происшествий и сценок домашней жизни, типичными примерами которых служат прилагаемые здесь рисунки. Но теперь крупные журналы отводят уже много места и политическим вопросам и общественному движению у себя и за рубежем.
Афоризмы философа Лао-Си.
Войско не может быть орудием для истинно мудрых. Отсюда оно и употребляется только в неизбежных случаях.
* * *
Хотя война ставит, быть может, целью спокойствие, но она несомненное зло.
* * *
Когда война окончится победой, следует об'явить всеобщий траур.
* * *
Когда в государстве много законов и постановлений, то число преступников увеличивается.
* * *
Высшая добродетель похожа на воду.
Вода, давая всем существам обильную пользу, не сопротивляется ничему.
* * *
В мире нет вещи, которая победила бы воду, ибо она нежнее и слабее всех вещей.
По горным потокам Тибета.
Очерк.
В путь на «заке». — Плот из мехов. — «Все к воздушным насосам!» — Подводные скалы. — Через быстрины. — Подвижное дно. — Капитальный ремонт плота и благополучный конец плавания. — Переправа. — Судоходство на высоте 12.000 футов над уровнем моря.
Пройдя почти четыреста миль пешком, карабкаясь по горным ущельям необитаемой части Малого Тибета, я с радостью ухватился за представившуюся возможность спуститься по реке к деревне, находившейся на расстоянии восемнадцати миль, где был наш ближайший лагерь. Этот способ путешествия представлялся мне тогда очень легким.
Малый Тибет — это область, лежащая к северу от Кашмира и к югу от гор Кара-Корум, которые удачно называются Крышей Мира. Он примыкает на востоке к Большому Тибету, области, куда доступ путешественникам закрыт, а к западу от него находится Афганистан.
Мое плавание вниз по реке должно было совершиться па заке, т.-е. на плоту из козьих или бычьих мехов, которые в этих местах обычно служат для переправ через реки и плавания вниз по течению. Они обычно состоят из шестнадцати мехов, которые надуваются и привязываются к деревянной раме, связанной из прутьев и кольев.
Команда этого необычайного судна состоит обыкновенно из четырех человек, которых называют закваллахами; они вооружены небольшими шестами, которые служат им для того, чтобы направлять плот.
Я с вечера распорядился, чтобы носильщики отправлялись к лагерю пешком, и лег спать. В пять часов утра мой старший проводник разбудил меня и об'явил, что закваллахи уже пришли и желают говорить со мной.
Оказалось, что плотовщики предлагали мне немедленно отправиться в путь, так как до реки нужно было итти еще целую милю пешком.
Я согласился, и плотовщики, взвалив на себя плот, разобранный на части, отправились к реке. Дойдя до берега, они выбрали удобное место для сборки и окончили работу меньше, чем в полтора часа.
Легко себе представить, что козьи да и бычьи меха трудно сохранять непроницаемыми для воздуха. Они делаются из целых шкур, и воздух надувается через одну из ног в то время, как все другие отверстия крепко завязываются. Шкуры держат сухими, когда они висят без употребления, а перед надуванием тщательно вымачивают.
Когда надутые шкуры привязывают к раме, плот лежит вверх ногами, т.-е. рама внизу, а шкуры наверху, но, когда он надут и спущен на воду, шкуры находятся внизу, а рама наверху.
Конечно, вид плота был самый неуклюжий, но я так мало знал этот способ путешествия, что заранее радовался предстоявшей увеселительной поездке, которая однако, очень скоро превратилась в опасный и утомительный подвиг.
Прежде чем занять свои места на плоту, пришлось пройти немного вброд, потому что в мелкой воде шкуры можно было разорвать о камни. Но вот мы добрались, наконец, до глубокой воды, команда разместилась по четырем углам; мы с проводником уселись на деревянной раме, при чем нам было строго запрещено вставать на ноги, чтобы не разорвать находившиеся под рамой шкуры.
Ветер был довольно сильный и, когда мы выплыли на середину реки, то встретили бушующие волны.
Поглощенный созерцанием окружавшей меня природы и любуясь ловкостью, с которой команда направляла плот, я не заметил, что края рамы все ниже и ниже опускались к воде. Это происходило от того, что меха плохо держали воздух и теряли свою пловучесть.
Сооружение плота.
Наверху: готовый поплавок из бычьей шкуры.
Внизу: вязка плота.
Справа: плот готов, осталось лишь перевернуть, его рамой вверх
Пришлось командовать: «Все к воздушным насосам!», а это означало, что все четыре плотовщика стали на колени и изо всех сил принялись надувать меха через ноги.
