3. Тайны крыши
История современной Флоры официально счисляется со времен образования колонии-поселения. Планета никогда не входила в колониальный резерв по причине существования здесь довольно развитой человеческой цивилизации. Ученые расходятся во мнениях о ее возникновени и, но официальная версия гласит, что эта цивилизация так же выросла на базе колонии. Правда, в возрасте того гипотетического поселения ученые расходятся, приводя самые разные числа. За «колониальное» происхождение коренного населения Флоры говорит география расселения жителей: несколько густонаселенных областей и огромные просторы свободных территорий. Однако так могло сложиться и исторически (см. монографию А. Тонэни «коренные этносы Флоры»). Именно с подачи местного правительства здесь и возникл а первое колониальное поселение. С развитием инфраструктуры Солнечной ф едерации Флора стала играть важную роль в экономике региона и около ста лет назад стала считаться центральным миром целой сети миров периферии. Исторически новую ветку назвали Флорианской…
…Еще одной важной вехой истории стал так называемый " эпидемический кризис» пришедшийся на вторую половину прошлого века. Он ознаменовался крахом экономической системы и поставил под угрозу центральный статус планеты. Тогда важную роль сыграло представительство Бюро космических исследований…
…БКоИ и сейчас оказывает значительное влияние на жизнь планеты, хотя местные силовые органы в последние годы значительно упрочили свои позиции. В первую очередь, это конечно, СПК — Служба порядка и контроля…
Вступительная глава «Путеводителя по интересным местам Флорианской координационной ветки».«Альенна», 305 г. к. в. (одобрено отделом пропаганды БКоИ на Флоре)
Долгий день, состоящий из мелких склок, выбивания средств на замену кое-какого оборудования, ругани с очередным претендентом на работу в космосе, из вышедших из строя часов в кают-компании, и не прибывшей санитарной инспекции, наконец-то подошел к концу. Капитан «Корунда», потянувшись, встал, потер глаза и вознамерился отправиться отдыхать. Все одно экипаж, тот, что уже набран, пока не прибыл, все плановые работы завершены, а час поздний.
Отдыхать капитан собрался в кают-компании, сама мысль, чтобы идти в каюту, ему претила. Хотя там теперь совсем другая мебель, и свет устроен удобно, под левую руку. А диван в кают-компании короткий.
Наедине с собой можно позволить себе маленькую слабость: быть собой.
Он даже уже почти покинул мостик, когда на дубль-пульте вспыхнул огонек — кто-то просится на борт. Вздохнул, подтвердил прием. Где-то в глубинах корабля из тамбура вышел посетитель. Вот он осмотрелся, вот переступил с ноги на ногу, вот решил немного подождать…
— Поднимитесь на мостик, — предложил капитан по громкой связи.
Он загадал: если гость за пять минут найдет дорогу, то шансы стать членом экипажа «Корунда» у него будут хорошие. Если нет, то разговора вообще не будет.
Гость уложился в одну минуту. Ровно столько требуется, чтобы спокойным шагом, не плутая, дойти от шлюзов до мостика.
Этот новый претендент оказался неопределенно молод, среднего роста, темноволос. Капитану сразу не понравился взгляд. В чем тут дело, было пока не ясно, может в том, что гость предпочитал смотреть в переносицу собеседнику. Словно прицеливался.
— Здравствуйте.
Капитан пожал протянутую руку, представился:
— Димыч. — И пояснил, чтобы не возникало лишних вопросов — фамилия.
Гость усмехнулся:
— Седых. Тоже фамилия. Вы — капитан?
— Капитан «Корунда» Дмитрий Евгеньевич Димыч. А вы…
— Врач. Меня пригласил Валентин Александрович Калымов.
Димыч еще раз внимательно посмотрел на гостя, заметил:
— Вак редко дает рекомендации. На моей памяти такое чудо случилось всего единожды.
— Возможно. Я пока мало с ним знаком.
— Успеете пообщаться. Теперь часто придется. Раньше в космосе работали?
— Приходилось. Но уже чуть больше года постоянно сидел на планете.
— Причина ухода?
— Так сложилось.
Димыч немного подождал, не последует ли более развернутый ответ. Но новый член экипажа оказался неразговорчивым. Оно и к лучшему. Хватает болтунов.
— Пойдемте, я вас официально зарегистрирую. Ваше имя полностью…
— Игорь Петрович Седых. Вот моя карточка.
Игорь Седых, вспомнил Димыч. «Ахилл — 12». Интересного кукушонка мне подбросил Калымов. А все-таки, что там было на самом деле?
Игорю капитан понравился. Он, конечно, понимал, что первое впечатление не всегда бывает точным, но прежний опыт работы в космосе давал богатую пищу для сравнения. Димыч был подчеркнуто корректен и ни разу не дал повода почувствовать себя просителем. Сероглазый блондин ростом на полголовы выше самого Игоря, Дмитрий Евгеньевич держал себя в хорошей спортивной форме. С таким, конечно, не станешь пить после рейса и болтать по душам, но зато велика вероятность, что в критической ситуации он не подведет. Впрочем, посмотрим.
После процедуры официальной регистрации и всех необходимых отметок в судовых документах, Димыч спросил:
— Останетесь на борту, или… мы на базе еще какое-то время постоим. Из девяти членов экипажа пока реально существуют только пять, включая вас и меня. Трое прибудут завтра. И я жду оборудование для контрольного отсека в трюм. Если не доставят, могут возникнуть проблемы на погрузке.
Игорь кивнул:
— Останусь. На базе у меня дел нет. Так что останусь.
Капитан проводил нового врача до каюты. Пояснил:
— Я там немного прибрался, но что-то осталось. Если будет мешать — выбрасывайте смело. Ну, располагайтесь.
— Хорошо.
В каюте и вправду навели видимость порядка. В углу стояла небольшая коробка с личными вещами прежнего обитателя, на кровати лежал запечатанный пакет чистого постельного белья. Игорь раскрыл тумбочку. Пусто. Только в выдвижном ящике женская подвеска в виде ящерицы. О том, что раньше в этой каюте жила женщина, говорили и другие признаки. Подушечка душистых трав, заблудившаяся в недрах раздвижного шкафа, забытый в душевой кабинке гребешок. В столе нашлось несколько музыкальных друз. Ни планшетки, ни другого устройства активации в каюте не было, так что не послушаешь. Игорь подумал, и оставил их на прежнем месте. Судя по поведению капитана, прежняя хозяйка вряд ли собиралась возвращаться за забытым добром. Значит, так или иначе, то, что лежит в коробке, однажды окажется выкинутым. Но остается маленький шанс «а вдруг». Если она объявится, ей будет приятно.
Застелив постель, Игорь понял, что спать ему совершенно не хочется. Помаялся пять минут, вышел в коридор. Там было темно и мирно. Жилой отсек на «Корунде» оказался куда меньше, чем на грузовике «Ахилле». Пять кают с одной стороны, пять напротив. Одна дверь с торца ведет в кают-компанию, другая — к трапам и грузовому лифту. Игорь помедлил у своей двери, вглядываясь и вслушиваясь в темноту. Дверь капитанской каюты ничем не отличалась от всех прочих. Не пробивался из щелочки тусклый свет, не раздавались приглушенные звуки. В кают-компании горел ночник. Игорь на цыпочках подошел, заглянул. Димыч лежал в неудобной позе на коротком диванчике, укутавшись пледом. Спал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
