не вспоминать того, что случилось в бассейне. Просто беседую с симпатичным парнем о всякой ерунде и расслаблено иду в сторону дома, забыв, что одежда промокла.
***
— Вообще-то, я не припоминаю, чтобы Яр оставлял свою жертву в покое, пока не добьет. — Ника, конечно, радует своими рассуждениями, когда мы идем с университета.
Поведение Ярослава вполне логично. У него есть девушка, которую он прилюдно целует и все такое. Зачем ему лезть ко мне? Произошедшего на вечеринке было достаточно.
— Не добьет? — Усмехаюсь выражению Ники, а она закатывает глаза.
— Ты меня поняла. Войский не из тех, кто отступает. Можешь Дена спросить.
— Дениса?
— Его самого. — Ника тяжело вздыхает и прикуывает губу. — У них взаимная ненависть.
— Почему? Что они не поделили?
Мы сворачиваем к остановке, но Ника тянет меня в другую сторону. Там парк. Прекрасная зона отдыха. Красиво и многолюдно. Сопротивляться бесполезно, поэтому иду и разглядываю все вокруг, пока Ника рассказывает о брате и Яре.
— Черт их знает, Лесь. Они вроде хорошо общались, пока Кира не стала девушкой Войского. Потом и началась дележка территории, как в прошлом веке, честное слово. Два идиота твердолобых.
Это я уже заметила. С того вечера прошла пара дней, в течение которых Ярослав меня активно избегал. Не смотрел в мою сторону. Ничего не говорил. Только раз на утро, когда целовал Киру, а я это увидела и не могла отвести глаз. Он будто что-то говорил, а я не могла понять, что именно. Идиотское положение, с какой стороны не посмотри.
— Из-за нее?
— Чего не знаю, Лесь, того не знаю. Брату рот зашили. Стоит только заикнуться об Атакшиевой, как он сразу делает вид, что меня не существует.
— Ясно.
— Слушай, — Ника прикусывает губы, останавливает меня и смотрит так, что душу на изнанку выворачивает, — мне тут два пригласительных прислали на закрытую вечеринку. Мега крутую.
— Нет, Ник. Точно нет.
— Ну, Леся-а-а…
— Нет. Нет. И еще раз нет.
На одну я уже сходила. Хватит.
***
Оказалось, что от Ники не так-то просто отделаться, и если уж она чего-то действительно хочет, то непременно добивается, хотя, кто бы мог подумать, что девочка, подсевшая ко мне на пирсе, вдруг превратится в неугомонного джек-рассел-терьера. От нее прям-таки веяло необузданным оптимизмом, несмотря на то, что при упоминании о родителях, она заметно теряла пыл. Происходило это на доли секунды, а потом подругу несло дальше. По ухабам. И по гальке.
Вечеринка. Клевая и невероятно масштабная по словам Ники должна была состояться за городом. В особняке некого Демида. Это вся информация, которую успел ухватить мой уставший мозг прежде, чем отключиться, ведь слушать Нику можно бесконечно, но меня мало интересовали подробности жизни мажоров, поэтому я лишь кивала и угукала, думая о поступлении и учебе в университете.
Теперь затея мамы казалась мне провальной. Не потому что я глупая и не смогу поступить, нет, а по той весьма нескромной причине, что меня невзлюбили все девчонки первокурсницы. Из-за видео. Идиотского видео с заплывом, где я, опять же по словам Ники, окунула беднягу в грязь лицом и не дала одержать победу.
А я не видела в этом ничего позорного. Чернов его друг, и какая разница, кто из них будет первым?
Бредово, но сам парень усиленно игнорил мою персону. Я была счастлива, и если бы его подружка тоже держалась подальше, то мой восторг поднялся бы до небес.
Кира уже второй день намеренно меня позорила, бросая колкие фразы в спину. Что-то вроде "серая мышь", "зализанный хвостик" или "мешок с костями". Все это сопровождалось смехом и презрительными взглядами. В общем, мажорики нашли себе очередную козу отпущения.
Так ведь принято. В школе, да и в других учебных заведениях, всегда находят человека, которого в кайф прилюдно позорить. Шпынять. Плевать ядом. Просто проявлять агрессию в его сторону, чтобы тебе стало легче. Показать, что ты лучший. Не тот метод, на мой взгляд.
— В общем, Демид, — Ника с аппетитом уминает йогурт, а я потихоньку потягиваю чай в столовой, где сегодня на удивление много ребят, — та еще скотина, но его вечеринки, это просто вау, Леся.
— Если он такой плохой, то может…
— Я тебе поражаюсь, Лесенька, из всех слов ты услышала только это. — Ника кривится и убирает от себя баночку с йогуртом. — Не суть. В прошлый раз он устраивал пенную вечеринку. Там така-а-ая музыка. Просто закачаешься. Напитки, кстати, в большинстве своем без алкоголя.
— Плохой мальчик не пьет?
Улыбаюсь, а Ника отмахивается от меня.
— Нет. Величие папы там и семейные заморочки… — Она снова отмахивается от меня, чем вызывает смех. — В этот раз предупреждений в чем явиться нет, а значит…
— Нет. Я приду в джинсах.
Сразу отрезаю ей все пути, на что Ника выдает протяжный стон.
— Смирнова, ты самая вредная девчонка из всех, кого я знаю. — Она хочет сказать что-то еще, но ее телефон начинает вибрировать и еле двигаться на столе. — Опять… Ладно, я побегу отвечу, но мы к этому разговору вернемся через несколько минут.
— Иди уже.
Улыбаюсь тому, как Ника резко срывается с места и идет к выходу, чтобы поговорить со своей мамой по видео связи. Провожаю ее взглядом, и улыбка сходит с лица, потому что в столовую входит Атакшиева и ее подружки. Отвожу взгляд на свою чашку и стараюсь не замечать модельки с ее заливистым смехом. Если бы не гнусное поведение и оскорбления в мой адрес, то можно было бы назвать его заразным.
Компания движется в сторону кассы, а я сижу как раз неподалеку около окна, и Кира вместо того, чтобы пройти мимо, намеренно задевает мой стул.
— Понабрали тут всякого сброда, — кидает ядовито, — не пройти и не проехать.
Не обращаю на нее внимания ровно так же, как и на поддакивания ее компании. Главное, быть спокойной и не вступать в глупые конфликты. Мне еще здесь учиться. Нервы накалены в этот момент до предела. Конечно, я злюсь, как и любой другой человек, когда его ни за что поливают помоями, но терплю. Чай больше не лезет в горло, поэтому я решаю подняться и подождать Нику на улице. Я как раз сгребаю свой рюкзак и сумку подруги, когда Кира идет обратно.
Все случается слишком быстро.
Я поворачиваюсь, а Атакшиева демонстративно переворачивает тарелку с шоколадным пирожным и припечатывает мне в грудь.
— Сюрприз… — Она округляет глаза, а я слышу, как тарелка со звоном падает на пол, разбиваясь вдребезги. — Я тебя не заметила… Прости…
— Тогда может нужно купить очки. — Сжимаю
