Читаем без скачивания Босиком по осколкам (СИ) - Сафина Анна

— Но? — сразу ловила подтекст в моем голосе подруга, зная меня, как облупленную.

Вздохнула и решилась рассказать ей то, что было в моем прошлом.

— Я боюсь, что он такой же, как Артем, — поджала губы и зажмурилась, воспоминания стали поглощать меня с головой.

— Расскажешь? — спросила Мила, прикусывая губу.

— Артем был самым популярным мальчиком в школе. Знаешь, такой… Красивый, юморной, душа компании.

— И ты была в него влюблена, — сразу просекла подруга.

— Да практически все девчонки в нашей школе, — пожала плечами. — Ты знаешь, я тебе никогда не говорила, но у меня довольно состоятельные родители. Может, это сыграло в моей истории ключевую роль.

Задумалась, но затем встряхнула головой. Мила в это время молчала, давая мне время подумать.

— Они были довольно строгие, всегда запрещали гулять после восьми, а уж о мальчиках не могло быть и речи. Так что всё, чем я была занята, это учеба и дом, — начала снова говорить и сама же слышала в своем голосе тоску. — Так что когда за мной стал ухаживать Артем…

— Ты захотела впервые взбунтоваться, — догадалась Мила, никак не комментируя вопрос по поводу состоятельности моих предков, хотя я больше всего боялась, что она обидится.

— Как любой подросток, — ответила. — Он стал за мной красиво ухаживать, и я вследствие отсутствия опыта влюбилась. Была такой наивной дурой. Он говорил, что любит, что женится и…

Опустила голову, выдохнула, чувствуя, как к горлу подкатила тошнота.

— Типичный мужик, — с неподдельной горечью произнесла Мила, и я кивнула, солидарная с ней.

— В общем, однажды мы были у него дома… У нас в тот день всё было, и он сказал, что хочет сделать фото на память. Я, конечно, отказалась, но он обещал, что это только для нас двоих, — в этот момент опустила голову от стыда, эти воспоминания до сих пор причиняли мне боль и заставляли краснеть от собственной глупости.

— Что было после? — спросила Мила после паузы.

— Да банальная ситуация, — хмыкнула, шмыгая носом, всё же к глазам подкатили слезы. — Оказалось, что он поспорил на меня, я ведь была недотрогой, все считали недоступной, а он… Он влюбил меня в себя, а потом эти фотки гуляли по всей школе…

— Это ужасно, Айко, мне так жаль, — сжала мою руку подруга, поглаживая по коже и успокаивая.

— Ты знаешь, меня беспокоило не столько, что одноклассники и посторонние люди видели меня на фотках, сколько то, что это видели родители, особенно, отец, — призналась вслух, до сих пор стыдясь прошлого, ничего не могла с собой поделать. — Он, конечно, всё решил, у семьи Артема и у него самого потом возникли проблемы, они переехали, а все снимки уничтожили, вот только гордо смотреть родителям в лицо я больше не могла.

Руки у меня задрожали, я снова опустила глаза вниз. До сих пор трясло от первого взгляда, который бросил на меня тогда отец. Разочарование, вот что я тогда увидела, оно меня преследует до сих пор, но в этом я не могу признаться никому.

И тут Мила меня обняла, я почувствовала тепло ее тела.

— Поэтому ты не хотела встречаться с Кириллом? Думаешь, он такой же? — не стала она развивать тему моего прошлого, и за это я была ей благодарна.

— Ты знаешь, сначала я так и думала, — улыбнулась, глядя ей в глаза, — а сейчас мне кажется, что он гораздо глубже, чем я думала о нем в начале.

Сама не заметила, как на губах у меня появилась мечтательная улыбка, а глаза заблестели.

— Да ты влюбилась, Айко, — улыбнулась, а затем взяла меня за подбородок, поворачивая мою голову то влево, то вправо.

— Ой, скажешь тоже, — пробормотала, а сама покраснела.

— Ну от меня ничего не скроешь, — улыбнулась Мила, мы переглянулись, а затем мы синхронно рассмеялись.

Так я и уснула, в мечтах о будущем. Вот только на следующий день Кирилл в университете не появился, и меня начали одолевать сомнения. На сообщения он не отвечал, а на душе у меня было тревожно.

— Сем, привет, — увидела я друга Кирилла.

Он сидел на скамейке около университета и что-то читал, поднял голову, увидел меня, улыбнулся и помахал рукой.

— Что нового? Или хочешь познакомить меня со своим избранником? — попытался пошутить парень и дернул бровями.

— Да нет, не совсем, — зарделась, даже стало стыдно из-за того, что я хотела у него спросить. — Слушай, ты не знаешь, где Кирилл? Он мне тетрадь должен отдать, в университете его нет, и трубку он не берет.

Семен нахмурился, затем задумался.

— Ты знаешь, нет, я его со вчерашнего вечера не видел, хотя мы договорились с ним встретиться, на него это не похоже. Может, дома что-то случилось? — пожал плечами, а после попытался позвонить другу, подождал и покачал отрицательно головой. — Трубку не берет.

От этого мне стало еще тревожнее, ведь если другу не отвечает, значит, что-то серьезное, и дело не во мне, как я подумала первым делом.

— Если вдруг отзовется, скажи мне, хорошо? — попросила Сему, и он кивнул.

Вот только ни этим вечером, ни на следующий день новостей не было. Отчего-то я не верила, что он просто так исчез, в груди пекло от тревоги. Казалось, с ним что-то произошло, а своей интуиции я привыкла доверять.

Глава 16.1

И когда я уже накрутила себя до невозможности, в этот момент у меня зазвонил телефон.

— Кирилл, — выдохнула в трубку, быстро нажала на кнопку принятия вызова.

— Привет, Самойлова, потеряла меня? — прозвучал как всегда его ехидный голос.

— Еще чего, — буркнула, хотя на самом деле его слова были правдой.

— А я сейчас в больнице, но не забывай, что у меня есть еще четыре свидания, — в голосе его я слышала смех.

— В смысле, в больнице? — тут же встревожилась и привстала с кровати. — Что-то случилось?

— Да нет, пустяки, просто на мотоцикле перевернулся.

Сказанное повергло меня в ужас.

— Ты считаешь это пустяком? Издеваешься надо мной? Где ты сейчас лежишь? — строго спросила у него, надеясь, что он ответит.

— Да говорю же, пустяки, а так, если беспокоишься, то я в пятой больнице, но не переживай, скоро выпишут, — сказал мне, а затем поинтересовался у врача. — Скоро же, доктор?

Раздался нудный мужской голос, но я не вслушивалась, стала собираться.

— Ничего не знаю, вскоре буду, — поджала губы и угрожающе предупредила Соловьева.

И чтобы он не вздумал меня переубедить, бросила трубку первой. Я не знала, что нужно брать в больницу, поэтому просто купила фрукты.

— Ты куда? — спросила Мила, когда я открыла дверь.

— В больницу, — пробормотала и быстро побежала вниз, опасаясь, что скоро закончится время приема.

А когда оказалась внутри, растерялась.

— Подскажите, а Кирилл Соловьев в какой палате лежит? — спросила у стойки.

— В двести шестой, — ответила хмурая медсестра, но указала мне пальцами в нужную сторону.

Я двинулась к палате, а внутри увидела только Соловьева, который даже тут вальяжно лежал на кровати.

— Так и знал, что ты приедешь, Самойлова. Я же сказал, что ничего страшного.

— Привезла тебе фруктов, — подняла пакет и поставила его на тумбочку.

Присела на стул, чувствуя неловкость от взгляда Кирилла.

— Выглядишь вполне сносно, — пробормотала, оглядывая его. — Вроде ничего не сломал себе.

— А я тебя о чем говорил? Все кости целы, я в рубашке, считай, родился.

— По твоей перебинтованной голове не скажешь.

Его рука коснулась белой марли, сам он сморщился.

— Небольшое сотрясение, поэтому и лежу в больнице, — махнул рукой, словно это ерунда.

У меня сложилась впечатление, что голова у него болит, но он не хочет мне показать свою слабость.

— Было бы всё так легко и просто, тебя не положили бы в больницу, так что давай выздоравливай, — кивнула и обхватила себя руками, не зная куда их деть.

— Признайся, Самойлова, беспокоилась обо мне? — ухмыльнулся Соловьев, а я потупила глаза, не желая признаваться в очевидном.

— Было бы странно, если бы я не пришла. Как никак, в одном университете учимся, — пожала плечами.