Звонок серебристо звякнул, когда Клэр открыла дверь, и вошла в слегка готичную версию гостиной Стеклянного дома. Черные кожаные диваны и стулья, толстые красочные ковры, стены окрашенные в бежевый и кроваво-красный, масса укромных уголков и закоулков. За откидными и кофейными столиками сидело пять или шесть студентов. Никто не смотрел в книгу или компьютер. Все помещение пропахло кофе и было наполнено жаром.
Клэр постояла секунду в нерешительности, затем села на пустой стул возле стойки, положив свой рюкзак рядом с собой. Барная стойка была по пояс высотой и за ней стояли двое. Одной из них, разумеется, была Ева, похожая на бойкую куколку со своими окрашенными в темный цвет волосами, затянутыми в два хвостика, густо подведенными глазами, и губной помадой драматического черного цвета. Сегодня на ней была черная сетчатая майка поверх красной кофточки. Ева ухмыльнулась, узнав Клэр.
Другой человек был постарше, высокий, стройный, с седеющими волнистыми волосами, спадающими почти до плеч. У него было приятное квадратное лицо, широкие темные глаза, и рубиновая серьга в левом ухе. Хиппи в душе, догадалась Клэр. Он тоже улыбнулся.
— Эй, да это Клэр! — воскликнула Ева, и поспешила выйти из-за стойки, чтобы обнять ее за плечи. — Клэр, это Оливер. Мой босс.
Клэр неуверенно кивнула. Он выглядел милым, но все же он был босс. Начальники заставляли ее нервничать почти также, как и родители.
— Здраствуйте, сэр.
— Сэр? — Оливер обладал глубоким голосом, и еще более глубоким смехом. — Клэр, ты должна кое-что узнать обо мне. Я — не сэр. Поверь мне.
— Истинная правда, — благоразумно кивнула Ева. — Он стиляга. Тебе понравится. Эй, хочешь кофе? Угостить?
— Я… эээ…
— Не пьешь такое, да? — Ева закатила глаза. — Один без кофеина, на подходе. Как насчет горячего какао? Капуччино? Латте? Чай?
— Чай, пожалуй.
Ева вернулась за стойку, что-то сделала, и через пару минут перед Клэр появилась исходящая паром большая белая чашка на блюдце с чайным пакетиком в воде.
— За счет заведения. Ну, в действительности, за мой счет, потому что, босс неподалеку.
Оливер, работающий с какой-то сложной машиной, предназначенной, как догадалась Клэр, для приготовления капуччино, покачал головой и ухмыльнулся. Клэр с любопытством посмотрела на него. Он выглядел как ее дальний родственник из Франции, по крайней мере, с таким же крючковатым носом. Она гадала, был ли он профессором университета или просто вечным студентом. Возможно, было и то и другое.
— Я слышал, что у тебя были проблемы, — Сказал Оливер, все еще сконцентрировавшись на отвинчивающихся частях машины. — Девушки в общежитии.
— Да, — признала она, и почувствовала, как горят ее щеки. — Но уже все в порядке.
— Я в этом уверен. Но слушай, если у тебя снова появится такая проблема, приходи сюда и расскажи мне о ней. Я позабочусь, чтобы это прекратилось. — Он произнес это с абсолютной уверенностью. Клэр моргнула, и его темные глаза на несколько секунд встретились с ее. — Я здесь кое-что значу. Ева сказала, что ты очень талантлива. Мы не можем позволить гнилым яблочкам портить тебе жизнь.
— Ммм… спасибо? — Она не хотела делать это вопросом; так прозвучало само собой. — Спасибо. Я приду.
Оливер кивнул и вернулся к разборке кофемашины. Клэр нашла свободное место неподалеку. Ева выскользнула из-за стойки и уселась на соседний стул, наклонившись вперед со всей своей беспокойной энергией.
— Разве он не классный? — спросила она. — Он за свои слова отвечает, знаешь ли. У него есть что-то вроде источника информации у… — Она показала V пальцами. Вампиры. — Они к нему прислушиваются. Его хорошо иметь на своей стороне.
Клэр кивнула, макнув чайный пакетик в чашку и наблюдая как темные пятна расходятся в воде.
— Ты всем обо мне рассказываешь?
Ева выглядела пораженной.
— Нет! Конечно нет! Я просто… ну, я беспокоилась. Я подумала, может Оливер что-то знает… Клэр, ты сама говорила — они пытались убить тебя. Кто-то должен с этим разобраться.
— Он?
— Почему нет? — Ева покачала ногой в черном Мэри Джейнс на толстом каблуке. На ней были чулки в черно-зеленую горизонтальную полоску. — В смысле, я понимаю, что ты вся из себя самостоятельная, но хватит уже. Немного помощи не повредит.
Она была права. Клэр вздохнула, вынула из чашки чайный пакетик, и отхлебнула напиток. Неплохо, даже в обжигающую дневную жару.
— Оставайся. — Сказала Ева. — Делай уроки. Это действительно хорошее место. Я отвезу тебя домой, о’кей?
Клэр кивнула, внезапно почувствовав благодарность. Здесь было слишком много мест, где она могла пропасть по дороге домой, если Моника все-таки ее заметила. Ей не нравилась мысль идти пешком три квартала по студенческим улицам, где все было таким ярким и оживленным, и по бесцветной тишине остальной части города, где находился Стеклянный дом. Она отставила чай в сторону и достала книги. Ева ушла принять заказ у трех болтающих девушек в футболках женского братства, которые были грубы с ней и хихикали за ее спиной. Ева, казалось, не замечала этого. А если и заметила, ей было все равно.
А Оливер определенно это заметил. Он отложил инструменты, пока Ева суетилась, готовя напитки, и пристально посмотрел на девушек. Одна за другой они замолчали. Не из-за того, что он что-то сделал, просто из-за того, как спокойно он на них посмотрел.
Когда Ева взяла с них деньги, каждая девушка смиренно поблагодарила ее и взяла сдачу.
Они не засиделись.
Оливер улыбнулся, взял одну из частей разобранной машины и отполировал ее, прежде чем установить на место. Наверное, он понял, что Клэр смотрит, потому что достаточно громко произнес:
— Я не потерплю хамства. Только не в моем заведении.
Она не была уверена, имел ли он в виду девушек или то, что она на него пялилась, поэтому поспешила вернуться к своим книгам.
Квадратные уравнения были отличным способом скоротать время.
Смена Евы заканчивалась в девять, как раз тогда, когда ночная жизнь в Коммон Граундс начинала набирать силу. Клэр, не привыкшая к болтовне, шуму и музыке, никак не могла сосредоточиться на учебниках. Она еле дождалась того момента, когда Еву сменили. Угрюмый прыщавый парень одного с Шейном возраста занял ее место за стойкой. Ева пошла за своими вещами и Клэр собрала свой рюкзак.
— Клэр! — Она подняла глаза, удивленная, что кто-то, кроме желающих ее убить, знает ее имя, и увидела Ким Валдез из общежития.
— Привет, Ким, — сказала она. — Спасибо, что помогла мне выбраться…
Ким выглядела взбешенной. Действительно взбешенной.
— Даже не начинай! Ты бросила мою виолончель! Ты хоть представляешь, с каким трудом я ее достала? Ах ты сволочь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
