Читаем без скачивания Надежда смертника - Дэвид Файнток

– Что ты ему сказал?

В его глазах мелькнула улыбка:

– Что вы опоздаете на двадцать минут, но беспокоиться не нужно. Воспользуетесь шаттлом.

Поворачиваясь к клавиатуре, я погрозил ему пальцем, но улыбнулся. Когда-то давно-давно я не успел на шаттл к Земле, и с тех пор отец решил, что я всегда безнадежно опаздываю. Незаслуженная репутация.

Сегодня у меня была масса времени. Пожалуй, я покину вашингтонский офис в два, хотя шаттл отлетает из Нью-Йорка только в 7.30. Можно будет спокойно принять душ в собственной квартире в башне, немного выпить перед обедом. Только что-нибудь легкое, иначе буду страдать во время ускорения.

Зазвонил мой телефон, но я его проигнорировал. Ван разберется со звонками. Он со мной уже семь лет, и я вполне мог доверить ему улаживать разного рода дела, никого не обидев.

Последний взгляд на письменный стол: терпеть не могу возвращаться туда, где царит неразбериха.

– Роб, вам лучше ответить. – Ван показал на телефон.

Я вздохнул:

– С кем я говорю?

– С Тенером.

Можно было позвонить Адаму из вертолета или даже из душа: в квартире я установил телефоны буквально на каждом шагу, но Адам всегда отвечал на мои звонки, я тоже редко не снимал трубку, когда звонил он, хоть был молодым перспективным членом Генеральной Ассамблеи от приморских городов, а он – всего лишь секретарем отставного политика, который больше не имел никакого веса.

Я снял трубку:

– Боланд слушает.

У Адама был напряженный голос:

– Не заглянешь на несколько минут?

– Я уже…

– Прошу тебя.

Пришлось пересмотреть планы на ходу:

– …выхожу. Скоро буду.

В вертолете я гадал, с чего он вдруг обратился ко мне с такой просьбой. Капитан удалился в свой монастырь, поэтому дело явно не касается законопроекта о реконструкции. Разве только отец начал претворять в жизнь свою кампанию по нейтрализации влияния капитана, а Адам понял, откуда ветер дует.

Но отец обещал подождать, хотя последние высказывания капитана не слишком обнадеживали. Сифорт предложил больше денег направить в нижние города. Политически это было невозможно, особенно если учесть сегодняшние жесткие настроения. Это понял бы любой – кроме капитана.

Пока мы летели в сторону пригорода, я смотрел на раскинувшийся внизу Вашингтон. Несмотря на все попытки остановить процесс обветшания зданий, до сих пор встречались места, куда не хотелось приземляться, особенно с перегретым ротором.

Идеализм Сифорта вызывал искреннее восхищение, но наша экономика все еще не оправилась от нападения инопланетян. Это была настоящая катастрофа. Бомбей, Марсель, Мельбурн были стерты с лица земли, множество других городов до сих пор залечивали раны, нанесенные взрывами бомб. Хуже того, наш космический флот был фактически уничтожен. Денежки на оборону текли тонким ручейком, не то что прежде.

Каждый юнибакс, направленный на поддержание запущенных городских улиц, означал, что меньше средств будет израсходовано на башни или иные достойные проекты. Только щедро подпитывая нашу финансовую базу, мы сможем обеспечить экономический рост общества в целом.

И все-таки я пришел к выводу, что вопрос с Сифортом под контролем. Адам напомнил капитану, что политическое будущее – и мое, и моего отца – зависит от принятия этого законопроекта. И мы знали – Сифорт желает нам успеха. Я подозревал, что в большей степени это относится ко мне. В конце концов, я был одним из его протеже.

Я прищурился на солнце, отыскивая взглядом резиденцию капитана. Мой пилот направлял вертолет на посадочную площадку.

Одному только Богу известно, где бы поселился капитан после отставки, если бы выбирал сам. Отец был одним из тех, кто организовал Секретарский фонд, занимавшийся сбором средств для отставного генсека.

В проспекте фонда было написано: «От благодарного населения». В значительной степени так оно и было. Несмотря на все свои недостатки как политика, изгнав рыб, Ник Сифорт сохранил нашу цивилизацию и заслужил комфорт после отставки. Многие по-прежнему преклонялись перед ним. Он же, как всегда, реагировал на это с равнодушным пренебрежением.

Мы пролетели над стеной, окружающей резиденцию. Построенная на месте бывшего поместья Ферфакса, она была оснащена суперсовременной охранной системой и давала самое драгоценное в нашем переполненном мире – уединенность. Трехметровая стена позволяла капитану и Арлине растить сына, не опасаясь пристального внимания СМИ.

Только вертолеты подвозили все новых гостей, как сейчас меня Мы дали капитану пространство, огражденное стенами, и постоянно нарушали его покой.

Я спрыгнул на землю, пока лопасти все еще вращались. Ф.Т. поднырнул под руку стражника, который удерживал его на расстоянии.

– Привет, мистер Боланд. Мама в доме. Мистер Тенер в своем бунгало, но наверняка сейчас выйдет. Он постоянно глядит на посадочную площадку, когда пролетает вертолет.

– Здравствуй, Филип, – неловко обнял его я. Скоро он превратится в долговязого подростка. Уже сейчас голос у него звучал ниже.

– Я закончил собирать модель, которую вы мне подарили, и написал изготовителям о допущенных ошибках. В кормовой части у «Челленджера» три лазерные орудийные башни, а не две. С двумя у модели более симметричный вид. Наверно, поэтому они и погрешили против истины. А вон и мистер Тенер. Вы останетесь к обеду?

– Не думаю.

– О, – лицо у него вытянулось.

– Я надеялся… Я был… – Он умолк. Потом голосом примерного мальчика:

– Приятно видеть вас снова, сэр.

– Привет, Роб. – Адам протянул руку. – Выпьешь чего-нибудь?

Он рассеянно погладил Филипа по плечу.

– Что-нибудь легкое.

Тенер повел меня в бунгало, мальчик пошел следом. Через несколько минут мы сидели в его дворике.

– Роб, мне нужно… – Адам проглотил откуда-то появившийся комок в горле – Не мог бы ты… Я хочу сказать…

Я ждал.

Наконец он выпалил:

– Джареда больше нет.

– Умер? – поразился я. Ф.Т., сидевший напротив, широко раскрыл глаза.

– Боже, нет. – Адам был совершенно подавлен. – По крайней мере, я надеюсь на это. Он ушел вчера во второй половине дня.

– Ты звонил в полицию?

– Сегодня утром, когда он не вернулся. Адам встал и принялся расхаживать.

– Я надеялся, что он потихоньку вернется через окно и утром я обнаружу, что он спит у себя в постели. У военных в сети есть его голографическое фото, но передавать его в общественные сети они не будут. Не хочу, чтобы трепали имя командира. Откровенно говоря, я надеюсь, что он никогда не узнает об этом. Ты знаешь, в каком он настроении после посещения Ланкастера. Нагрузить на него еще и эту ношу… – Покраснев, он отвернулся. – Я подумал: может, с твоими связями…

– Конечно, – отрывисто отозвался я. – Позволь воспользоваться твоим телефоном.

Отец по своим, а я по своим каналам, вдвоем мы поднимем на ноги все силы на восточном побережье. Мальчишку обязательно найдут и с позором водворят домой. Другого он и не заслуживает: Адам посерел от беспокойства.

Я позвонил Вану и объяснил, что нужно сделать, зная: как только я положу трубку, он обзвонит всех, кого нужно, по личным, незарегистрированным номерам. Когда я вернулся в дом, Ф.Т. уже не было. Адам пробормотал:

– Спасибо тебе.

– Не за что, – совершенно искренне сказал я, – Что еще я могу для тебя сделать?

– Даже не представляю. Как у нас разыскивают пропавшего подростка?

– Мы предоставляем это делать профессионалам. – Я допил до конца и переставил свой стул в тень. – С другой стороны, разве капитан не бросился разыскивать свою первую жену?

– Это другое дело. Анни отправилась на улицы, одурманенная лекарствами. Даже Джареду известно, что трущобников нужно избегать.

Адам снова заходил взад и вперед.

– Наверняка можно еще что-нибудь сделать.

Да, лишить этого щенка наследства, подумал я про себя.

– А Ф.Т. ничего не знает?

– Он сказал, что если бы знал, что Джаред собирается убежать, то взвесил бы: сообщать ли мне об этом, – криво улыбнулся Адам. – Так и сказал: взвесил бы. Н-да. Хороший мальчишка.

Возможно, выпитое придало мне храбрости.

– Ты заслуживаешь такого сына, как он. Не Джареда.

Я затаил дыхание, ожидая взрыва. Но так и не дождался.

– Иногда мне хочется…

Что ему хочется, я так и не услышал. Он вздохнул и встал.

– Спасибо за помощь. Ты не можешь остаться?

– К сожалению, нет. Сегодня мы с отцом отправляемся на станцию Наземного порта. Прием, на котором обязательно нужно быть.

Ирония судьбы: несмотря на многочисленные бальные залы и центры для проведения конференций, разбросанные по городским башням, Ассоциация строителей проводила ежегодное собрание на высоте. Я посмотрел на часы:

– Пожалуй, лучше мне не опаздывать на шаттл. Адам проводил меня до ожидающего вертолета.

– Если он… когда он вернется, я буду вести себя с ним по-другому. Я наблюдал, как командир разговаривает с Филипом. Как бы мальчик ни был ему дорог, он делает так, как лучше, а не как хочет его сын. Мне никогда не удавалось следовать его примеру.