— Я ожидал ответа, — сказал Курц. — Посланника или даже сестру-эмиссарку. Кого-то, кто проследит, что проблема решается должным образом. Но… не саму канониссу. — Курц обвел гостий взглядом. — Простите, могу я предложить?..
Ольга Караманц покачала головой от имени всех троих.
— Извините, регент, но вас неверно проинформировали, — заявила Ольга. — Мы здесь по воле священного ордена. Да, мы хотим убедиться, что проблема… решается должным образом. Не расскажете, что именно произошло?
Курц кивнул. Неожиданно вспомнился Теггет, и он с тревогой спросил себя, не напрасно ли его нанял. Трон свидетель: гневить канониссу Курц не желал.
Отправлять человека на верную смерть он тоже не желал. Даже такого мерзавца, как Теггет.
Большой зал собраний Намгорода возвышался над Теггетом, как скелет кита. Ветер стих. Блестящие в ночном мраке снежинки падали медленно и тихо. Собачий холод!
Лоуэн Теггет привык к трудностям. Он ведь бывший штурмовик элитного отряда Имперской Гвардии. Он прошел через сущий ад, который до сих пор снится ему по ночам. Собачий холод — это так, пустяки.
Теггет брел по развалинам, потирая батарею лазгана самоподогревающимся бодиглавом. Только бы не села! Рядом кто-то был — вон потушенный костер, вон замерзшие лужицы, вон обглоданные кости мелких зверьков. Еще чувствовалось чье-то присутствие, в безмолвных руинах таилась чья-то тень.
Теггет знал, на кого охотится. Это не пугало его, а лишь удваивало бдительность.
«Тот еретик — сущий притворщик, — заявил регент. — Хочет, чтобы его считали тем, кем он не является. Богом-Императором! Будь это правдой, Теггет, я не послал бы вас туда. Это пустое притворство, даже богохульство».
Богохульство… Ну и словечко!
Намгород люди построили много веков назад, сразу по прибытии на Колдрус Прайм. Это место выбрали только потому, что оно соседствовало с зоной приземления. Большой зал соорудили первой же зимой из брусьев и балок, снятых с космического корабля, потерпевшего крушение. Позднее колонисты выяснили, что другие части планеты пригодны для жизни куда больше, но за Намгород, место первой высадки, из уважения цеплялись еще долгое время, пока он не стал совершенно нежилым.
Нежилой, непокоренный — таков северный край. Жители Колдрус Прайм, предки Теггета, ушли из Намгорода: слишком неуютным он был, слишком диким.
Сейчас дикое таилось рядом с Теггетом. Он ощущал его так же явственно, как снег.
Теггет проверил изображение, которое передавали псиберы, кружившие над Большим залом. Их оптика была усилена матрицами ночного видения и холодной подсветкой.
Слева раздался шорох — точно мышь зашуршала во мраке. Теггет поднял лазган и стал медленно водить им из стороны в сторону.
Вспышка, и изображения с псиберов поочередно исчезли. Теггет попробовал вызвать их снова, но контакт пропал. Сердце бешено застучало.
Удар сзади был таким сильным и стремительным, что Теггет и вскрикнуть не успел. Сначала в воздухе закружился его лазган, потом весь мир перевернулся: от столкновения Теггета швырнуло вверх тормашками.
Теггет увидел ярко-красный фонтан и сразу понял: это его кровь.
— В первую очередь я стремился защитить репутацию ордена, — начал Курц, снова сев на свое место. — Известно о трех случаях массовых убийств. Злоумышленник очень хотел внушить, что это дело рук Сестры Битвы. — Регент сделал паузу и посмотрел на гостий. — Сестры ордена Святой Великомученицы, — многозначительно добавил он. — Сестры… которую растлили.
Женщины в черных плащах не проронили ни слова.
— Я подумал, это невозможно, — продолжал Курц. — Абсолютно невозможно. Вас, сестер, простите, госпожа, едва не сказал «вашего брата», не растлишь. Я и в архивах порылся, чтобы укрепиться во мнении. История видела немало ужасного, но растление Сестры Битвы — ни разу. Тогда я и понял, что это обман, полное безумие. Я считал, что столкнулся с богохульством. Вам наверняка известно, что в Пределе Пируса сейчас неспокойно. Времена тяжелые, но, к счастью, волна смуты нас пока не накрыла. Порой жизнь в захолустье имеет свои плюсы. Мне казалось, какой-то еретик решил запятнать имя ордена, посеять смятение и страх. Я посылал сообщения, чтобы предупредить вас о клевете. — Регент снова помолчал, но гостьи по-прежнему не проронили ни звука. — А сейчас… сейчас я уже не уверен.
— Почему? — спросила канонисса.
— Потому что вы здесь.
— Что вы предприняли? — спросила не то Элиас, не то Бернадет.
— Человека нанял. Охотника на людей, профессионала с хорошей репутацией. Ему велено выследить еретика, дабы решить проблему и восстановить доброе имя ордена.
Канонисса встала.
— Вы послали человека за этим… как вы сказали? За этим еретиком?
— Надежного человека. Профессионала.
— Регент, вы подписали ему смертный приговор.
— Необходимые меры я принял, а этот человек отнюдь не глуп. Он очень ловок, хитер и будет молчать.
— До скончания дней, — добавила не то Бернадет, не то Элиас.
— Послушайте… — начал регент.
— Нет, это вы послушайте! — рявкнула канонисса. — Я должна знать, куда именно отправился ваш человек, и что ему известно. Его нужно остановить.
— Хотите сказать… — изумился регент, лишь сейчас сообразив, в чем дело.
— Вам я не хочу сказать ничего, — перебила канонисса. — Так лучше. Трон все знает и видит. Говорите, куда направился ваш человек.
— Я не просто скажу, а покажу, — дрожащим от страха голосом произнес Курц. — У того человека с собой устройство отслеживания: так мы с ним условились.
— Доложите ситуацию! — шепнула канонисса в переговорное устройство. Ночь выдалась безлунная, снежинки липли к щитку шлема.
— Сигнал четкий, — ответила сестра Элиас.
— Я приближаюсь, — добавила сестра Бернадет.
«Две лучшие сестры, — подумала Ольга Караманц. — Бернадет и Элиас, самые способные воительницы ордена». Обе давно исчезли из виду, но канонисса без труда представила себе Элиас со штурм-болтером и Бернадет с огнеметом и энергетическим мечом. Лучшие из лучших.
«Нет, — мысленно поправила себя канонисса, — лучшей была Мириэль».
Под снегопадом канонисса брела вдоль темных деревьев, не убирая руки с булавы. Плащ у нее был без подогрева, но от лютого холода защищали доспехи. Ольга Караманц решила, что холод наслал Император — это и смиряло, и воодушевляло.
Посадочный модуль канониссы приземлился в двух километрах от места под названием Намгород. Регент умолял дождаться утра, тогда он сможет собрать подкрепление — бойцов СПО из частей внутренней гвардии.
Исключено. Проблему нужно решать собственными силами. Если секрет раскроется, если поползут слухи…
Ольга Караманц замерла от ужаса. Ситуация немыслимая. Невыносимая. Лучше разобраться в ней сейчас же, под безмолвным покровом холодной зимней ночи. Мириэль… Мириэль!
Мотоцикл сестры нашли возле тропы, сигнал привел их к руинам. Теггет, охотник, которого нанял Павлов Курц, наверняка погиб несколько часов назад, но снабдить его устройством отслеживания — блестящая идея. Труп небось уже остывает, а устройство работает и посылает сигналы.
— Тут что-то… — начала Элиас, но тотчас добавила: — Нет, это просто лис. Здесь все чисто.
Караманц глянула на переносной приемник. Сигнал от бедняги охотника был по-прежнему четким и поступал из одного места — из руин большого зала собраний.
«Где ты, Мириэль?» — гадала Караманц. Только на деле она думала не об этом. На деле вопрос звучал так: «Что с тобой сотворили? Что сотворили силы Хаоса, когда ты угодила к ним в лапы?» Вердикон — вот, где это случилось. Мириэль Сабатиль считали погибшей в кровавом сражении с нечестивыми Детьми Императора.
А потом такое… Мириэль вернулась из мертвых. Измененная. Измененная так, как не меняли ни одну из Сестер Битвы.
После могучих Адептус Астартес, воинов-космодесантников, Адепта Сороритас, Сестры Битвы — совершеннейшие бойцы Империума Человечества. В отличие от Астартес, ни одна из Сестер прежде не позволяла себя растлить. Какая добыча для Хаоса! Сколь коварен совративший ее!
— Канонисса! — позвала Элиас.
— Говори, дитя.
— Во флигелях никого. Я захожу с запада.
— Иди на цель! — велела Караманц и включила энергетическую булаву — в снежной мгле она засветилась голубым. — Бернадет?
— Я к востоку от вас. Приближаюсь к цели.
Канонисса вошла в большой зал. Сквозь голые балки и поперечины, снятые с древнего космического корабля, снег сыпал, точно мука. Теперь источник сигнала был прямо перед ней. С булавой наготове, Ольга шагнула вперед, ожидая увидеть труп Теггета.
Трупа не было — лишь кровавые брызги на черных плитах.
Кровавые брызги и мигающий приборчик…
