Читаем без скачивания Бандиты Чикаго - Джео Лондон

Почтенный профессор также подверг весьма убедительной и правильной критике закон, названный "правом говорить" и дающий специальной комиссии полный простор стать чем-то вроде верховного жюри, разрешающего немедленно освободить из заключения всякого осужденного в момент какого бы то ни было применения кары. Мистер Эндрю Брас по справедливости считает, что специальная говорильная комиссия, вызванная к жизни весьма похвальными гуманными побуждениями, на практике приводит к тому, что преступники перестают бояться тюрьмы. "Пансион Дяди Сэма" должен тщательнее закрывать свои двери... тогда меры устрашения приведут к желанной цели.

Во всяком случае уголовное законодательство штата Иллинойс только выиграет от упразднения странного закона, способствующего безнаказанности преступников. Многие судьи, с которыми я вел беседу по этому вопросу, выразили твердое желание увидеть реформу законов, с целью искоренения упомянутых зол. Один из наиболее выдающихся судей, мистер Гарри Фишер, член Окружной Палаты, долго объяснял мне проект, который он разрабатывает для реформирования законов на основании кодекса Наполеона.

Но... прежде всего нужно изменить дух, царящий среди присяжных заседателей.

"Убийство полицейского не есть преступление".

Вот теория, которую даже выдающиеся адвокаты отстаивали многократно и продолжают не без успеха отстаивать и теперь перед народными судьями и присяжными заседателями.

Спайк О'Доннелль, старшина бандитов, заявил мне в беседе с ним, что он не любит адвокатов.

- Эти субъекты, - сказал он, - в то время, как вы находитесь в затруднительном положении, требуют от вас ежедневного гонорара по двести долларов, но абсолютно ничего не делают.

Да, видно сразу, что Спайк О'Доннелль - неблагодарный человек...

Приходить в суд и добиваться оправдания преступника на основании теории о законности защиты против действий полиции, - за это адвокат заслуживает куда больший гонорар, чем двести долларов в день!

* * *

В то время, как я размышляю о чикагской юстиции, мои собутыльники не перестают говорить о своем друге Томми.

- Это само собою ясно! - говорили они. - Если он завтра же не будет осужден, - то совершится ужасная несправедливость...

Вдруг один из них, более высокий и сильный, поднялся... Он грозный и опасный стрелок, бывший член банды братьев Дженна - знаменитых бандитов, павших под пулями своих врагов...

Вошла жена этого опасного стрелка, ведя за руку прелестного ребенка двух лет, сына этого бандита... Жена присаживается к нам, чтобы пить...

Грозный стрелок целует сперва свою супругу, потом прижимает к сердцу своего бэби и покрывает его поцелуями...

Завтра, быть может, он будет убит вражеской пулей, или сам, ради мести или мерзкой прибыли, убьет такого же отца, как сам...

Я с тяжелым сердцем созерцаю бандитскую семью.

Глава 16

Темная жизнь светлой красавицы Норы

Мне приходилось встречаться с разношерстными представителями мира гангстеров: от "королей" и старшин до стрелков и осведомителей. Но до сих пор я, главным образом, сталкивался с индивидами сильного пола. Вчера впервые находился в обществе представительницы прекрасного пола, члена банды гангстеров - "гангстерицы", как метко называет бандиток Вильям Т.Моор.

Слово "гангстерица", столь же ласковое, как и грубое, не употребляется в мире бандитов, т.е. в "сферах". На самом деле, когда бандиты говорят о женщине, замешанной в их "делах" (а дела эти суть: контрабанда наркотиков, проституция, заманивание гостей в игорный притоны и, попросту, классическое воровство), они выражаются: одна из наших девушек. Более галантные бандиты говорят: одна из наших молодых дам. Странно? - Не улыбайтесь! Америка является страной, где женщина бесспорно царствует. Там не довольствуются тем, что ей предоставлены те же политические права, что и мужчинам. Женщина в Америке является фетишем: ее обожают, ей льстят, ею восхищаются.

На улице даже худший грубиян или невежа не посмеет толкнуть женщину, а если он нечаянно сделает это, вы будете поражены изысканными и учтивыми выражениями, которыми он извинится перед ней...

Бедный трудящийся, еле сводящий концы с концами, считает совершенно естественным, чтобы его жена тратила последние гроши у парикмахера, в институте красоты и в универсальных магазинах. Если к тому же его жена мало-мальски красива, то муж напрягает все силы, чтобы она, по изречению месье Валери Ларбо, - могла "красиво заботиться о своей красоте"...

Для сохранения "великого сокровища", т.е. красоты, американка пойдет на любые жертвы.

Семейная жизнь в Америке, особенно в крупных центрах необычайно упрощена. И вот - независимая, освобожденная от хозяйственных забот американская женщина живет завидной жизнью.

Это всеобщее уважение к женщине, этот настоящий культ женщины дает себя чувствовать и в мире преступников. Жены и дочери вождей бандитов живут не хуже, чем миллиардерши или миллионерки. Их мужья, по мере возможности, скрывают от них подробности своей ужасной и мерзкой профессии. В крайнем случае, выдающиеся бандиты заботятся о том, чтобы их жены и дочери не принимали участия в их "делах"!

Когда Спайк О'Доннелль говорил мне о своей супруге, с которой он законно обвенчался в церкви, он называл ее "леди", влагая в это выражение искреннее уважение.

Итак, гангстеры щадят женщин, но женщины им все же очень необходимы для их "дел". Управление их предприятиями, громадные капиталы, вложенные в их позорную промышленность, вынуждают их содержать персонал стенографистов, конторщиков и т.д. Часто помещения их бюро поражают своей роскошью. Служащие этих бюро, в большинстве женщины, образуют первую категорию "гангстериц"... совершенно безобидных.

Вторую категорию "гангстериц" составляют женщины-авантюристки. Эти женщины уже принимают активное участие в похождениях гангстеров и их смело можно назвать гангстерицами, бандитками. Некоторые из них даже стали знаменитыми.

Таковой была мисс Динамит, по прозвищу "Чикаго-Мэй".

Ее по-настоящему звали Мэй Черчилль; она была замешана в многочисленных грабежах и похождениях бандитов, но потом потеряла доверие своих друзей, так как была склонна к "блефу". Она даже хвасталась тем, что помогла французскому каторжнику бежать с Чертоге Острова. Мисс Динамит, прославленная "Чикаго-Мэй", была кумиром бандитов за свои выдающиеся похождения. Бандиты обожали ее, клялись ее именем... до тех пор, пока не убедились, что она лгунья и плутовка...

И тогда ее изгнали из подпольного мира.

Что касается истории с французским каторжником, то она не была выдумана демонической Чикаго-Мэй. Американский журнал "Plain Talk" от июля 1930 года рассказывает про эту историю и необычайные похождения Чикаго-Мэй. Это авантюристка и бандитка, умершая в 1"28 году, действительно участвовала в устройстве побега французского каторжника Эдуарда Герэна, приговоренного к пожизненной каторге за вооруженное нападение на контору "American Express Company".

Другая бандитка-гангстерица, отличавшаяся красотой и известная под кличкой "Белый Бриллиант", кончила более трагически. Она необычайно ловко завлекала богачей в игорные притоны, откуда те выходили буквально без цента в кармане. Искусная обольстительница, она обманывала даже наиболее осторожных и рассудительных игроков. Она купалась в роскоши, окруженная толпой поклонников. Но в одно прекрасное утро ее нашли с перерезанным горлом в собственной квартире, расположенной в одном из чикагских дворцов... Месть ее сообщников? Или, быть может, "Белый Бриллиант" была чересчур болтлива?!.. Как бы там ни было, галантность гангстеров исчезает там, где появляется ненависть... даже - непроизвольная. Уважение к прекрасному полу должно у бандитов совпадать с их высшими интересами личной безопасности...

* * *

Нора сидит за столом, за которым сижу я с двумя гангстерами. Мы находимся в дансинге большого отеля, расположенного в центре города. Это увеселительное место посещается лучшим обществом. Здесь царит официально строго "сухой" режим... Нам подали бокалы с лимонной водой... Оркестр играет тихо, под сурдинку. Это теперь модно. С потолка льется сильно рассеянный свет. Это тоже модно. Это придает залу довольно мрачный вид, но зато это очень удобно, когда желают скрыть под столом бутылку настоящего алкоголя, которую принесли посетители, презрительно относящиеся к невкусному напитку, подаваемому в дансинге.

Однако мы, сидящие за нашим столом, удовлетворимся лимонным напитком. Мои собеседники желают в этот вечер быть гражданами, уважающими закон...

Очевидно, только в этот вечер, как исключение! Один из моих собеседников только вчера был освобожден из-под ареста под залог в 5000 долларов. Он был арестован во время неожиданной облавы, предпринятой полицией во главе прогибиционного прокуратора, мистера Е.Иеллоули. Мой "компаньон" проклинал полицейских, которые знали о предстоящей облаве и не предупредили об этом его. Он говорил о полицейских с видом хозяина, недовольного небрежностью своих служащих. В конце концов мой гангстер прав: он платит полицейским и требует от них аккуратности!