Ал мёртв, а Кори — жива.
Глава 14.
Мы с Родом, исхудавшим, бледным, но, что не могло не радовать, живым, бродим вокруг конюшни. С определённой дистанцией, чтобы не нервировать лошадей. В отсутствие Кристема нервно, тревожно и совершенно не хочется рисковать, бездельничая на улице, вместо того, чтобы покорно прятаться в таких безопасных укромных подземельях. Но мне было нужно, очень и очень нужно получить хоть какую-то информацию о магах Старника, хотя бы от кого-то. Конечно, мальчишка не мог знать многого. Но ведь жил же он в знатной семье? Всё происходящее должно было повсеместно обсуждаться, ведь в рабство его продали уже после бунта. Маги и аристократы были тесно связаны, это очевидно. В противном случае, знать вряд ли продержалась бы долго…
Вторая причина моего своеволия заключалась в почти физической потребности выйти на свободу, на свежий воздух, почувствовать над головой не низкие потолки, а высокое бескрайнее небо. А третья причина… третья причина тоже была. И признаваться в ней было стыдно даже самой себе.
Род искренне мне обрадовался. Он снова был один, кажется, мальчишке досталась самое лакомое и непыльное местечко в замке, без лишних зрителей и слушателей, без особых хлопот и забот. Впрочем, многие как раз любят и шумиху, и общение с себе подобными. Кто знает, как этот мальчик жил раньше, до того, как потерял права на собственное имя и собственное тело.
— Спасибо… — краснея и путаясь в собственных ногах проговорил Род. — Вы мне жизнь спасли, леди.
— Да ну, не я, так кто-то другой бы обратился за помощью.
— Никто другой не вцепился бы хозяину в рубашку! — Род хихикнул.
— Кстати, хочу похвастаться, у меня теперь тоже есть имя, — мне хотелось переключить его внимание на другие темы. — Мари назвала меня Кори, кажется, с какого-то древнего языка это переводится "птица", если не возражаешь, можешь тоже так меня называть, мне оно нравится. А фамилия у тебя есть? Я так поняла, фамилия — прерогатива знатных, у простых людей их нет…
— Фамилия была, — неохотно ответил юноша. — Я незаконорожденный. Признанный, правда, поэтому и фамилия мне полагалась тоже, но мой родитель, в общем… Не особо хороший человек. Так что предпочитаю только имя. Его мне мама дала.
Я не знала, стоит ли продолжать этот разговор или нет. Вспоминать о родственниках, продавших в рабство собственного ребенка, пусть и не от законного брака, не очень-то и хотелось. Поэтому я задала тот главный вопрос, ради которого пришла:
— Род, скажи, может быть, ты знаешь. Кто был зачинщиком среди магов Старника?
Он уставился на меня во все глаза.
— А зачем вам, леди? Они все мертвы. Мы тут на всю жизнь. Если вы решили кому-то мстить…
— Послушай, — тихонька прошептала я. — Род, дело не в мести, не только в мести. Я пока не придумала, как… но обязательно придумаю. Надо осмотреться, понять, что и как, а потом действовать. Наше место не здесь, понимаешь, о чем я? Нельзя смиряться. Ты же сам мне говорил! Нельзя сдаваться.
Он завороженно, доверчиво уставился мне в глаза, а я почему-то почувствовала себя виноватой, но прогнала это чувство.
— С того момента многое изменилось, леди… Кори.
— Род, ответь, ведь это же он — хозяин тринадцатого замка? Тот, кто затеял мятеж в Старнике?
Мальчик выдохнул, потом нервно кивнул и понизил голос:
— Я его даже видел… Один раз, лет десять мне было, но я запомнил. Он к нам в гости приезжал, к отцу. Они были знакомы. Но тогда никто не знал, что с ним что-то не так. С королем же он тоже был знаком… Обычный такой, и не скажешь, что маг, если бы не длинные волосы. В воздух меня пару раз поднял, смерчи крутил, здоровенные такие. Он тогда мне понравился даже…
Мне вдруг стало нехорошо, но я отбросила глупые мысли — тот светлоглазый маг явно не мог оказаться предводителем заговорщиков, наоборот, явно занимал не последнее место в противоположном лагере.
— Его звали Алариус Мезонтен, — Род запнулся, но все-таки продолжил. — Кори. Он был странный, многие аристократы занимались магией, но этот совсем забросил свой замок и светскую жизнь и проводил все время в Академии. Совершал какие-то научные прорывы, занимался исследованиями, и преподавал тоже, сильный маг воздуха. Говорят, сделал много открытий, только я не знаю, каких.
— Теперь его фамилия выжжена со всех карт.
Мы оба помолчали.
— Если он преподавал, должны были остаться ученики, — неуверенно предположила я. — Много учеников…
— В Коринской Академии магии дается общее магическое образование, на начальных шести годах обучения. Там действительно обучается немало людей. Первые четыре года одаренных адептов учат бесплатно, потом еще два года за умеренную плату. А дальше остаются либо самые талантливые, либо самые богатые. Каждый из адептов прикрепляется к преподавателям, больше двух-трех не берут. Там уже начинается индивидуальное наставничество с неограниченным сроком обучения. То есть по-настоящему сильных учеников у этого Мезонтена, да и у других могущественных магов было не так уж много.
— Кто-то мог остаться, — подумала я вслух. — Кто-то может знать, что со мной. Не обязательно это должны быть личные ученики этого… Мезонтена, могут же быть и другие.
Род пожал плечами. Ему явно было не по себе от нашего разговора. Я подумала, что на сегодня хватит распросов, и полезла в небольшую тряпичную сумку, висевшую через плечо, доставшуюся мне от той же щедрой Мари, как и выпрошенная ею у суровой поварихи Аны очищенная морковь.
— Держи, передай Шоколадке. За моральный ущерб от нашего знакомства.
Я попрощалась с парнишкой и поспешила обратно в замок, в свои пыльные и пустынные подземелья. А если я по какой-то причине здесь умру, то из меня получится отличное привидение. Вполне себе пугающее, правильное. И место жительства соответствующее.
* * *
Спокойно дойти до лабораторий не вышло. По дороге меня перехватил до крайности недовольный Орис, привычно осмотрел с ног до головы и скомандовал:
— За мной, двадцать шесть. Без разговоров.
Мы прошли совсем недолго, но, очевидно, в направлении хозяйского крыла. Неужто один из меховых питомцев леди Кристины опять на меня нажаловался..? Дались они мне…
Вместе с хмурым, словно ведущим меня на казнь, управляющим мы наконец-то зашли в один из кабинетов.
Вот это был действительно рабочий кабинет. Ничего лишнего. Внушительное пустое пространство в приглушенных пастельных тонах: строгий стол из светлого дерева, пара стульев, стеллаж с книгами. Большое окно беспрепятственно пропускало солнечные лучи.
В этой светлой воздушной комнате стоящий ко мне спиной высокий мужчина выглядел пугающим угольно-черным пятном. Темные короткие волосы, чёрный сюртук, черные брюки и сапоги. Услышав степенный торжественный стук каблуков Ориса, стоящий обернулся, и я узнала в нем лорда Мэграна — дядю Кристема, с которым до этого сталкивалась один раз, тогда, на башне. Мужчина на вид слегка за пятьдесят, тяжеловатый, но это была тяжесть бывшего атлета, а не расплывшегося семьянина. Лорда Магрена, вдовца и клиента Мари.
Мне стало не по себе, и я поспешила опустить глаза к полу. Что ему-то от меня понадобилось?
Лорд Мэгран холодно кивнул замершему навытяжку за моей спиной Орису — и тот моментально испарился, словно снежинка на руке. Тихонечко щелкнула дверь. Стало еще неприятнее, и я принялась с удвоенным интересом рассматривать пол под собой. Он был выстлан бежевым тканным ковром с коротким ворсом, таким чистым и новым ковром, что страшно было стоять. Это помещение было полнейшей противоположностью кабинета Кристема, но я почему-то подумала, что, несмотря на душную назойливую захламленность, там мне нравилось больше и было спокойнее. Уютнее.
Лорд Мэгран изучал меня пристально, но недолго.
— Твое? — он протянул мне серебристо-голубоватое перо. Я постаралась сохранить непроницаемое выражение на лице: это было то пёрышко, которое намедни попросила у меня Мари.
