Она с шарканьем сделала еще шаг, потом ещё, и ещё.
— Салли?
Как только она произнесла это, озарение наконец-то осветило её измученный рассудок. Не Салли. Кто бы или что бы там ни было, это была не Салли.
«Развернись, идиотка. Убирайся отсюда. Сейчас же».
Она неуклюже обернулась, напрягая свои пытающиеся приспособиться к темноте глаза, ища то место, где должна была находиться лестница…
И внезапно вспыхнул свет, направленный ей в лицо, ослепляя её. Раздался скрипучий, искаженный звук, и еще больше света наполнило комнату.
«Через окно, которое раньше было заколочено досками», — осознала Кэсси.
Теперь кто-то стоял напротив этого окна, держа кусок доски.
Она снова развернулась по направлению к лестнице. Но кто-то стоял и там тоже.
Теперь в комнате было достаточно света, чтобы Кэсси могла рассмотреть черты той девушки, которая сделала шаг ей навстречу.
— Привет, Кэсси, — сказала Фэй. — Боюсь, что Салли не могла бы этого сделать. Но, может быть, ты и я поможем друг другу вместо этого.
Глава 8 (Перевод: Просто Renna)
— Так это ты отправила записку, — прямо сказала Кэсси.
Фэй улыбнулась своей неторопливой, пугающей улыбкой.
— Мне почему-то показалось, что ты не придешь, если я подпишусь собственным именем, — сказала она.
«И я повелась, — подумала Кэсси. — Она, должно быть, заранее сказала Тине, что ей надо будет говорить, и я проглотила наживку».
— Как тебе мои маленькие подарки?
Глаза Кэсси наполнились слезами. Она чувствовала себя настолько опустошенной и беспомощной, что не могла ответить. Если бы только она могла думать…
— Ты хорошо спишь? — невинно продолжала Фэй. — Ужасно выглядишь. Может, сны мешают тебе спать?
Кэсси повернулась, чтобы осмотреться. Позади нее был выход, но перед ним маячила Сьюзан.
— О, уходить пока рано, — сказала Фэй, — я не могу тебе этого позволить.
Кэсси взглянула на нее.
— Мечтать не вредно, — Дебора неприятно рассмеялась.
Кэсси не понимала, что происходит. А потом она увидела лист бумаги в руках Фэй — сейчас он был тщательно расправлен, но до этого его хорошенько помяли. Ее стихотворение.
Гнев вытеснил усталость; такой яркий, что на мгновение его энергия заполнила ее, озарила изнутри. Она бросилась на Фэй с криком:
— Это мое!
Ее порыв застал Фэй врасплох. Она отпрянула, уворачиваясь, и подняла стихотворение так высоко, что Кэсси не могла до него дотянуться.
Потом кто-то схватил Кэсси за руки, выворачивая их за спину.
— Спасибо, Дебора, — произнесла Фэй. Ее дыхание чуть-чуть сбилось. Она разглядывала Кэсси. — Что ж, похоже, даже маленькие белые мыши умеют кусаться. Запомним на будущее. Но прямо сейчас, — продолжила она, — у нас будет внеплановый творческий вечер. Прошу прощения, что атмосфера немного не соответствующая, но что уж поделаешь. Когда-то это была лаборатория, но сейчас сюда почти никто не заходит — с тех пор, как Дуг и Крис Хендерсон допустили маленькую ошибочку в химическом эксперименте. Ты наверняка уже видела братьев Хэндерсон, их трудно не заметить. Хорошие парни, только малость безответственные. Они нечаянно создали бомбу.
Теперь, когда глаза Кэсси приспособились к свету, она увидела, что комната была полностью выжжена. Стены почернели от копоти.
— Конечно, некоторые думают, что здесь небезопасно, — продолжала Фэй, — и держат это место запертым, но нас такие мелочи никогда не останавливали. Зато здесь удобно. Мы можем шуметь сколько угодно, и никто нас не услышит.
Хватка Деборы была болезненной, но как только Фэй откашлялась и поднесла листок бумаги к глазам, Кэсси снова начала вырываться.
— Посмотрим-ка. «Мои сны», Кэсси Блейк. Какое, однако, нестандартное название.
— Ты не имеешь права…, - начала Кэсси, но Фэй ее проигнорировала.
Она начала читать наигранно драматическим голосом:
— И каждой ночью грежу я о нем…
— Это личное! — выкрикнула Кэсси.
— Он поцелуем пробудил во мне желанье…
— Отпусти меня!
— Лишь час мы провели вдвоем…
— Это не справедливо…
— Но как в огне с тех пор пылаю я, — Фэй подняла взгляд. — Вот и все. Что скажешь, Дебора?
— Гадость, — заключила Дебора, сильнее стискивая руки Кэсси, когда та в очередной раз попыталась вырваться. — Глупость.
— А я даже не знаю… Некоторые фразы меня впечатлили. Про огонь, например. Любишь огонь, Кэсси?
Кэсси застыла. В этом ленивом, грубоватом голосе теперь появилась новая нотка, нотка которую она подсознательно распознала. Опасность.
— Что ты думаешь об огне, Кэсси? Мечтаешь о нем?
Во рту пересохло. Кэсси смотрела на Фэй. Глаза цвета меда светились жаром. Возбуждением.
— Показать тебе фокус с огнем?
Кэсии покачала головой. Она осознала, что есть вещи хуже унижения.
Впервые за эту неделю она испугалась не за свою гордость, а за свою жизнь.
Фэй свернула лист бумаги. Пламя вспыхнуло на уголке.
— Расскажи нам, о ком твое стихотворение, Кэсси? Кто он, парень, который тебя пробудил?
Кэсси отпрянула от пылающего прямо перед ее лицом листка бумаги.
— Осторожнее, — насмешливо сказала Дебора — не подпали ей волосы.
— То есть, вот так не подносить? — спросила Фэй, — или так?
Кэсси пришлось извернуться, чтобы избежать огня. Крошечные светящиеся частички бумаги разлетались во все стороны. Перед глазами Кэсси до сих пор плыли светлые пятна, и она чувствовала жар на своей коже.
— Ой, слишком близко. Хотя ее ресницы все равно были слишком длинными, разве нет, Дебора?
Кэсси опять начала сопротивляться, но Дебора была невообразимо сильной. И чем больше Кэсси вырывалась, тем болезненней становилась ее хватка.
— Отпусти меня, — выдохнула она.
— Но мне казалось, ты любишь огонь, Кэсси. Посмотри на него. Что ты видишь?
Кэсси не хотелось этого делать, но она не могла не подчиниться. Несомненно, листок бумаги уже давно должен был сгореть. Но он еще пылал.
«Желтый, — подумала она. — Огонь желтый и оранжевый. А не красный, как все говорят».
Все ее чувства сфокусировались на пламени. От жара щеки покалывало. Она чувствовала треск пожираемой огнем бумаги, чувствовала запах дыма. И не видела больше ничего. Серый пепел и желтое пламя. Синее внизу, как у газовой горелки. Огонь менял форму каждую секунду, беспрестанно тянулся вверх. Выплескивал свою энергию.
Энергию.
«Огонь — это сила», — подумала она.
Кэсси почти могла почувствовать заряд золотого пламени. Не обманчивое спокойствие моря или неба, не замершую непоколебимость камня. Живую энергию. Силу, которую можно взять…
