Читаем без скачивания Неизвестный - Мари Юнгстедт

Полицейские проследовали за мужчиной в небольшой лесок, идя по хорошо утоптанной тропинке, бегущей вдоль старого земляного вала. По сторонам росли кусты шиповника и терновника.

Здесь почти не было ветра и слышались лишь крики летавших над морем птиц. Вдруг прямо перед собой они Увидели тело. Безжизненно повисшее на верёвке, оно выделялось розоватым пятном на фоне пышной зелени. Волосы молодой женщины закрывали лицо. На плоском животе кто-то сделал глубокий надрез длиной сантиметров двадцать, кровь запачкала низ живота и ноги жертвы.

Тот факт, что девушка была совсем юной и необыкновенной красоты, лишь усиливал жуткий эффект происшедшего насилия.

Полицейские молча разглядывали страшную картину.

— Да, вот так я её и нашёл, — произнёс наконец Калле Эстлунд.

— И вы никуда отсюда не уходили после этого, правильно? — спросил Кнутас.

— Нет, я только позвонил жене, но уйти не решился.

— По дороге сюда вы видели кого-нибудь или слышали?

— Нет, здесь были только мы с Лизой, — ответил Калле, потрепав собаку по голове.

Кнутас окликнул присоединившихся к ним коллег. Те уже начали разматывать ленту ограждения.

— Следует огородить весь участок внутри изгороди. Я хочу, чтобы кто-нибудь прямо сейчас отправился опрашивать соседей. Где собаки?

— Скоро привезут, — сообщила Карин.

— Хорошо, нельзя терять время. Вы пока можете пойти домой, — обратился комиссар к мужчине с собакой. — Но никуда, пожалуйста, не уходите. Через какое-то время мы придём поговорить с вами и вашей женой.

— Это, вероятнее всего, Мартина Флохтен. Подходит по возрасту и описанию.

— Да, без сомнения, так и есть, — согласился Кнутас.

— Что за безумец попался на её голову? — с огорчением произнёс Сульман — Зачем подвешивать человека, которого и так уже убил?

— Или зачем резать ножом человека, которого и так уже повесил? — парировала Карин.

Кнутас медленно обошёл тело, тщательно оглядев его. Мартина походила на страшную куклу: лицо алого цвета выдавало напряжение, глаза открыты, но мутные, без блеска, губы потемнели и обветрились, кожа покраснела, на икрах и ступнях появился лиловый оттенок. На порезе в нижней части живота собрались мухи. У Кнутаса защемило сердце, когда он заметил, что в ране уже копошатся белые личинки.

— Интересно, она здесь висит с ночи субботы? — пробормотала Карин, прикрывая нос и рот платком.

— А сегодня какой день? Среда? Получается, если её убили в ночь на воскресенье, то прошло более трёх суток. Что ж, это возможно, — ответил Сульман.

— Мы не будем снимать её, пока не приедет судмедэксперт, — решил Кнутас. — Я хочу, чтобы он сначала увидел тело на месте.

У калитки уже собралась толпа любопытных. На все их вопросы комиссар ответил молчанием, быстрым шагом пройдя мимо. Сев в машину, полицейские сразу отправились обратно в управление.

Он стоял посреди леса, прислонившись к шершавому стволу дерева. Закрыв глаза, он вслушивался: вот ветер шелестит листвой, вот с лёгким стуком упала шишка, закаркала ворона. Здесь, в самой чаще, пахло глиной, хвоей, землёй и черникой. Медленно сгибая ноги, он сполз по стволу вниз и сел, неровности дерева не побеспокоили его. Он что-то монотонно бормотал себе под нос. Постепенно он погрузился в состояние, к которому стремился, — в транс. Он стал единым целым со стволом дерева, его душа должна была остаться там, пока сознание, покинув тело, заполняло другие формы. Перемещение было важным, практически необходимым условием, Для того чтобы он мог выполнить задание.

Они с деревом слились воедино. Границы разрушены, все до одной. Он переместился в иную реальность.

Окружающий мир больше не тревожил его. Всё, что некогда волновало его, теперь утратило значение. Он избавился от повседневных банальных проблем, делавших людей несвободными. Его они больше не заботили, потому что теперь он вне обычных людских связей, он заключил иной союз. Стены разрушены, препятствия устранены, впереди — прямая, ясно очерченная дорога. Он почувствовал в себе нечеловеческие силы.

Вдруг треснула ветка, и из зарослей выскочила лисица. Она уселась прямо перед ним и, словно кошка, начала умывать мордочку. То и дело она отвлекалась от своего занятия и, подняв голову, наблюдала за ним. Затем она прошла совсем рядом с ним, будто его там и не было, и исчезла в чаще. Он перевёл дыхание.

У него всё получилось! И вот окончательное тому доказательство.

Когда Кнутас вернулся в кабинет, телефон у него на столе разрывался от звонков. Пресса хотела знать всё об убийстве Мартины Флохтен. В конце концов он был вынужден попросить секретаря больше не соединять с ним. Для того чтобы сконцентрироваться, требовался покой. Решили, что после обеда организуют пресс-конференцию. Ларс Норби согласился подготовить для неё всё необходимое и был освобождён от участия в совещании следственной группы.

В комнате для собраний место рядом с комиссаром занял прокурор — Кнутас вызвал его звонком. Биргер Смиттенберг — немало повидавший на своём веку главный прокурор региональной прокуратуры — уже много лет работал в окружном суде Готланда. Со временем у них с комиссаром сложились отношения, основанные на безусловном доверии. В их багаже было немало раскрытых дел. Смиттенберг родился и вырос в Стокгольме, но потом, в семидесятых, женился на певице с Готланда и перебрался сюда. Он всегда принимал живое участие в работе полиции и, когда мог, приходил на совещания следственной группы.

— Как вы все знаете, сегодня без четверти шесть утра на мысе Вивесхольм обнаружено тело двадцатитрехлетней Мартины Флохтен из Роттердама, Голландия, — начал Кнутас. — Нашедшего труп зовут Калле Эстлунд, он живёт в одном из домов рядом с мысом. Нет никаких сомнений в том, что её лишили жизни насильственным путём. Скоро я передам слово Эрику, который подробнее расскажет нам о повреждениях на теле девушки. Судмедэксперт уже вызван из Стокгольма, он осмотрит труп, как только прибудет на место. Мы установили ограждение вокруг леса, где найдена жертва. Сейчас там работают полицейские с собаками-ищейками. Мы также ищем улики на территории «Варфсхольма» — настолько, насколько это возможно. Потребовать от них, чтобы они закрыли комплекс, нереально. На этом пока всё.

Кнутас кивком головы дал знак Сульману. Тот, поднявшись, занял место у проектора. На белом экране он показал снимок местности, сделанный с воздуха.

— Перед вами Вивесхольм. Территория находится в частном владении и принадлежит одному фермеру. Здесь пасутся его коровы, но мыс открыт для общественности. Многие приезжают сюда понаблюдать за птицами или насладиться видами.

— Популярное местечко для сёрфинга, помимо прочего, — вмешался Томас Витберг. — Я сам там катался пару раз. Просто отменно, скажу я вам.

На мысе есть небольшой пролесок, окружённый изгородью. Здесь вот старая вышка для наблюдения за птицами. — Сульман щёлкнул переключателем, и на экране появилась следующая фотография. — Вот здесь нашли Мартину Флохтен повешенной на дереве. Люди сюда заходят редко, лишь сам фермер да иногда какой-нибудь турист, решивший воспользоваться вышкой. Поэтому неудивительно, что труп обнаружили не сразу. Сейчас мы с вами увидим тело и повреждения на нём. Следы насилия довольно неординарны.

Сидевшие в комнате заёрзали на стульях, когда на экране появились фотографии тела Мартины.

— Следует обратить внимание на то, что её как будто убили несколькими способами, — задумчиво продолжал Сульман. — Жертву задушили и порезали ножом. Я бы предположил, что сначала её повесили на верёвке, а затем преступник сделал надрез. Внешний вид раны говорит нам о том, что она, скорее всего, была нанесена уже после наступления смерти. Поскольку на теле нет других повреждений, можно сделать вывод, что она не сопротивлялась и преступник мог спокойно наносить ей ранения. Но есть ещё одно интересное обстоятельство. — Сульман сделал паузу и многозначительно посмотрел на коллег. — Нет уверенности в том, что она убита через повешение. Некоторые детали указывают на то, что к этому моменту она уже была мертва.

— Какие детали? — Кнутас выглядел совершенно ошеломлённым.

— Я подчёркиваю, это всего лишь моё предположение и следует дождаться заключения судмедэксперта, но у меня есть некоторый опыт: я осматривал трупы людей, покончивших жизнь самоубийством через повешение, когда они погибали от удушения верёвкой. Так вот, в подобных случаях наблюдаются типичные повреждения: синяк на шее в том месте, где её сдавила верёвка, и кровоподтёки там, где шейная мускулатура присоединяется к ключице. Эти признаки довольно легко заметить, особенно если ранее доводилось их видеть. На теле Мартины их нет. Здесь что-то не так.

Карин с удивлением посмотрела на криминалиста: