А еще тревожная мысль то и дело приходила на ум, заставляя все время анализировать. Даже не мысль, а натренированная в военной академии наблюдательность. Малышка как-то удивительно быстро находила общий язык с живностью, причем с самой разной, от мух и дождевых червей, которыми она со своими друзьями накормила столичных зазнаек, до огромного крылатого ящера. Нам еще во время учебы долгие годы вбивали, что погонщиков этих рептилий готовят несколько лет, и что это неимоверно тяжелый труд: приучить к себе и выдрессировать зверюгу. А Айлин с легкостью осматривала животное, заставляла его расправлять крылья, пить жидкость из бурдюка. И это у нее не вызывало никаких сложностей!
И если до нашего «спарринга» на уроке профессора Килби я еще мог оправдать столь легкое управление животными и насекомыми слаженной работой ее друзей или заранее приготовленными скрытыми от посторонних глаз артефактами, то наш бой, вернее, неожиданная победа девчонки все расставили на свои места.
На уроке она действовала самостоятельно, без каких-либо вспомогательных средств и, учитывая степень ее испуга (а в том, что Айлин была на грани истерики, я не сомневался), защищалась она спонтанно, по наитию.
Если детально рассмотреть картину наших взаимодействий, то получалось следующее. Я споткнулся о бугорок, выросший у меня под ногой, так как крот именно с этот момент и в этом месте решил вырыть себе нору. Затем, рой не менее деятельных пчел принял решение пролететь возле моего лица, причем, так близко, что я был вынужден отклониться в сторону, в результате чего потерял равновесие и распластался на земле. Именно в партере меня и ожидали две ядовитые шипящие солистки, увлечённо аккомпанировавшие себе хвостами-погремушками.
И вот здесь объект моего пристального наблюдения, видимо, перенервничав, допустил фатальную ошибку! Умению управлять змеями, а тем более такими ядовитыми, как гремучие змеи, обучают исключительно диверсантов в военной академии. Остальные учебные учреждения максимум, что преподают — это умение отпугивать ядовитых тварей на достаточно большое расстояние, чтобы обезопасить путь.
Подобными талантами могли обладать наследники самых знатных фамилий империи, и то это являлось редкостью. Эту версию я тут же отмел, документы Айлин были настоящими, а это означало только одно — ее завербовали еще в раннем детстве, и малышка в юном возрасте освоила навыки диверсанта Тенерийской империи. И это было плохо! Очень плохо для нее! Но именно в эту версию отлично укладывались все имеющиеся у нас факты. Единственное, что выбивалось из стройного ряда фактов — это неподдельный испуг Айлин при нашем с ней физическом контакте. Странная реакция для девушки, окончившей курс диверсантов-разведчиков.
Айлин
— Прекрасная Мадина, разрешите проводить Вас в столовую! — послышалось со всех сторон, стоило только нам с соседкой выйти из общежития.
Мади уже привычно придирчиво осмотрела кандидатов в сопровождающие и остановила свой выбор на высоком широкоплечем виконте Льюисе, чей пылкий взгляд, казалось, прожигал насквозь мою подругу.
— Будьте так любезны, виконт! — кокетливо хлопая ресницами, изображая восторг, выдохнула Мад.
Несмотря на высокий титул, молодой человек держал себя очень сдержанно. Слегка поклонившись, он с благоговением предложил Мадине согнутую в локте руку, и, как только она положила на нее свои тонкие пальчики, накрыл их ладонью, демонстрируя серьезные намерения по отношению к Мади.
Вокруг нас раздалось раздраженное ворчание, но меня очень удивило то, что никто не стал громко озвучивать свое недовольство, проявляя уважение к сопернику и выбору экспериментаторши. Ко мне же никто из окружавших кавалеров в сопровождающие не набивался, явно давая понять, кто именно из нас двоих вызывает у них интерес.
Как только мы направились в столовую, вся толпа аристократов последовала за нами, кидая на виконта недовольные взгляды, но стоило только Мадине на них посмотреть, как лица молодых людей расплывались в улыбках.
Наше коллективное шествие еще издалека заприметила Корнелия со своими подружками, кажется, их звали Роза, Белинда и Хезер. Как только их взгляды остановились на руке Мадины, уютно лежавшей на локте Люиса, прекрасные лица девушек исказились в злых гримасах. А поняв, что толпа столичных студентов мужского пола следует исключительно за Мади, ловя каждый ее жест или слово, знатные красотки — любительницы похрустеть хвостиками червячков и лапками жучков, решительно направились в нашу сторону.
— Мади, — тихо одернула я подругу, увлеченно щебечущую с виконтом. — Сейчас нас убивать будут!
Мадина кинула быстрый взгляд в указанном мною направлении и слегка нахмурилась:
— С чего бы это? Виконт, признавайтесь, Вы помолвлены?
— Нет! — честно заверил нас Льюис.
Оглянувшись вокруг, Мадина получила подтверждение наличия свободного статуса от всех окружавших нас, опоенных ею, молодых людей.
— С того, что ты, душенька, забралась на чужую территорию. Судя по возмущенному пыхтению Корнелии, твои мальчики уже давным-давно пересчитаны и поделены. А ты порушила все достигнутые между девочками договоренности, варварски украв всех кандидатов в кавалеры! — многозначительно подняв брови, терпеливо объясняла ей. — Я тебе гарантирую: сейчас нас будут убивать!
— За что? — отказывалась понимать подружка. — Я бы могла согласиться с такой воинственностью, если бы мы им платья порвали, помаду испортили или духи разбили! Но молодые люди — это же не их собственность! Они свободны! И могут ухаживать за кем угодно!
— А вот у Корнелии с подружками, кажется, совершенно другое мнение! — заметила я.
Глава 23
Столичные красотки, приближаясь к нам, уже развили приличную скорость. Их план был прост, но эффективен. Они хотели сбить нас с ног, а затем запинать изящными ножками и расцарапать лица наманикюренными коготками.
Испуганно пискнув, мы с Мадиной дружно прыгнули за широкую спину виконта Льюиса.
— Молодец, Мади, — похвалила я соседку. — Как удивительно вовремя ты умеешь выбирать надежную спину подходящей ширины!
— Угу! — согласилась со мной подружка, аккуратно выглядывая из-за плеча своего кавалера.
Приворотное зелье показало себя во всей красе. Опоенные молодые люди, заприметив со стороны Корнелии и ее подружек угрозу объекту своего воздыхания, умело обступили агрессивно настроенных сокурсниц со всех сторон, затем сноровисто оттеснили от нас красоток, давая возможность без проблем попасть в столовую.
— Какой замечательный эффект защитника смогла ты добиться в своей работе! — шепотом, чтобы никто из кавалеров не услышал, восхитилась я.
Услышав похвалу, Мади засияла, словно солнышко.
— Получилось! Получилось! — чуть пританцовывая, радостно щебетала она, с восторгом посматривая на своих подопытных «кроликов».
Мы стояли в очереди на раздачу, когда в столовую ввалилась разъяренная толпа столичных студенток с явным стремлением растоптать новых конкуренток, то есть Мадину и меня. Надо же, как быстро Корнелия смогла собрать подкрепление для новой атаки. И тут я поняла всю неприглядность своего положения. Моя не в меру деятельная соседка автоматически попадала под защиту опоенных ею столичных студентов. Пока они находятся под действием ее приворотного зелья, то будут беречь Мади от любой напасти, даже от такой страшной и бескомпромиссной, как Корнелия с подружками. А вот я осталась одна на растерзание этих напомаженных фурий. И не имея иных вариантов реализации своих обид, они вдохновенно разорвут мою тушку на сувениры!
Повертев головой, я приметила командира наших бравых гвардейцев, встревоженно следившего за разворачивавшимися событиями, и приветливо помахала ему рукой, одаривая улыбкой. Его плечи мне показались достаточно широкими, чтобы иметь возможность за ними спрятаться, а наличие военной выучки и боевого опыта давали ему возможность выстоять в бою с девицами, хотя бы какое-то время! Мне показалось, что этих минут мне должно вполне хватить для эвакуации из столовой.
