Второй питекантроп бежал наперерез, пытаясь отсечь ей дорогу к опушке, но девушка успела проскочить мимо. Блейд увидел длинную царапину, багровевшую на ее груди. Надсмотрщик пытался поймать ее снова и снова, и каждый раз беглянка ловко уворачивалась от него, из последних сил стремясь под защиту деревьев.
Разведчик чувствовал, как неистово колотится его сердце. Как ему хотелось, чтобы девчонка улизнула от этих полуобезьян!
Наконец девушка скрылась под деревьями. Блейд печально покачал головой. Все. Надежды на спасение у нее больше нет. В лесу, заваленном гнилыми сучьями и упавшими стволами, питекантропы легко догонят ее. Они были очень плотными, мускулистыми и выглядели сильными, как гориллы. Наверняка это зверье прекрасно приспособлено к жизни в дремучей чаще.
Но он, как ни странно, ошибался. С удивлением он увидел, что мохнатые преследователи застыли на опушке леса. Они с опаской глядели на деревья, что-то орали друг другу, но явно боялись идти дальше. Медленно, в ярости потрясая кулаками, все время оборачиваясь назад, они отступали обратно к озеру. Разведчик усмехнулся. Видимо, лес был табу, раз питекантропы так панически боялись его!
Он от всей души пожелал девушке удачи, хотя сильно сомневался в том, что она сумеет выжить, ведь в лесу таится немало опасностей. Блейд поглядел туда, где она скрылась за деревьями — ни одна веточка не шелохнулась.
Он наблюдал за полями и деревней, пока не зашло солнце. На закате всех рабов, и мужчин, и женщин, загнали в лодки и переправили к большой плетеной хижине, которую поддерживали два десятка свай. Вокруг хижины расставили часовых. Еду рабам привезли другие пленники — мужчины, которые находились, вероятно, в более привилегированном положении, чем полевые рабочие. Блейд проследил за одним из них. Завершив все дела, тот сел в лодку и отправился к хижине, возле которой его встретила женщина-питекантроп. Все стало ясно: у озерных жителей не хватает мужчин, поэтому некоторым рабам позволено жить с их женщинами. Да, в любом измерении секс играет немаловажную роль! Улыбнувшись этой мысли, Блейд улегся спать.
Он прекрасно выспался в пустом зале под черепом каменного великана, служившим, как оказалось, очень надежным убежищем, и с первыми криками птиц снова двинулся в путь, стараясь держаться как можно дальше от озера. Вряд ли в этом поселении осталось хоть что-то, что еще могло его заинтересовать. В лесу Блейд обнаружил несколько ручейков с чистой водой. Он умылся, утолил жажду и пошел дальше, заметив, что местность вновь начала подниматься.
Лес заметно поредел. Кролики-великаны, на которых он охотился с таким успехом, внезапно исчезли; за целый день ему не встретился ни один. Это не особенно беспокоило путника; солидный запас мяса, провяленного над костром, еще не иссяк.
В этот день Блейду крупно повезло — он нашел соль! Источник соленой воды с шипением выбивался из скалы, обрушиваясь вниз на камни. Вокруг места, куда падала вода, белели солевые наросты; соль конденсировалась из влаги и осаждалась на камнях. Блейд затаился в зарослях и принялся терпеливо ждать.
Ею долгое ожидание было вознаграждено: примерно через два часа из леса вышел крохотный олень и приблизился к покрытым белесыми пятнами соли камням. Разведчик с надеждой следил за ним. Кроличье мясо ему уже порядком надоело, хотелось отведать чего-нибудь другого, и оленье жаркое пришлось бы весьма кстати. Правда, олень по размерам не превосходил месячного ягненка. Серовато-коричневая шкурка с желтыми пятнами, острые чуткие уши, никакого намека на рога, вместо копыт — три ороговевших пальца. Однако Блейд сейчас не интересовался такими зоологическими подробностями; гораздо больше его волновало, съедобен ли этот зверь, и если да, то будет ли его мясо вкусным.
Полизав соли, олень тронулся в обратный путь, и разведчик крадучись последовал за ним. Скоро он обнаружил хорошо натоптанную тропинку, испещренную маленькими трехпалыми отпечатками. Пробираясь по ней, Блейд наткнулся на целое стадо крохотных пятнистых животных. Олени мгновенно исчезли, не слишком огорчив следопыта. Он знал, что стадо выследить несложно, а кроме того, животные все равно придут за солью, так что в ближайшее время голодать ему не придется.
Уже наступал вечер, когда разведчику показалось, что за ним следят.
Если бы не гнетущая лесная тишина, он, скорее всего, ничего бы не почуял. У него, однако, уже выработалась привычка время от времени останавливаться и замирать, настороженно прислушиваясь и осматриваясь. Кто бы ни шел сейчас за ним, этот неведомый преследователь передвигался по лесу почти столь же тихо и осторожно, как и он сам. Но вот опять чуть хрустнула сухая ветка… У Блейда уже не оставалось сомнений, что за ним наблюдают.
Не показывая виду, что заметил слежку, он продолжал идти по оленьей тропе, вслушиваясь в тишину. Не раздастся ли сзади еще какой-нибудь звук? Ничего… Таинственный наблюдатель больше не повторил своей ошибки. Но теперь Блейд постоянно ощущал его взгляд на своем затылке.
Он подыскал подходящую полянку и с наступлением темноты, как обычно, развел костер. Изготовив из лиан несколько петель-ловушек, разведчик небрежно разбросал их по тропинке. Он проделывал это не таясь, чтобы тот, кто выслеживал его, мог все хорошенько рассмотреть. Позже, когда окончательно стемнело, Блейд прокрался к деревьям и установил еще две ловушки, посерьезнее. Если его преследователь не полный остолоп, то он, естественно, зайдет со стороны леса, минуя тропу.
На этот раз он очень долго возился с ужином, рассчитывая, что ветер донесет соблазнительные запахи жареного мяса до затаившегося в чаще наблюдателя. Разложив два маленьких костерка, пламя которых хорошо освещало небольшую поляну, Блейд придвинул поближе оружие и принялся ждать.
Шли минуты. Он устроился меж огней и притворился, что задремал. Копье, топор и лук были рядом, под руками; солидный ломоть мяса лежал на листе у правого костра в качестве приманки.
Прошло с полчаса. Блейд услышал легкий шорох, затем затрещало, распрямляясь, молодое деревце и свистнула петля. За всем этим последовал приглушенный крик. Разведчик выхватил из костерка головешку и бросился к западне. Кажется, рыбка уже сидела на крючке!
Так оно и было. Петля затянулась вокруг тонких лодыжек, и добыча повисла в воздухе вниз головой в двух ярдах от земли. Девушка, совершенно нагая; та самая молодая рабыня, которой вчера повезло удрать от питекантропов. Высоко подняв горящую головню, Блейд разглядывал ее; она, шипя и фыркая, словно кошка, пыталась поцарапать его ногтями. Совсем как дикий зверек, попавший в капкан.
Разведчик отошел на пару шагов и задумался. Итак, он ее поймал; что же теперь с ней делать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
