Читаем без скачивания Темное желание - Кристин Фихан

– Если мужчина-карпатец не находит своей подруги жизни, его вторая, светлая половина, постепенно исчезает. Мы не в состоянии возвратить себе эмоции. И тогда нас ожидает одно – верная гибель. – Юлиан вздохнул. Он заметил, как омрачилось лицо Дезари.

– Но остается выбор. Можно встретить восход солнца и тем самым закончить свое бренное существование. Или же можно потерять душу. Тогда мы становимся вампирами, вечно живущей нечистью, питающейся человеческой кровью. И нам остается лишь одно – убивать.

Дезари знала, что он рассказывает ей чистую правду. Сейвон предпочел стать вампиром. Дарий уничтожил много таких за время своего существования. Дезари нервно сглотнула и подняла глаза на Свирепого.

– Но как можно определить, нашел ли мужчина свою подругу жизни?

Юлиан улыбнулся, и Дезари показалось, что его улыбка коснулась ее кожи.

– Я жил долгие века без эмоций и не различал цветов. А потом встретил тебя. Теперь мир для меня снова стал прекрасным. Вокруг все переливается самыми разными красками. Что же касается эмоций, то они настолько переполняют меня, что я пока еще не в силах совладать с ними. Когда я смотрю на тебя, мое тело оживает. Сердце готово вырваться из груди. Ты и есть для меня та самая, единственная.

– Но что будет, если женщина не чувствует того же самого? – насторожилась Дезари. Ей раньше никогда не приходилось слышать ничего подобного. Теперь она задумалась всерьез.

– Для каждого из нас есть только один друг или подруга жизни. И если это понял мужчина, то поймет и женщина. – Он снова улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами.

– Возможно женщина проявит упрямство и своенравие и поначалу просто не захочет признавать, что встретила своего друга жизни. Ей может быть слишком дорога собственная свобода. Но так как наших женщин осталось очень мало и все они находятся под присмотром своих соплеменников, каждая из них передается своему другу жизни, как только наступает ее половое созревание.

– Я не совсем поняла, что же становится с ее свободой? Неужели женщина должна лишиться ее? – Внезапно Дезари разволновалась. Один только вид его мускулистого тела заставлял ее сердце бешено колотиться в груди. Но ей не понравилось, как хладнокровно он рассуждал о судьбе женщин-карпаток. Неужели для них не оставалось никакого выбора, и все они должны были беспрекословно подчиниться своей странной судьбе?

Юлиан усмехнулся и внезапно очутился рядом с Дезари, грозно нависая над ней как раз в тот момент, когда она почувствовала себя в полной безопасности.

– Не нужно ни о чем беспокоиться, Дезари. Для меня самое главное, видеть тебя счастливой. – Он протянул ей руку.

– Но сейчас ты голодна. Я ощущаю твой голод внутри себя, как свой собственный. Ты не должна испытывать никакого дискомфорта.

Он взял ее ладонь в свою, прежде чем Дезари смогла хоть как-то отреагировать на его жест. В следующий миг он уже поднимал ее на ноги, одновременно обнимая за талию и не принимая при этом никаких возражений. Тело его оказалось упругим и горячим. И еще от него исходил приятный запах, и, когда певица набрала полные легкие воздуха, этот аромат наполнил ее тело, как наркотик.

Его золотистые глаза горели желанием. Он долго смотрел на Дезари, пока она не опустила длинные ресницы и тут же почувствовала его губы на своей шее.

Певица напряглась, а Юлиан обхватил ее сильнее, но почему-то она сразу почувствовала, что этими объятиями он только хотел показать ей, как будет защищать ее. Его губы казались ей одновременно и мягкими, и упругими. Он нежно покусывал ее кожу и вдруг тихо спросил:

– Ты мне не откажешь?

Она уже не могла отказать ему ни в чем. Ее тело словно перестало повиноваться ей и превратилось во вторую половину его самого. Дезари прижалась к нему, готовая отдать все, что было ему нужно. Места для раздумий не осталось. Она почувствовала его жаркое дыхание. Закрыла глаза и обняла руками его голову. Затем ее горло опалил жар, и волна удовольствия оказалась настолько сильной, что граничила с болью. Дезари услышала собственный стон и поняла, что Юлиан питается ею, забирая в себя саму ее сущность и таким неведомым эротическим способом связывая себя с ней навеки.

Дезари кормилась кровью в течение веков и сама отдавала кровь множество раз, когда это было необходимо. Но никогда при этом она не испытывала ничего подобного. Огонь бушевал в ее теле, языки пламени словно рвались наружу, требуя немедленного освобождения. Она ощущала себя живым огнем, пылающим в его объятиях.

Юлиан нежно зализал раны на ее шее, одновременно одной рукой расстегивая рубашку, а другой поддерживая Дезари за шею возле затылка. Он что-то невнятно бормотал по-итальянски, что-то нежное и возбуждающее. Потом Юлиан опустил руки и прижал ее стянутую в джинсы маленькую попку ближе к своему телу, и она даже через толстую ткань ощутила его возбужденную мужскую плоть.

От него исходил запах свежести и неведомой ей мужественности. Тело Дезари горело огнем, соски напряглись в тугом кружевном бюстгальтере. Голод терзал ее, и физический, и сексуальный. Сейчас она не могла сказать, где заканчивалось ее тело и начиналось его. Сердце Юлиана бешено колотилось в любовной страсти. Дезари поняла, что больше не в силах сдерживать эту боль в животе и между ног и очень скоро начала покусывать его горячую кожу.

В тот же миг она ощутила нахлынувшие на нее волны наслаждения и забилась в экстазе. Юлиан оказался горячим и сладким. Неизмеримо огромным и всеобъемлющим, таким, каким она и представить себе раньше не могла. Она поняла, что отныне не будет существовать Юлиана без Дезари, а Дезари без Юлиана. Ей всегда будут требоваться его тело, его кровь и его душа. До последнего дня ее жизни.

Испугавшись себя, она тут же залечила крошечные раны от своих зубов на его теле, а Юлиан принялся ласково поглаживать ее волосы, нежно нашептывая:

– Не бойся ничего, piccolo. Я знаю, что делаю. Я хорошо знаком с обычаями нашего племени. Все это для нас естественно.

Но она отрицательно замотала головой.

– Только не для меня. Ты не понимаешь, Юлиан. Я не могу покинуть семью. Я знаю, что была в твоих мыслях всегда. Мне известно все о твоих планах для нас двоих. Ты одинок. Ты привык везде и во всем устанавливать свои правила. Если ты и следуешь за своим князем, то довольно свободно.

Юлиан снова принялся ласково поглаживать ее затылок, чтобы снять напряжение.

– У нас достаточно времени, чтобы лучше узнать друг друга.

– Я пою, Юлиан. Я люблю петь. Мне нравятся мои зрители, я обожаю их. Я чувствую на концертах связь с ними, и меня все это вполне устраивает. Кроме того, я очень люблю свою семью. Если у нас и есть лидер, князь, так это Дарий. Он посвятил нам всю жизнь, он всегда защищал нас. Ты даже представить себе не можешь, что он сделал для нас. Я не могу бросить его. Тем более сейчас, когда он так близок к саморазрушению.