и спокойным, словно избавляться от трупов для него простая обыденность. Даже странно, что он до сих пор не придушил меня. Ведь мог, и муки совести его бы точно не терзали.
Я смотрю в одну точку, когда Якуб садится за руль. Бросает на меня оценивающий взгляд. Но молчит. Я выгляжу паршиво, а чувствую себя ещё хуже. Никогда моя жизнь ещё не была наполнена таким количеством событий. А ведь я здесь всего пару дней. И это пугает больше всего.
Сколько ещё пройдёт времени до того, как обнаружат мою пропажу? Что случится, если Якуб поймёт, что я не та, за кого выдаю себя?
Когда я вновь увидела ненавистные ворота, к горлу подступила тошнота. Что будет дальше? Какие испытания он мне подкинет?
Ожидала, что сейчас он проводит меня в жилище Хаят, а затем прикажет прийти к нему. Чистой. Свежей. Благоухающей. Готовой подчиняться и исполнять приказы.
Но нет.
Он ведёт меня в свою спальню. Никакой передышки не предполагается.
От страха и неизвестности моё сердце бешено бьётся. Стараюсь сдерживаться, не показывать эмоции, но они прорываются наружу через дрожь, что сотрясает тело.
Глава 22
– Отмойся, приведи себя в порядок и спускайся к столу, – к моему шоку, заявляет Ямадаев, когда мы оказываемся за дверью.
Я смотрю на него круглыми глазами. Ничего не соображаю.
– С каких пор пленницы едят за одним столом с похитителями? – срывается с губ тихий вопрос.
Якуб расстёгивает пуговицы на пропитанной кровью рубашке, подходя вплотную ко мне. Взгляд невольно падает на его мощную загорелую шею, волоски на накачанной груди. Он подавляет меня своим ростом и габаритами. Заставляет чувствовать себя маленькой и ничтожной.
Я считала себя достаточно высокой для девушки. Привыкла смотреть парням прямо в глаза. Но, чтобы держать зрительный контакт с Якубом, мне приходится запрокидывать голову.
– Если я захочу, пленница, ты отсосёшь за обеденным столом, – проводит пальцами по моим губам, раскрывающимся от шока. И страха, потому что я чувствую – он не шутит. Сглатываю слюну. – Поэтому решай сама. Будешь ли ты основным блюдом для всех. Или я оставлю тебя на десерт. Для себя.
Догадываюсь, что за столом вряд ли встречу его бабушку.
Опускаю взгляд, силясь найти в себе смирение и покорность. Перед глазами стоит сцена, как он осматривает труп своего «друга». Якуб настолько многолик, что я не представляю, какой он на самом деле. Где маска, а где истинная сущность. Не понимаю, кто передо мной. Убийца или искуситель. Маньяк или мужчина с ослепительной улыбкой, от которой подкашиваются ноги.
И если раньше я по глупости не понимала, на что он способен, и забывала о страхе, то сегодня всё изменилось. Жить хотелось до такой степени, что прикусила кончик языка.
Пока он не передумал, скрываюсь за дверями ванной комнаты. Судорожно пробую сообразить, как запереться изнутри, но, видимо, такой возможности не предусматривалось. Возможно, никому не приходило в голову закрываться в ванной от хозяина особняка.
Габариты комнаты оказались впечатляющими. Джакузи, душевая, рассчитанная на двоих, умывальника тоже два. Похоже, хозяйские покои были предусмотрены для пары. И кто же эта вторая, предназначенная ему? Памятуя опыт своей сестры, не удивлюсь, если Якуб помолвлен с детства. Эта мысль почему-то вызвала раздражение.
Прикусила губу, пытаясь понять, отчего я так злюсь. Может, оттого, что я для него временное развлечение? А потом появится другая. Которой не нужно мстить. Которую он будет любить и лелеять, а не истязать.
Уф-ф-ф-ф…
Сняла с себя его пиджак, оставшись в платье, раздражавшем кожу. Представляю, как от меня может разить потом. Впрочем, отвращения на лице Якуба, к своему сожалению, я не заметила.
Вздрогнула, увидев своё отражение в зеркале. Вся в крови, видны только огромные перепуганные глаза на заострившемся от усталости лице.
Засунула свой нос в каждый ящик и на каждую полку. Но не нашла никаких женских следов. Потёрла виски, будто это могло изгнать мысли из головы. Что я творю? Этот человек отдал меня сутенёру на растерзание, забавлялся моей беспомощностью, а я испытываю ревность к мифической невесте? Конченая идиотка!
Избавилась от платья и встала под прохладный душ. Вода принесла мгновенное облегчение, граничившее с эйфорией. Я вздохнула со стоном, когда она стекала по телу, унося всю грязь минувшего дня. Чернота закручивалась в воронку и исчезала в водостоке. Намылилась ароматным мылом. Мужским, с запахом смородины и сандала. Я знаю, кто так пахнет, и процедура приняла ещё более интимный характер.
Вздрогнула, услышав хлопок двери. И смотрела круглыми глазами на абсолютно голого Якуба. Очевидно, мне следовало быть расторопнее. Я ведь видела, как он раздевался. Почему мой мозг настолько атрофировался, что у меня не возникло мысли о том, что ему тоже нужно смыть с себя чужую кровь?
Мне понадобилась всего пара секунд, чтобы оценить его идеальное, словно вылепленное из гранита тело. Он вёл себя так, будто меня не было рядом. Нагота не вызывала у мужчины никакого смущения или стеснения. Я же и вовсе забыла, как дышать. Лишь пялилась на него с открытым ртом.
Взгляд упал на его пах. Моргнула пару раз, чтобы избавиться от наваждения. Но ничего не поменялось. Это не галлюцинация.
Глазные яблоки вот-вот готовы выкатиться из орбит. Его член был огромным даже не в возбуждённом состоянии. А я знала, как выглядит стоячий мужской половой орган. Порно никто не отменял.
Сглотнула от страха слюну. Если эта анаконда войдёт в моё тело, меня разорвёт пополам.
Несмотря на то, что рядом имелся второй душ, Якуб просто переключил верхний душ, имитирующий дождь. Он попадал на нас обоих мягкими каплями. И несмотря на прохладную воду, я ощущала жар, исходящий от мужчины, стоявшего рядом.
Сердце в груди взбунтовалось, будто не могло найти себе места в теле. Билось в каждом его уголке. А затем скатилось вниз живота, отдаваясь тяжёлой пульсацией.
– Повернись ко мне, – раздаётся приказ у самого уха. А я только смотрю перед собой на мраморную плитку и моргаю.
Глава 23
– Китекет, – тембр его голоса пугает и будоражит одновременно. В интонации звучит отчётливая угроза.
Я кусаю щёку изнутри и поворачиваюсь к нему лицом. Взгляд утыкается в грудь, и мне приходится собрать всю свою волю в кулак, чтобы не изучить его обнажённое тело более детально. Но и того, что я вижу, достаточно.
Уверена, если бы он не принимал меня за сестру, ему и в голову не пришло бы принуждать к чему-то девушку.
