– По всей вероятности, ему понравилась именно моя дача, – вздохнула я. – На других соседи живут все лето, а моя пустая стоит, вот он и забрел именно ко мне.
– Сейчас пойдем в охрану. Они виноваты, что по даче бичи шастают, пусть сами милицию и вызывают.
– Послушай, а он давно сдох, вонь страшная. Не хочется лишней суеты, но никуда не денешься: если дача моя, значит, и труп мой. Пойдем еще раз на него глянем – и в охрану.
Мы завязали носы платками и зашли в спальню. Труп лежал головой вниз.
– Валюха, это не бич. У него голова прострелена. Давай перевернем.
– Давай.
Перевернув труп, мы просто опешили. На кровати лежал Сергей Козлов, тот самый липовый гаишник, который попросил нас довезти его до Гатчины, так как у него заболела мать.
– Серега… – прошептала я в ужасе.
– Серега, – повторила обезумевшая Златка. Захлопнув дверь в спальню, мы снова выбежали на крыльцо и присели.
– Кто-то решил поиграть с нами, – задумчиво сказала я.
– Чертовщина какая-то. Не мог же труп сам дойти до твоей дачи и лечь на твою кровать.
– То, что он не пришел сам, я не сомневаюсь. Его принесли.
– Но кто?
– Кто-то, кому очень хочется, чтобы мы подняли шумиху вокруг этого трупа. Мол, не захотели тогда шуметь, бейте в колокола теперь.
– Страшно… – поежилась Златка. – Но почему поднимать шумиху должны именно мы? Проще всего бросить этот труп у въезда на участки, и дачники тут же вызовут милицию.
– По логике это так. Но этот кто-то хочет, чтобы это сделали именно мы. Почему – не знаю, надо подумать. У нас еще будет время над этим поразмышлять. Может быть, потому, что мы были знакомы с этим человеком и сможем дать более полные показания…
– Что же нам теперь делать?
– А ничего, – уставилась я на Златку. – Мы не примем правил чужой игры и не поднимем шумихи.
– Это как?
– А так. Мы тихонечко спрячем труп.
– Что?! – Златка округлила глаза и смотрела на меня взглядом, полным ужаса.
– Что слышала. Сейчас оттащим труп в сарай, а ночью выкопаем яму и похороним его.
– Ты хочешь сказать, что мы не пойдем в охрану вызывать милицию?
– Да, мы не пойдем в охрану. Ты что, хочешь, чтобы нас замучила милиция?
– Нет…
– Тогда я не пойму, в чем, собственно, дело?
– Валька, но ведь если мы вызовем милицию, нам же не обязательно говорить, что мы подвозили этого человека той ночью. Мы можем сказать, что не имеем понятия, кто этот человек, и в первый раз его видим.
– Если мы сообщим ментам, тогда тот, кто притащил сюда труп, добьется задуманной цели. Это значит, что он навязывает свои правила игры.
– Валя, бог мой, ну что ты несешь?! Ты сошла с ума. Это бред. Лично я не смогу дотронуться до трупа, не говоря уже о том, чтобы куда-то его нести и закапывать.
– Хорошо, тогда иди в охрану и вызывай милицию. Может быть, потом ты поймешь, что этот труп оказался у нас не случайно.
– Я знаю, что его тебе подбросили… Конечно, если мы пойдем к ментам, то создадим себе лишние проблемы…
– Вот именно, – удовлетворенно кивнула я. – Единственное, что могут сделать менты, это забрать труп. А потом замучают нас своими допросами. В конце концов найдут какого-нибудь козла отпущения и свалят все на него. А нас заставят подтвердить, что мы видели этого психа на нашей даче и уверены, что именно он является убийцей. Поэтому избавиться от трупа надо без помощи нашей доблестной милиции, которая, кроме головной боли, ничего для нас не сделает.
– Знаешь, Валюха, ты, конечно, моя единственная подруга, но иногда мне кажешься какой-то дьявольски страшной женщиной. Похоже, дедуля-декан и впрямь от тебя слишком легко отделался.
– Если ты хотела меня обидеть, то у тебя ничего не вышло, – злобно сказала я.
Наш разговор перебила соседка, баба Нюра, которую мы совершенно не заметили и близкое присутствие которой заставило нас вздрогнуть.
– Привет, девочки, давно вас не было, – улыбнулась она.
– Да, работа, баба Нюра, сама знаешь, – улыбнулась я и строго посмотрела на Златку. Та, почувствовав мой взгляд, улыбнулась и сделала самое добродушное выражение лица, на которое только была способна.
– А что у вас за вонища такая из дома? – Баба Нюра хотела было заглянуть вовнутрь, но я перегородила ей дорогу и ангельским голосом произнесла:
– Какие-то сволочи залезли, бардак устроили, все испортили… Мало того – еще и нагадили! Ужас… Не надо, баба Нюра, не ходи туда, там такое… Все стены загадили, ковер. Воспитание не позволяет приглашать тебя в такой дом.
– Что ж это делается! – схватилась за голову старушка. – Охрана такие деньги дерет, а толку мало, надо устраивать собрание и вопрос ставить. Ладно, девчата, убирайтесь, не буду мешать. Вонища страшная, прямо мертвечиной какой-то, ей-богу.
– Ну ты скажешь тоже, бабуль! Хоть стой, хоть падай.
– Ладно, девчата, я пошла. Мы вас с дедом сегодня приглашаем на ужин. Убирайте, проветривайте – и к нам. Не будете же вы в такой вони сидеть. Придете?
– А чего не прийти. Придем.
Бабуля пошлепала к себе на участок. Я посмотрела на Златку и сказала:
– Потащили труп в сарай, а то я личность в этой деревне заметная, не ровен час, еще нелегкая кого-нибудь принесет.
– Что?
– Что слышала. Пошли в дом, завернем труп в простыню и оттащим в сарай.
– Ты хочешь сказать, что я смогу дотронуться до трупа?!
– Можешь надеть перчатки, – произнесла я злобным голосом и пошла вовнутрь.
Златка поплелась следом. В спальне я завернула труп в простыню и махнула подружке, чтобы та помогла его тащить. Златка поморщилась, сделала скорбное выражение лица и вместе со мной потащила труп.
В сарае мы слегка забросали покойничка соломой и отправились прочь. Вонял он так сильно, что находиться рядом с ним было просто невозможно. Меня пару раз вырвало, да и Златка выглядела не самым лучшим образом.
– Все. Осталось вырыть яму и закопать его к чертовой матери.
– Да уж, а где копать будем? – поинтересовалась Златка.
– За домом, где ж еще? Закопаем, а завтра на этом месте помидоры посадим.
– А это зачем?
– Затем, чтоб не так заметно было. Как будто это обычная грядка. Понятно?
– Понятно, только я потом с этой грядки помидоры есть не буду, уж больно удобрение некачественное.
– А тебя никто и не просит. Не ешь. Грача угостишь. Ему в самый раз будет.
Открыв все окна и двери, мы принялись делать генеральную уборку. Когда дом обрел надлежащий вид, я схватила Златку за руку и потащила к бабе Нюре на обед, вернее, для нас это был обед, а для нормальных людей ужин. Естественно, пришли мы не с пустыми руками, а прихватили с собой пару бутылок дорогого коньячку, чему бабуля и ее вторая половина были несказанно рады. Выпив по рюмочке, я почувствовала себя намного лучше. Златка тоже заметно взбодрилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
