Читаем без скачивания Экстрасенс из спецназа (сборник) - Сергей Зверев

– Кто ты по национальности? – Варяг внимательно вгляделся – Узбек?

– Да.

– Вербовка была в Узбекистане?

– Нет. В Москве. На последнем курсе института. Мне предложили хорошие деньги. Просто огромные. И знаете (Джабаль не заметил, как стал называть капитана на «вы») …меня не обманули. Ни в чем. Дали отличную операционную. Вот и деньги платят… но я не знал, честно, я не знал, куда я еду! Я думал, что меня это не коснется!

– Понятно, – хмыкнул Варяг. – Расстрелы, торговля рабами, насилие, убийства и грабежи? А ты рассчитывал остаться в стороне? Мол, я не убиваю. Я только врач. Клятва Гиппократа и все такое?

Джабаль стиснул зубы и посмотрел на бутылку, стоявшую под локтем у Варяга. Капитан перехватил его взгляд. Он понимающе кивнул и небрежно, словно хороший бармен, точно толкнул виски по столу. Бутылка скользнула по гладкой поверхности прямо в руку врача. Джабаль снова налил себе. Он посмотрел в бесстрастное лицо Варяга и содрогнулся. Зачем этот человек ему сказал, что он из ГРУ? Это значило только одно – его сейчас будут убивать. Свидетели русскому офицеру не нужны.

– И что, – ему пришлось приложить немалое усилие для того, чтобы задать вопрос, – вы собираетесь со мной сделать? Убьете прямо здесь? Я ведь теперь много знаю о вас…

Капитан внезапно обругал Джабаля на вполне понятном ему языке, обозвав его бараном, даже не способным к воспроизводству себе подобных. Молодой парень выпучил глаза. Он и не знал, что в свое время капитан служил под начальством старшины-татарина.

– Начитался книжек про Джеймса Бонда? – улыбнулся Варяг. – Пацан… в общем, так. Ты поставишь на ноги моего бойца, а взамен этого получишь возможность и дальше изображать врача без границ. Твоя карьера меня не интересует.

Джабаль даже не стал прикидывать шансы. Слишком неравны были силы. Закаленный волк русского спецназа, за которым молчаливо нависает вся необъятная мощь его организации, против мальчишки-врача. Джабаль осознал, каков будет исход этого противостояния. Если он попытается обмануть своего страшного посетителя, то проживет недолго. И вряд ли ему что-нибудь поможет. Ни бегство, ни сверхмощная охрана. Об этом даже смешно говорить. Оба собеседника понимали сей неоспоримый факт.

Джабаль внезапно успокоился. Он принял решение. Он откинулся на спинку кресла и поднял стакан.

– Вашему солдату понадобится провести в больнице около недели. Если не будет осложнений.

– Осложнений не будет, – кивнул капитан. – Значит, мы договорились.

– Да… –  Что вам еще надо? – неожиданно спросил Джабаль, удивляясь самому себе. – Чем я еще могу помочь?

Варяг внимательно всмотрелся в сидящего напротив него молодого мужчину в белом халате. Только сейчас он заметил, как врач серьезно утомлен. И явно не быстрой операцией, которую проделал накануне. Потухший взгляд, измученное лицо. Интересно, когда он в последний раз смеялся? И эта привычка к алкоголю…

– Что, не нравится тебе здесь, парень? Совесть заела?

Джабаль снова вспомнил свой ночной кошмар. Пистолет, приставленный к дрожащему детскому затылку с курчавыми черными волосами… к черту! Хватит!

– Не лезьте ко мне в душу! – озлился Джабаль и сжал кулаки. – Как вас там?… не знаю.

– Капитан. Для тебя – господин капитан.

– Так вот, спрашивайте, господин капитан! Только не о том, как мне здесь живется!

Варяг кивнул. Он не удивился.

– Ты знаком с генералом Абу-Салимом? Хотя должен быть знаком. Ты ведь лечишь его людей.

– Да. Знаком. Еще я много пью с полковником.

– Мне нужен Гиваргис. Знаешь такого? Это который…

– Я знаю. Видел пару раз. Полковник мне показывал, когда я был у него, – равнодушно ответил Джабаль. Нервная вспышка прошла, и он почувствовал усталость. Выпить еще, что ли? Он отхлебнул из стакана.

– Мне нужен Гиваргис, – повторил капитан.

– Это невозможно, – покачал головой Джабаль. – Я не военный, не разбираюсь в ваших делах, но я думаю, что это практически невозможно. Его везде сопровождают наемники, и их очень много. В районе значительно повысилась активность контрразведки, усилены блокпосты, местность постоянно прочесывается. Особенно тщательно проверяются люди с пропусками от Абу-Салима. Я вообще удивлен, что вас еще не схватили. Возможно, это скоро произойдет. Что тогда будет делать ваш солдат, оставшийся у меня? Пожалуй, я перевезу его к себе домой. В больнице слишком опасно.

Он покачнулся и ухватился за край стола.

– Черт, я, кажется, напился… извините. А ведь мне завтра еще с полковником ехать на базар. Мы дог… – Джабаль икнул, – договорились.

– И зачем вам ехать на базар? – рассеянно спросил капитан, задумчиво постукивая пальцами по столу.

– Он хочет купить себе женщину.

День пятый

С утра Бронсон был очень занят. Он отобрал трех самых толковых сержантов и дал им тридцать человек. Больше не получалось, потому что его люди были заняты на охране ассирийца, который приезжал к генералу за деньгами два раза в неделю. Своим арабам Гиваргис не доверял.

Полковник проанализировал ситуацию и пришел к выводу, что русские могут находиться только в трех местах. Или они вернутся на свою старую базу, что совершенно не исключено при их наглости и привычке действовать нестандартно, или скроются в городе, или оборудуют себе лагерь в пустынной местности, причем обязательно недалеко от резиденции генерала. Бронсон, сидя ночью над картой в своей комнате, не мог отделаться от ощущения, что русские где-то рядом, возможно, что всего лишь на расстоянии одного хорошего снайперского выстрела. Он понимал, что в нем говорит профессионализм военного и что он сам бы поступил точно так же на их месте. Но от этого было не легче. В его мозгу рисовались самые мрачные картины. Например, такая: русский сержант сидит в окопе на расстоянии двух километров и целится в светящееся окно его кабинета из крупнокалиберной винтовки. Из подобного оружия можно легко пробить бронированную машину, а не то что поседевшую голову «зеленого берета». Лучше бы пересесть от окна, подумал Бронсон, но для этого придется передвигать стол, а ему не хотелось шевелиться.

Ощущение было пакостное, и полковник, чтобы привести себя в порядок, прибег к старому проверенному способу. Он не выспался и чувствовал себя неважно, но посчитал нужным лично провести инструктаж. В город он своих орлов не пустил, оставив розыск диверсантов в густонаселенном пункте местной контрразведке.

Утром Бронсон построил наемников на квадратном бетонном плацу и обратился к ним с краткой речью. Нужно настроить людей на предстоящую операцию, решил «зеленый берет», так как его парни плохо представляют себе, с кем им придется иметь дело. Они неправильно оценили недавние события. Большинство его солдат искренне считали, что русским недавно просто повезло. Бронсон думал иначе. Он уже сталкивался с русским спецназом в Индии и нехотя, в глубине души, отдавал ему должное.

Он был уверен в том, что русские, при их подготовке, вполне способны жестоко и бесшумно уничтожить всю его группу всего лишь за несколько минут. А лишние потери Бронсону были совершенно не нужны. То есть не лишние, а бессмысленные и бесполезные.

Полковник пугал своих людей, как только мог. Но, судя по равнодушным лицам наемников, ему это плохо удавалось. С одной стороны, они были правы. Обстрелянные, хмурые, много чего повидавшие на войне, его солдаты молча ждали, пока командир не выдохнется и не отпустит их заниматься делом, за которое они получают деньги. Бронсон чувствовал настроение солдат. Он говорил стандартные фразы и злился на своих парней. Они просто не понимали, кто им будет противостоять.

– На этот раз вы будете искать не вчерашних крестьян, наспех обученных перебежкам и примитивной стрельбе. Или таких же, как вы, «диких гусей». Вы будете иметь дело с людьми, на обучение которых государство потратило огромные деньги. И русским было из кого набирать свой спецназ!

Бронсон встал перед строем и внимательно осмотрел наемников.

– Все всем понятно? – негромко поинтересовался он у вытянувшихся перед ним сержантов. – Я спрашиваю, все ли всем понятно, черт бы вас побрал с вашими ухмылками?!

– Это уж как получится, сэр! Мы тоже не пальцем сделаны! – озвучил общую мысль огромный негр, стоящий прямо перед ним. Негр оскалил белые зубы и выразительно похлопал широкой черной рукой по своей кобуре.

У полковника сдали нервы. Все, что он говорил, оказалось никому не нужным.

– Напомни-ка мне, Джон, кого я три года назад вытащил из русского плена? Кого я обменял на русский берет спецназа?

Негр перестал улыбаться. Он насупился и неприязненно взглянул на своего командира.

– Именно поэтому я за себя не ручаюсь, сэр, – тихо сказал он. – У меня с ними давние счеты.

Бронсону внезапно стало тоскливо. Никто ничего так и не понял, подумал он. Даже Джон.

– Джон, мальчик мой, – сказал он, сдерживаясь изо всех сил. – Ты уже знаком с русскими. Твое счастье, что они посчитали берет своего спецназовца гораздо ценнее американского живого бойца. И я в этом с ними полностью солидарен. Ты обычный тренированный убийца, такой же, как и те, которые стоят за твоей спиной. Таких, как ты, много. А для русских важнее всего оказалась честь солдата. Я прав или нет, черт побери?!