Читаем без скачивания Где ночуют призраки - Анна Дубчак

— Атаев, как это твоему отцу в голову пришла такая дикая идея выкрасть таксидермистов и превратить их в своих рабов?

— А у моего отца вообще полно идей. Это бездельники и дураки не умеют деньги делать, а мой отец делает их из воздуха, понятно? И я, когда вырасту, стану таким же, как и он. Это только в учебниках пишут про то, что все люди равны. Я так не считаю. Есть люди, которые родились для того, чтобы служить таким людям, как мы с отцом. А то — безработица, видите ли, в стране! Да вранье все это! Работы кругом — прорва! Главное — занять людей. Вот мы и открываем им рабочие места, занимаем их. Ты хотя бы знаешь, сколько стоит чучело настоящей зебры?

— Откуда же мне знать, — усмехнулась Маша. — Я знаю только, сколько стоит обессмертить труп любимой кошечки. Пять тысяч баксов!

— Умница! А зебра — в десять раз дороже. А розовый фламинго? А крокодил?

— Да куда тебе столько денег?

— Теплицу еще одну построим. Начнем зимой землянику выращивать. Да мало ли что можно сделать, если деньги есть.

— Там, в нашем дворе, постоянно какой-то гадостью пахло. Это таксидермисты черепа вываривали?

— Соображаешь.

— А потом делали каркас из проволоки, лепили из глины форму, натягивали кожу, а пустоты заполняли опилками? Так, что ли, чучела делаются?

— Сама скоро увидишь. Им как раз человек на подхвате нужен.

— Атаев, а вы с отцом нормальные люди?

— Пузырева, ты у меня договоришься…

— Я предлагаю тебе выпустить меня и отвезти домой. Поверь, тогда я еще успею что-то для тебя сделать, но если ты меня сейчас же не выпустишь отсюда, тебя упекут в колонию для несовершеннолетних.. .

— Нам с отцом ничего не будет. Твоих теток, которых ты называешь таксидермистами, мы уже перевезли в другое место. Здесь тебя и подавно никто не найдет.

— А где же те люди, которые работают в теплицах? Что стало с ними?

— Им сделали уколы и отпустили. Теперь они ничего не будут помнить. Все очень просто.

— Главное, чтобы ты ничего не забыл…

Маша поняла, что больше не в силах разговаривать. В голове ее стоял шум, во рту пересохло, а тело словно наливалось тяжестью и болью. «Они отравили меня…» — подумала она, погружаясь в глубокий обморок.

Когда Олег Васильевич Горностаев выслушал сына по телефону, удивлению его не было предела.

— Сынок, ты не перегрелся? — спросил он, гася в пепельнице окурок и поглядывая на часы. Он находился у себя в кабинете, в одном из отделов службы безопасности, занимающихся борьбой с терроризмом. — Я понимаю, что после бессонной ночи и всего того, что произошло с твоей подружкой, вам повсюду мерещатся преступники, но во всем же должна быть мера. Даже по теории вероятности вы не можете быть причастными к раскрытию преступления уже на второй день после раскрытия первого… Ты понимаешь меня, Сережа?

— Папа, мы теряем драгоценное время. У нас есть фотографии. Машин брат Пузырек… вернее, Никита, сфотографировал животных, то есть их чучела… Мы с тобой сейчас разговариваем, а эти несчастные женщины сидят где-то в подземелье, питаются китайской лапшой и сдирают шкуры с экзотических животных, наверняка украденных из зоопарка…

— Сережа, я тебе перезвоню через пару минут.

Олег Васильевич немного подумал, после чего набрал номер телефона прокурора:

— Виктор Львович, вы что-нибудь слышали про исчезновение таксидермистов? Или что из зоопарка выкрали зебру и фламинго?

Спросил и замер, боясь услышать вопрос, связанный с его психическим здоровьем. И был просто ошарашен, когда услышал:

— Олег! Таксидермисты — это моя головная боль! Если ты поможешь мне разыскать этих бедных женщин, я поставлю тебе ящик коньяка. А что касается кражи из зоопарка, то украли молодую и очень дорогую зебру, и фламинго, и крокодила… В Москве действует преступная банда, занимающаяся убийством экзотических животных с целью превращения их в чучела. Не молчи, скажи, ради Бога, что тебе обо всем этом известно? Ведь иначе бы ты мне не позвонил…

Спустя полчаса — столько времени потребовалось Олегу Васильевичу, чтобы связаться с уголовным розыском, начальником милиции, направить группу «омоновцев» на предполагаемое место преступления, — сам Горностаев-старший уже мчался домой, чтобы принять участие в сомнительной операции. Да, несмотря ни на что, он еще не мог до конца поверить в то, что Сергей нашел таксидермистов. Уж слишком все это было неправдоподобным. В обыкновенном московском дворе, в подземелье, которое прежде было овощехранилищем, какой-то ненормальный, потерявший всякую осторожность и рисковавший быть разоблаченным в любую минуту, вздумал держать рабов! Рабовладение постепенно стало частью криминального бизнеса. Люди, отправлявшиеся из разных стран бывшего СССР на заработки в Москву, таинственным образом исчезали. Зато в больницах появилось много пациентов, больных амнезией — потерей памяти. Они не помнили, кто они и откуда, даже имени своего назвать не могли. Это были рабы, долгое время проработавшие на каких-то нелегальных заводах по производству сомнительной водки или других напитков. А то и вовсе каменщики, отдавшие всю свою силу и здоровье неизвестным и очень жестоким хозяевам, в конечном итоге выбросившим их, больных, на улицу с полной потерей памяти. Об этом снимали целые репортажи, писали в газетах, бывших рабов показывали по телевизору в программе «Жди меня».

А теперь вот в Москве, если верить прокурору, какой-то очень хитроумный «бизнесмен», а проще говоря преступник, решил собрать группу специалистов редчайшей профессии — таксидермистов, чтобы с их помощью организовать производство и продажу чучел экзотических животных. Прокурор говорил также о вероятности того, что эти таксидермисты делали на заказ чучела не только редких животных, но и самых обыкновенных — собак и кошек, хозяева которых, желая сохранить своих любимцев, платили за их чучела огромные деньги. Но все это являлось лишь слухами, догадками. Факты же были следующие: ушли из дома и не вернулись шесть женщин-таксидермистов. Именно женщин. И все они, перед тем как с ними это случилось, разговаривали по телефону с человеком, желающим заказать им чучело какого-нибудь животного. Но почему именно женщин? В сущности, это было понятно. С ними мороки меньше. Они физически слабее мужчин и вряд ли решатся на побег или бунт… К тому же почти все они в возрасте.

«Если окажется, что все это — детская игра и что никаких таксидермистов в овощехранилище нет, у меня будут большие неприятности…» — заключил Олег Васильевич, подъезжая к дому.

— Я не уверен, что отец предпримет что-то, чтобы спасти их, — говорил Сергей Никите, когда тот пришел к нему домой. На Пузырьке не было лица. Он сильно переживал за Машу. Рассказав своим родителям о том, кто и при каких обстоятельствах похитил сестру (а то, что ее похитили, он даже не сомневался!), он понял, насколько серьезно все, что произошло. Естественно, родители сразу же кинулись в милицию. А Никита, не в силах оставаться один дома, пошел к Горностаеву. Он так надеялся на помощь его отца…

— Я принес ключи с бляшкой, помнишь, она рассказывала, что таким образом у Атаевых открываются все двери и ворота. И «Антидог». Нам нельзя медлить. Сейчас мы не поможем Машке, потому что она далеко отсюда. Давай хотя бы попытаемся пролезть в это самое овощехранилище. Думаю, нам пригодится фонарь и веревка.

— И скотч возьми, на всякий случай, — посоветовал Никита.

И они побежали в супермаркет, который прежде был овощным магазином. Понятное дело, в ярко освещенном зале, забитом прилавками с товаром, стояла охрана, и попытка проникнуть во внутреннее помещение супермаркета была нереальной. Таким образом они лишь привлекут к себе внимание. Оставалось одно: найти ход в подземелье через гараж, тот самый гараж, из которого некто выходил для того, чтобы забрать или, наоборот, оставить наверху сумки.

Оказавшись снова во дворе, Никита осмотрелся и был удивлен тому обстоятельству, что двор жил как ни в чем не бывало своей нормальной, повседневной жизнью. На футбольном поле мальчишки гоняли мяч, в песочнице копалось двое малышей, а их мамы о чем-то беседовали, сидя на скамейке неподалеку. И кругом была мирная тишина. Конечно, разве кому может прийти в голову, что где-то совсем рядом страдают ни в чем не повинные люди, вынужденные работать на изверга, почувствовавшего сладость власти. Атаев — царь. Смешно. Рабовладелец — еще смешнее.

И вдруг они увидели мужчину в комбинезоне, направляющегося в сторону гаража. Того самого гаража, куда шли сейчас и Сергей с Пузырьком.

— Так, тихо… Мне кажется, что он идет именно туда… — прошептал Сергей, и они с Никитой спрятались в кусты, чтобы оттуда посмотреть, не ошиблись ли они.

И они не ошиблись. Человек в комбинезоне действительно подошел к гаражу, достал ключи, и когда Сергей своими глазами увидел, что тот вставил один ключ в новенький большой замок, все сомнения вмиг рассеялись.