Вопрос с их проживанием и поведением нужно было решать, и решать как можно скорее. Раньше ему казалось, что он предусмотрел все… Но как выяснилось, его план был далеко не идеален.
— Альтир, на пару слов, — бросил инициированный некромант через плечо, разворачиваясь в сторону выхода. Ему необходимо было обсудить сложившуюся ситуацию, но сделать это предпочтительней с глазу на глаз. Он не сомневался, что химеролог последует за ним, не смотря на реакцию остальных и их переглядывания, в которых читалось как и недоверие, так и недовольство. Наверное, неправильно скрывать что-то от собственной команды, особенно если впереди их ждет тесная работа, основанная именно на доверии… Но есть некоторые вещи, о которых не стоит распространяться, чтобы не сделать хуже. И себе, и остальным.
Не успел он войти в пустующий кабинет одного из старших целителей, расположенный в конце коридора, как Альт зашел следом, прикрыв за собой дверь. Оглядев небольшое погруженное в полумрак пространство, заставленное множественными стеллажами и полками с бумагами, документами и пузырьками, химеролог обосновался на стуле за единственным столом, развернув его спинкой от себя:
— А ты неплохо устроился. Есть доступ ко всем закрытым помещениям?
— Не ко всем, но многим, — взмахом руки заставив сработать магические светильники на стенах, ответил некромант, вставая около окна, опираясь спиной на подоконник. — Руководство академии, как видишь, мне доверяет. Но я не всемогущ.
— Как раз это я заметил.
В голосе Альтира не было яда, сарказма или упрека… он просто констатировал факт.
— Как она?
— Синяки, ушибы, ссадины, — спокойно перечислил химеролог, складывая руки на спинке стула. — Возможно, легкое сотрясение. Ирисэль быстро поставит ее на ноги, но могло быть хуже. Я думал, ты угомонил своих… друзей.
— Своих «друзей», — выделив это слово голосом, равнодушно отозвался Ворон, медленно постукивая пальцами по твердому дереву подоконника. — Я как раз угомонил. Как и врагов. Но не в моих правилах угрожать и запугивать стайку ревнивых девиц.
— Нужно было думать, когда селил ее в свою комнату, — без тени жалости заметил Альтир. — Это тогда ты был никем. Но не сейчас. Теперь ты знаменитость. Ревность особ женского пола к лучшему магу академии, тем более инициированному магу, весьма предсказуема, Ворон.
— Узнал, значит, — просто усмехнулся некромант. Это известие не стало для него открытием: в конце концов, хоть кто-то из прошлой жизни должен был догадаться рано или поздно. Делая ставку на сообразительного химеролога, он не прогадал.
— Я не Кая, — пожал плечами Альт. — Она вычеркнула из памяти прошлое, избегает любых воспоминаний о нем, и причины на это ты знаешь не хуже меня. Признаю, тебя почти невозможно узнать после инициации. Но я слишком хорошо тебя помню.
— Проклятие прогрессирует? — только и спросил Ворон, складывая руки на груди. Отрицать что-либо и пытаться лгать он не собирался. Какой смысл? Впрочем, разочарования он тоже не испытывал.
— Как видишь, — слегка поморщился Альт. — Она не смогла даже защитить себя. Проклятие сильнее с каждым годом, и чем мощнее магию она использует, тем сильнее бьет по ней откат. Если раньше Дикая могла использовать большинство заклинаний почти без последствий, теперь даже банальная левитация может вывернуть ее наизнанку. Фигурально выражаясь, конечно. Она не сможет участвовать в турнире, ты же понимаешь.
— Мне нужна эта победа, Альтир, — ровным тоном отозвался некромант, но было в его голосе что-то такое, что заставляло невольно к нему прислушаться. Прислушаться и… поверить. — Только так я смогу ей помочь.
— Кажется, я начинаю понимать, что ты задумал, — задумчиво протянул Альт. — Допустим, я уговорю остальных остаться и принять реальное участие в турнире. Допустим, у нас это даже получится… Но как ты собираешься уговорить саму Каю?
— Это проблему я как-нибудь решу.
Альт ответил не скоро. Он долго всматривался в лицо спокойного некроманта, в глазах которого не было ни тени насмешки или самоуверенности. Парень признавал — его собеседник изменился практически до неузнаваемости. Лишь одно осталось неизменным: острый ум и непоколебимая решимость, благодаря которой можно свернуть горы. Конечно, за прошедшее время отношение Ворона могло и измениться, но…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Альтир каким-то внутренним чутьем понял, что он не лжет. И чего бы ему не стоило, рано или поздно, но он избавит Каю от проклятия, пускай от него пока и не существует лечебного зелья или мощного заклинания.
— Пожалуй, я тебе поверю, — поднявшись со стула, химеролог подошел к некроманту практически вплотную. — И я даже не буду спрашивать, не из-за Каи ли ты решился на инициацию… Единственное, что меня интересует: имеешь ли ты отношение к исчезновению магов?
— Никакого, — отрицательно канул головой Ворон. — Я предпочитаю играть честно. Исчезновение команды, если это можно назвать таковым… Да, оно не случайно. Но я не имею к нему никакого отношения.
— И раз уж так получилось, ты решил — почему бы и нет, — понимающе усмехнулся Альтир. Теперь-то он, кажется, узнал все, что хотел, и план инициированного мага стал практически очевидным. — Что ж… это будет даже интересно. Если все получится, ты поставишь соперникам шах и мат, убив сразу нескольких зайцев.
— Если все получится, Альт. Если получится.
Добавить еще что-то Ворон просто не успел — издалека раздался сначала невнятный шум, затем громкий женский крик, а потом ужасный грохот!
— Дикая, — сообразив, откуда доносятся звуки, как-то мягко, почти с нежностью хмыкнул некромант, скрывая улыбку. — Она до сих пор оправдывает свое прозвище.
Химеролог не ответил, многозначительно промолчав, глядя из окна, как в темноте меж аллей в сторону административного корпуса быстро удаляется хрупкая женская фигурка. И лишь потом резюмировал:
— Кабинет ректора придется отстраивать заново.
* * *
Коллеги встречали меня аплодисментами.
И я не шучу!
Стоило мне только войти в наше временное и коллективно утвержденное убежище в местной библиотеке, как овации раздались со всех сторон, на мгновение оглушив. Я только глазами глупо хлопала, не понимая, в чем, собственно, дело, и какой Ириды все меня вдруг так рады видеть.
Объяснение нашлось чуть позже, когда на мне повисла Курьяна, глаза которой сияли через стекла новеньких очков более приличного вида, чем прежние:
— Спасибо, спасибо, спасибо! Ты мой герой!!
— А?! — безумно удивилась, насилу сбрасывая с себя травницу, чьи объятия казались удушающей петлей, не смотря на ее худощавое телосложение, оказавшееся очень обманчивым. Честное слово, ее тонкие руки обхватили мою шею крепче всякой лианы! — Ты вообще о чем?
— Смотри, — продолжая сиять, как начищенный золотой, Курьяна с гордостью продемонстрировала мне свое новенькое, опрятное платье и ученический балахон с нашивкой, накинутый поверх него. — Я получила всё, и даже мантию! И Пушистик, ты только посмотри на него!
Я перевела недоуменный взгляд на стол, на который указали, очевидно проявив снисхождение к моей не совсем работающей соображалке. И там, прямо посреди столешницы, в аккуратном новейшем глиняном горшке, гордо восседал небезызвестный недогербарий, бодро и радостно шевеля всеми листочками сразу. И я клянусь всем, чем угодно, но выглядел это подобие фикуса довольным, как никогда!
— А по какому поводу вещевой закуп? — изумилась, оглядывая и остальных членов команды, которые все, как один, сияли такими улыбками, от которых у меня натурально сводило зубы. Присутствовали, кстати, не все из новеньких, но этому я даже удивилась. Собрание было назначено на определенное время, которое уже подошло, и на которое я прилично опоздала — честное слово, сбежать оттуда удалось намного легче, чем спровадить безмерно заботливого инициированного некроманта!
Кстати, или я чего-то не понимаю, или…
— А так вам тоже ваши вещи вернули? — наконец, дошло до меня.
