Читаем без скачивания Раб из нашего времени. Книга 3. Стать победителем - Юрий Иванович

Он вкатился в пещеру, довольно резво поднялся во весь рост и, выбрав в качестве первой жертвы Марию, двинулся на неё. При этом он продолжал с хрипом мотать головой, а лапами инстинктивно прикрывать окровавленную, утыканную лезвиями морду.

- По коленям! - скомандовала Апаша, пытаясь своим тяжёлым мечом, привлечь медведя к себе.

Тотчас ножи полетели по нижним лапам хищника, удачно вонзаясь в толстую, свалявшуюся шерсть. Несколько отскочило в стороны, но несколько так и остались в районе коленных чашечек, доставляя зверю как трудности в ходьбе, так и осознание скорой смерти. Может именно по этой причине медведь решил хоть кого-то из людей достать в последних, решительных бросках. Он упал на все четыре лапы и сделал такой рывок вперёд, что отступающая перед ним Мария, непроизвольно пытаясь отпрыгнуть, споткнулась о лежащий камень и грохнулась на спину. Вернее сказать что грохнулась, было бы неправильно. Ещё в падении она начала изворачиваться словно кошка, а когда коснулась каменной поверхности, во вращении стала откатываться в сторону. Но этого явно было недостаточно. Зверь, сделав два прыжка, вновь поднялся на задние лапы, намереваясь всей массой завалиться на тело молодой воительницы. И почти в этой атаке преуспел, ещё мгновение, и старшая из трио Ивлаевых оказалась бы раздавленной.

Но тут сбоку, на максимальной для неё скорости, держа свой меч, словно ружьё со штыком, вперёд бросилась Апаша Грозовая. Сшибка получилась настолько мощная, что хищник отклонился в падении, грохнувшись вместе с ветераном-воительницей в сторону. При этом меч возился зверю сбоку в грудину, пробивая лёгкие и сердце. Оставалось только диву даваться, как хозяин берлоги попытался ещё и вывернуться после падения, завалиться на бок, выдернуть из под себя достаточно раненую правую лапу и словно боксёрским хуком справа, ударить практически уже убившую его женщину. От удара зуава взлетела в воздух и грохнулась метрах в пяти от шевелящегося зверя. Вдобавок он ещё и левой лапой попытался дотянуться до вскочившей на ноги Марии. Но девушка действовала невероятно хладнокровно и удачно: её рапира, вонзилась медведю в его левый глаз и пробила голову насквозь.

Через несколько мгновений хрипящее бульканье затихло.

И тут же все три Ивлаевы бросились к Апаше, которая с трудом пыталась усесться. Тут же понеслись ахи, вздохи, досадные восклицания и причитания:

- Что с тобой? Ранена?

- Куда он тебя ударил? Где болит?

- Вот гад! Живучий какой!

- Это из-за меня, прости Апаша! - Мария, понятное дело, чувствовала себя виноватой, прекрасно понимая, что ветеран спасла её от возможной гибели или инвалидности. - Даже не понимаю, как это я споткнулась…

- Ш-ш! - оборвала галдеж пострадавшая. - Легко отделались… Ох! Бок!.. Этот медведюга мне кажется ребро сломал… Уф! И коленке хуже стало!

- Что надо? Как поддержать? Может, лучше ляг? - неслись вопросы вразнобой.

- Да всё нормально, малышки! - постаралась улыбнуться побледневшая зуава. - Теперь мне денёк, два просто отлежаться, да хорошенько отожраться…

- Что тебе дать? - вопрос в три голоса и принесённые из прохода легкие вещмешки с небольшим запасом продуктов стали нервно развязываться.

- Стоп, стоп… Слушайте сюда. Хуже всего, что я не смогу вместе с вами отправиться наверх, и выйти по траверсу к крепости. Так что придётся это ответственное дело вам брать на свои плечики. Это - наибольший минус. В плюсах мы имеем, что медведь самец, значит другие сюда с той стороны не нагрянут и мы теперь восстановили своё верховенство. Ещё один плюс - это свежее мясо, а вернее медвежья печень и сердце, которые мне солидно помогут при выздоровлении.

Надо было видеть, как скривились все три девушки, когда осознали, что придётся не просто прикасаться к вонючей медвежьей туше, вынимая свои ножи, но ещё и разделывать эту тушу.

Апаша, старалась не рассмеяться, из-за повреждённого ребра испытывая боль при каждом резком движении. Она просто голосом имитировала смех:

- Ха-ха…, мне очень смешно видеть вас такими растерянными и наивными. Вот бы вы так себя вели, всегда… Особенно вместо той агрессивности, которую вы проявляли, вызывая тётю Апашу на дуэль…

Похоже, родственное обращение ей нравилось и она пыталась его закрепить таким упоминанием. В ответ Мария ей подыграла:

- Если бы мы тётю не осадили в своё время за грубость, она бы нас никогда за родственниц не приняла. А так… одинаковый характер сразу видно.

- И я о том же! - счастливо улыбнулась зуава и тут же вновь перешла на деловой тон: - Гасите лишние факелы! Чего они даром горят? Помогите мне пересесть к плите, буду руководить разделкой туши…

Так что вскоре, все три девушки борясь с тошнотой, и стараясь не дышать носом, корпели над вырезанием самых аппетитных и полезных для здоровья кусочков медвежьего мяса. Медведя подвесили за задние лапы к тем самым верёвкам и под советы и комментарии ветерана относительно быстро, всего лишь за час от туши остался лишь неприятно смотрящийся костяк, да страшно вонючая шкура с головой. После чего все три Ивлаевы отправились в обратный путь, волоча за собой в первую очередь шкуру. Этот трофей никто и не подумал мыть или вычищать, просто закопали в первом же удобном месте.

Вначале проверили коней, которые жутко забеспокоились, уловив идущий от хозяек запах хищника, а потом поспешили наружу пещер, к ручью, отмывая с себя кровь и вонь. Хотя чтобы избавиться от вездесущего, въедливого запаха наверняка следовало выбросить всю одежду. Но даже постирать её было пока некогда. Набрав воды, и прихватив несколько подходящих для костра коряг, поспешили к раненой зуаве.

Пока разгорался огонь, а ветеран на палочках жарила для себя первые стэйки из печени горного гризли, молодые воительницы смотались во второй ходке за водой и факелами. Заодно отволокли наружу костяк. При этом они сумели провести коней в ту самую первую пещеру, откуда начинался тройной тоннель на ту сторону горного хребта. В сущности, и по самим тоннелям можно было провести животных, придерживая за повод, чтобы те держали ниже голову, но зуава от такого поступка отсоветовала:

- В любом случае их отыскать в той пещерке будет почти невозможно, а зачем лошадок сюда волочь? Им тут и страшно будет и никакого смысла здесь торчать…

- А на той стороне они нам не пригодятся?

- Ну раз медведь туда ходил на охоту, значит места там дикие и малопосещаемые, но всё равно туда нам спешить нечего…

- Тогда давай тебя отнесём в пещеру, - поступило предложение от Веры.

- Ещё чего! - возразила Апаша. - Это мы всегда успеем. Отправляйтесь лучше наверх. И учитывайте: возможно, ход на траверсу будет из центра пути, а не отсюда, с одной четвёртой. Так что поторапливайтесь! А я буду ждать здесь, вялить мясцо для вас, любоваться грожбой, да выздоравливать после трудов ратных…

- Нет, так не пойдёт, - возразила Вера, уже осматривавшая тамбур наверху. - Когда здесь факелы горели, дышать там было трудно. А от дыма костерка мы вообще задохнёмся.

- Извини, не подумала, - тут же признала свою ошибку нежданная "тётя". - Гасим и факелы и костёр! Я темноты не боюсь. А самые лакомые кусочки мы быстро обжарим, когда вы вернётесь.

Уже двигаясь по уклону найденного прохода вверх, Катерина довольно громко бормотала:

- Как она это мясо ест? Да меня от одного вида тошнит! Лучше неделю голодать, чем таким дерьмом насыщаться…

- Береги дыхание, - с пыхтением посоветовала ей Мария. - И вообще, не о том думаешь. Лучше моли удачу, чтобы она именно по этому тоннелю привела нас на траверсу. Иначе в этом мире появятся три первых гнома, навечно оставшихся жить в недрах. Вернее - гномки… Или правильнее: гномихи?..

Короткое время пыхтели в раздумьях, а потом Катерина выдала:

- Правильнее: гномахини.

Минут через пять непрестанного, сильно мешающего при таком интенсивном движении смеха, лидер компании возмутилась:

- Обязательно было так юморить?

- Ты спросила, я ответила, - последовало фырканье младшей из близняшек.

Как ни странно, но тяжёлый, продолжительный подъём, благодаря шуткам и смешкам, не стал таким уж унылым, выматывающим испытанием. Хотя по пути успели рассмотреть сам ход достаточно внимательно. Не приходилось сомневаться, что в этом месте когда-то струились бегущие с наружных склонов потоки рек, или дождевые воды. И наверняка когда-то имелось много ответвлений в иные стороны, Но устроители хода не поленились намертво заложить валунами и плотно замуровать раствором все ненужные отверстия в стороны. Видимо как раз и опасались тех самых грожб, которые часто густо проживали здесь во время строительства. На стенах и низком своде не было ни знаков, ни рисунков, ни креплений для факелов.

- У меня такое впечатление, что этих ходом ни разу после строительства не пользовались, - констатировала Вера. - Следовательно, никуда толком он не ведёт.