Мальчик говорил уже в полусне, и Алекс не мог понять, стоит ли придавать значение его словам. Так как большинство колонистов поддерживали вигов, то он был уверен, что и контрабандисты — тоже. Он не очень разбирался в тонкостях политики. Здесь слово «тори» значило гораздо больше, чем он привык считать. И кто были эти «они», которые злились на Эвелин? От каких бессонных дум под глазами у нее залегли глубокие тени?
Задумавшись, Алекс не сразу заметил, как Джейкоб стал клевать носом. Но все же успел подхватить его и пересадить к себе. Парнишка сонно подчинился. С неожиданным теплым чувством Алекс поудобнее устроил его на своих руках, словно в колыбели, и, подобрав поводья его лошади, неспеша затрусил по дороге к дому. Он подумал, что его друзья в Англии ни за что не узнали бы его сейчас.
Увидев Алекса, на руках которого мирно дремал Джейкоб, Эвелин выскочила на крыльцо. За ней появилась миссис Веллингтон, и они суетливо приняли сонного мальчика из рук Хэмптона. Миссис Веллингтон, сердито ворча, сразу увела Джейкоба в дом. Эвелин осталась на улице.
Видя, что Хэмптон не собирается спешиваться, она положила руку на луку седла и, глядя снизу вверх, сказала:
— Вы не зайдете? Молли подаст чаю, позавтракаете… Вы, наверное, голодны?
Он внимательно посмотрел ей в лицо. В уголках глаз все еще поблескивала влага. Первый раз он видел, чтобы она плакала. И говорила теперь с ним мягко, без намека на обычный гнев.
— Мы ели. Джейкоб проснется и расскажет. Поеду, приведу себя в порядок.
Внезапно до него дошло, в каком он виде. Не мешало бы умыться, да и щетина наверняка как у дикобраза.
— Я думаю, это неважно. Может, это и не в рамках приличий, но мама никогда не простит себе, если будет думать, что не смогла как следует вас отблагодарить. Слезайте. Иначе она на вас обидится.
Вот теперь она была прежней Эвелин. Спрыгнув на землю, Алекс посмотрел ей в глаза, и в его взгляде зажегся озорной огонек.
— А вы хотите отблагодарить меня?
— Я бы подумала над этим, если бы существовал способ сделать это и сохранить свою репутацию. А пока довольствуйтесь тем, что имеете.
Положив руку ему на грудь, Эвелин привстала на цыпочки и поцеловала Алекса в небритую щеку. От него пахло лошадиным потом и элем. Но она не была против. Крепкий мужской аромат кружил голову, и, когда он взял ее руки в свои и прижал к себе, она ощутила благодарность.
— А делать это на глазах у прохожих? Как же репутация?
Потаенный блеск в его глазах притягивал ее. Ни тени улыбки не мелькнуло на его лице, но Эвелин, по смущенным ноткам в голосе, поняла, что ему приятно. И ответила вполне в его духе:
— Если бы от вас не так воняло. Нет, ближе не подойду.
Он зарычал. Она вскрикнула в притворном испуге. И через минуту они, словно вихрь, пронесшись по гостиной, едва не сбили с ног миссис Веллингтон, которая спускалась по лестнице.
Покачав головой, она посмотрела на них с доброй улыбкой. Эвелин могла гордиться, что нашла себе такого человека, как Александр Хэмптон. Бывали минуты, когда ее беспокоили их постоянные препирательства, но в душе она знала, что настоящих причин для беспокойства нет. У Эвелин была голова на плечах и доставшаяся от отца воля к жизни. И насколько могла судить Аманда, молодой Хэмптон будет ей хорошей парой.
Так что через год она вполне может стать бабушкой.
Глава 7
Пропустив последние собрания Сынов Свободы, которые теперь проводились в таверне, Эвелин, как и большинство горожан, ничего не знала о событиях, намеченных на четырнадцатое августа. Но когда утром на ветвях огромного вяза в Ньюбери появились карикатуры, весть об этом мгновенно распространилась по городу. Вместе с толпой Эвелин побежала посмотреть, как начинается мятеж: чучело, изображавшее Эндрю Оливера, назначенного сборщиком Почтового налога, висело рядом с огромным сапогом[8], из которого вылезал черт. Аллегория на ненавистного лорда Бута была грубовата и не вызвала смеха. Но вот Оливер, один из ближайших сподвижников дяди Джорджа, был нарисован мастерски, и толпа потешалась, в основном, над ним.
Вместе с тем все выглядело неопределенно, а Эвелин хотелось знать, что из этого последует. Не собираются ли патриоты на самом деле повесить Оливера? Неужели они дойдут до убийства? И остановятся ли на Оливере? В последние дни на слуху были и другие имена, вызывавшие всеобщую ненависть, среди них и имя дяди. Казалось, что в воздухе разливается едкий запах насилия.
По пути из Ньюбери на склад она встретила Алекса. Он взял ее за руку и, не отпуская, увлек за собой.
— Что тут происходит? Какой-то городской праздник?
Она ничего не могла объяснить, а он ничего не знал о патриотах, и еще меньше — об их планах. Не говоря ни слова, она повела его к Дереву Свободы.
Алекс в изумлении смотрел на толпу, собравшуюся под раскидистыми ветвями. Люди вовсе не походили на уличных забияк, которые временами устраивали беспорядки в Лондоне. Это была скорее толпа собравшихся на праздник добропорядочных горожан. Правда, среди них попадались пьяные и мальчишки, швырявшие в чучела камнями. Временами слышались сердитые возгласы. Но в целом толпа, казалось, была вполне довольна, что выразила свое мнение.
Узнав одного из друзей губернатора, Алекс схватил его за рукав и спросил:
— Почему ничего не делают, чтобы разогнать толпу? Разве это не опасно?
Человек только пожал плечами.
— Может быть. Губернатор уже послал шерифа. Видите, вон там? — Он указал на человека, бестолково суетившегося на краю толпы. — Это шериф. Думаю, он будет признателен тому, кто подскажет, как их разогнать.
В этот момент Алекс испытывал примерно такую же тревогу, которая несколькими минутами раньше охватила Эвелин. Он окинул взглядом все увеличивающуюся толпу и одинокого человека, противостоящего ей, на которого никто не обращал внимания. У шерифа имелось несколько помощников, но что они могли сделать против толпы? Пока толпа была настроена мирно, но что произойдет ночью, когда чернь, которой здесь немало, окончательно перепьется и осмелеет?
Он опять схватил Эвелин за руку и потащил на соседнюю улицу.
— Я думаю, Оливера уже предупредили и он принял меры?
— Был бы дураком, если бы не принял. Видели черноволосого человека в голубом с золотом камзоле, с тростью?
— Который все время прикладывался к бутылке? Видел. По-моему, отъявленный негодяй.
— Это Эбенезер Макинтош, главарь Южного собрания. Если они к вечеру на что-то решатся, то мистеру Оливеру лучше оказаться где-нибудь подальше.
Алекс посмотрел на серьезное лицо Эвелин и, осознав, что явно-переоценивал миролюбие толпы под Деревом Свободы, быстрыми шагами повел ее к дому.
