Для передачи и получения информации но телефону служит еще одна приставка — модем (от двух глаголов «модулировать» и «демодулировать»), превращающая цифровую информацию в электрические сигналы, и наоборот.
Все это и есть аппаратное обеспечение.
Ядром программного обеспечения является операционная система, которая связывает машину с человеком и основную память машины с периферийной памятью. Операционная система запускает компьютер, когда он включается в электрическую сеть, реагирует на нажатие клавиш и превращает эти сигналы в код, контролирует очередность действий, исправляет ошибки, несет ответственность за распечатку файлов — массивов взаимосвязанных данных, то есть делает все для того, чтобы программа была «дружественной». Я не случайно употребил слово «файл». Сейчас оно популярно не только среди программистов.
В периферийной памяти хранятся прикладные программы точно так же, как мы храним магнитофонные кассеты с записями. Все, что может прийти в голову: поиграть в увлекательную игру, решить дифференциальные уравнения, узнать в кулинарном справочнике, что можно приготовить из данного продукта, самостоятельно выучить курс сопротивления материалов, запросить, какие где идут спектакли, когда прибывает самолет и какая будет погода, снять с себя нервное напряжение, поговорив по душам с электронным психологом, посоветоваться с электронным врачом, прежде чем обратиться к настоящему, привести в порядок семейный бюджет — все эти услуги предоставляет компьютер.
В фойе одного из московских учреждений установлен микрокомпьютер «собеседник». Как только вы включаете его, он представляется и задает вопрос: «Я дух Элизы Дулитл. Есть ли у вас психологические проблемы?» Если проблем нет, Элиза просит хорошенько подумать, потому что в противном случае она лишится возможности продолжать разговор с вами. Ваш повторный отказ приведет к отключению машины. Если проблемы имеются, вы излагаете суть одной из них, и у вас завязывается разговор.
Честно говоря, компьютер плохо вас понимает, иногда не понимает совсем, но он великолепный артист и никогда не даст вам это почувствовать. Он анализирует вашу речь, выделяет ключевые слова и по ним старается выявить суть, чтобы дать ответ. Когда фраза остается непонятной, он отделывается общими словами: «Вы так думаете?», «Интересно! Продолжайте», «Нельзя ли поподробнее?» Главное заключается в том, что вы не особенно ждете от машины советов — важнее просто поговорить, излить душу.
Скоро записи таких программ будут продаваться в магазинах в виде обычных магнитофонных кассет, а потом продавец предложит новинку: гибкий диск из майлара диаметром 100 или 200 миллиметров. На одной или обеих сторонах диска нанесен слой магнитного материала со спиральной кодовой записью комбинаций нулей и единиц.
Таким образом, персональный компьютер имеет три формы памяти: основное постоянное запоминающее устройство с операционной системой, основное переменное запоминающее устройство, куда переводится для использования информация из периферийной памяти, и сама периферийная память.
Теперь возвратимся к микропроцессору. Основная память представляет собой матрицу (таблицу) на кристалле, каждая ячейка которой — однотипный элемент, хранящий 1 бит информации: «да» — 1, «нет» — 0. Плотность записи этой информации — число битов на один кристалл кремния — возросла за 70-е годы в 64 раза и уменьшила стоимость хранения одного бита в 50 раз.
В результате на одном кристалле сейчас помещается 100–300 килобит.
На уроках информатики ученики также научатся считать информацию в байтах — знаках (1 байт равен 8 битам). Емкость памяти современного микропроцессора 64 килобайта (1 килобайт = 210 = 1024 байтам) позволяет сохранить 65 536 знаков или несколько тысяч обычных слов. Если емкость одного магнитного диска колеблется от 100 до 500 килобайт, то вы можете представить себе общий объем информации, с которой имеет дело человек на автоматизированном личном месте.
Очень хочется сказать рабочее место, но личное — хотя и необычно, более правильно. Революционная сущность персонального компьютера заключается не только в том, что можно делать с его помощью, но и где это можно делать. Применительно к школе что-то можно делать в классе, вместе со всеми, в классе одному, вне класса, вне школы, например дома.
Работая с компьютером, ученик как бы разговаривает с самим собой. Ему не нужно приспосабливаться, торопиться, бояться пропустить или недопонять. Он исследует и раскрывает свои возможности, копается в памяти, рассуждает, сравнивает, классифицирует, анализирует и синтезирует, интерполирует и экстраполирует, чтобы самостоятельно принять решение. И компьютер ему помогает.
Ученику не хватает информации — компьютер достанет, если не в своей, то в чужой памяти, хотя бы за тридевять земель, и пересчитает. Ученику непонятно объяснение — компьютер предложит тот же материал, но изложенный по-другому. Ученик забыл — компьютер подскажет. Ученик колеблется в принятии решения — компьютер выдаст новую порцию данных, чтобы тоже их обработать и представить окончательный материал в статистически обоснованном и более наглядном виде.
При этом ученик всегда находится впереди, на виду, а компьютер — за ним, на втором плане, как бы говоря:
«Не бойся меня, я тебя не обижу, не притесню, я глупее тебя: только ты наделен творчеством, можешь мыслить иррационально, полагаться на интуицию, понимать не только текст, но и подтекст. Но я умею быстрее и лучше делать то, что тебе неинтересно, скучно и чем ты, чело век, не должен заниматься».
И тут возникает самый «крамольный» школьный вопрос: зачем вообще ходить в школу и нужна ли она?
Ведь управленцы поговаривают же сейчас вполне серьезно о том, чтобы сделать учреждение абстрактным понятием: пусть служащий сидит дома, работает. С кем нужно, он немедленно свяжется, что нужно, передаст и получит, примет участие в совещании, и, когда кому-нибудь потребуется, его всегда можно будет найти. Представляете себе, какая экономия в площадях, капитальном строительстве, эксплуатации зданий, отоплении, освещении, городском транспорте, перевозящем пассажиров к месту работы и обратно.
Учреждения, хотя бы частично, может быть, исчезнут, а школы — нет. Но они совершенно изменят свое лицо.
То, что представляет сейчас самую неприятную нагрузку (я имею в виду домашние задания), превратится в основной процесс учебы. А в школе будут встречаться для совместных занятий, когда они необходимы, с глазу на глаз с учителем, на что сейчас хронически не хватает времени, и, наконец, для встреч со сверстниками, называйте это как хотите: учением или развлечением.
Это и есть новый образ жизни вообще и школьный образ жизни в частности, когда информатика, объединившись с телемеханикой, стала телематикой и открыла настежь двери в информационную эру.
КАК УЧИТЬСЯ
Что вы знаете об учителе!
Когда профессор вошел в аудиторию, все затихли. Только стайки опоздавших старались прошмыгнуть к своим местам. Эта тишина была настороженной, любопытной, любознательной. Новый предмет — необычный предмет.
Новый преподаватель — первый в их жизни профессор. Совсем не старый, каким полагается быть профессору. Но, конечно, и не молодой. Не красивый, но интересный. А как необычно говорит. Просто, даже очень просто, обыкновенно. Но интересно. Каждому смотрит в глаза, и каждый хочет в этот момент проявить свое рвение.
Особенно трудно было с конспектами. Мало кто научился их правильно вести. Но ость преподаватели, у которых не хочешь, а будешь записывать все, как следует: они подсказывают, что выделить, что подчеркнуть, где поставить точку. У профессора хочется сидеть сложа руки и развесив уши. Но надо еще писать, и не просто писать, а думать, что пишешь. И стараться не пропустить, потому что, конечно, потом ни в какой книжке не прочитаешь, о чем рассказывает профессор. Иногда профессор входит в раж, и студенты тоже, как на выступлении рок-ансамбля. И тогда — прощай, связные конспекты, а пропустивший эту лекцию попробуй потом что-нибудь списать. Звонок застает всех врасплох. Раздаются аплодисменты, от которых смущаются и профессор, и студенты, потому что такая форма выражения эмоций не очень подходит здесь.
Параллельно теоретическому курсу идут практические занятия по группам. Занятия ведет молодая женщина, даже слишком молодая, если сравнивать ее со студентами.
Но она уверенно держит студентов в руках и делает с ними все, что хочет. Здесь, пожалуй, еще интереснее, чем на лекции: учебные игры, деловые игры, аудиторные индивидуальные и групповые занятия. С удивлением обнаруживаешь, как теория может переплетаться с практикой, что с каждым днем не только больше узнаешь, но и что-то начинаешь понимать, соображать, уметь, и это умение возвышает тебя над теми, кто не учится здесь.
