Читаем без скачивания i fb127fa68ca722d5 - Admin

  Владетель торжественно провел свою армию через полстраны, якобы, чтобы возложить к пустующему трону стяги внуков, на которых те, со свойственной "потомкам Гефрижа" самонадеянностью, изобразили герб Метрополии: быка и цепь, связавшую семь копий, символизирующих семь колоний. С такшеарцем шло южное ополчение и перебежцы. Армия Конфедерации не решилась остановить Лоджира, (любимого народом и прозванного Стремительным), опасаясь недовольства и бунта. Войско такшеарца три дня переправлялось через Каменные мосты, в Колофраде нашлось немало желающих присоединиться к нему и с триумфом пройти через равнины юга к Патчалу. Шествие конных и пеших, ополченцев и наемников, смуглых южан, диковатых бершанцев и закованных в железные доспехи такшеарцев являло собой впечатляющее зрелище. Южане везли с собой огненные орудия: легкие кулеврины, пушки и пиштали. В том, кто из владетелей займет оставшийся без наследника трон, не сомневался ни один из свидетелей входа войска в Патчал.

  Королевские советники и главы Конфедерации со смешанным чувством приветствовали такшеарца в столице. Месяц спустя Совет предложил трон Лоджиру. Владетель из рода Тошир "милостиво" согласился. Народ ликовал. Совет с тревогой ждал последствий восхождения на трон наглого такшеарца. Последствия долго ждать себя не заставили. Лоджир распустил Совет и объявил себя не просто ставленником, а полноправным королем, начинателем новой династии Хранителей Хартии.

  О тридцатилетнем Лоджире ходило множество слухов, возникающих, не на пустом месте. Господин Агталий, личный секретарь короля, по южной моде выбеливающий волосы и румянящийся подобно женщине, не отходил от властителя ни днем, ни (самое пикантное) ночью. За два с лишним года король ни разу не удостоил вниманием ни одну придворную даму. Столицу наводнили бесовики, их храмы сооружались во всех уголках Метрополии. Пошатнулось положение приближенных ко двору именитых родов. Выросли налоги. Традиционные верования не приветствовались: если храм Единого еще держался и даже заслужил в чем-то одобрение новой власти, то древняя вера в стихии в столице чуть ли не преследовалась. Поговаривали также, что именно Лоджир уговорил братьев Стеха и Бафея двинуться отвоевывать трон деда, вопреки протестам их бабушки, госпожи Сесаны из рода Нейфеер, а потом якобы сам их и предал, застав врасплох непутевых близнецов.

  Сесана Нейфеер была еще жива, ей было около семидесяти лет. Добрейшая Королева при жизни крайне редко о ней упоминала, как и обо всем том, что произошло до момента ее воцарения на трон, но Тайила, припомнив дворцовые слухи, доходившие и до западной резиденции, сумела сложить общую картину того, что произошло через восемь лет после заточения Магреты мужем в монастырь Единого. Сесана, последняя фаворитка Гефрижа (последняя в прямом смысле этого слова, ибо именно она стала свидетелем его смерти, разделив ложе короля за несколько минут до его кончины и приняв его семя в себя как "прощальный дар"), утверждала также, что перед тем как свалиться от удара, король заставил ее поклясться, что ее ребенок, наследник, (именно эта часть рассказа всегда вызывала у скептиков больше всего сомнений) получит трон и все почести Дома Хранителей Хартии. Придворные, ставшие свидетелями последовавшей за этим истерики молодой женщины и всеобщей паники во дворце, однако, поведали собравшимся после смерти короля на Совет главам Конфедерации несколько иную историю. По их словам, король скончался в самый сладкий момент, его тело стащили с визжащей от ужаса фаворитки, и об устном завещании властителя судить было трудно. Вызванные во дворец толкователи подтвердили ненасильственную смерть, а фаворитка принялась трубить по всей столице о "прощальном даре" короля и своей беременности.

  Совет заключил ее под домашний арест в ожидании родов и подтверждения отцовства толкователями. Тогда Сесана через друзей и знакомых принялась распространять слухи об угрожающей ей и ее еще не рожденному ребенку опасности. Беременная фаворитка бежала из королевского дворца на север и укрылась у родных. Она родила сына через семь месяцев после вышеуказанных событий. Четыре вождя независимого Севера преклонили колена перед младенцем, вполне крупным и крепким, несмотря на недоношенность, остальные пять похмыкали, стоя у колыбельки, и от коленопреклонения воздержались. Толкователей к колыбельке не пригласили.

  Магрета несколько раз официально приглашала бастарда посетить королевский двор. Она повторяла, что, взглянув на возможного сына Гефрижа, безо всяких проверок непременно определит подлинность крови. Королева всерьез рассматривала возможность наследования престола юным Терлеем. Сесана отказывалась, утверждая, что боится за жизнь сына. Говорили, что лет в шестнадцать Терлей все же тайно приезжал к Магрете, и что та, увидев молодого человека, воскликнула "подделка", отправила его назад к матери и запретила даже упоминать о родстве с королем. Возможно, то были лишь слухи. Через семь лет, уже будучи мужем и отцом, Терлей нелепо погиб в горах, сорвавшись в пропасть, и Сесана все последующие годы утверждала, что это Магрета подослала убийц.

  Ї Лоджир больше не подчиняется Совету. Главы Конфедерации все странным образом сменились за эти годы, трое из них мертвы. Бершанцы хотят выдать за такшеарца свою дикую принцессу. Вот уж угораздило заиметь под боком таких соседей! Если этот непредсказуемый демонический народ, так опекаемый Лоджиром, станет разгуливать по Метрополии, много крови прольется. Трудное время, Ї проговорил Таймиир, качая головой. Ї Будьте осторожны, вы, трое. О вас ходят странные слухи. Хорошо, что Релана уехала, и жаль, что вы остались здесь сейчас, в такой тревожный момент.

  Ї Какие слухи? Ї с удивлением спросила Тай. Ї Слухи о нас? Кому мы-то помешали?

  Ї И о вас тоже, Ї владетель отвел глаза. Ї Глупости разные говорят. Всем сейчас вольно трепать имя Добрейшей Королевы, и к этому Лоджир тоже, я уверен, приложил руку. Сдается мне, он еще не решил, употребить ли ее славу себе в пользу или опозорить память о ней каким-нибудь извращенным способом. Держитесь подальше от бесовиков, пока они будут здесь. Релане ничего не сообщай, не хватало еще и ее вовлечь в наши несчастья.

  Ї Хорошо, Ї Тай поднялась со стула.

  Ї Да, Тайила, не стоит тебе сейчас помогать слугам, не надо, чтобы тебя, госпожу, видели за грязной работой. Когда все утихомирится, сможешь вернуться к своим привычкам. Помни, мы с Патришиэ очень ценим то, что ты делаешь. Никто не посмеет упрекнуть тебя в том, что ты даром ешь свой хлеб.

  Ї Я поняла, спасибо вам, Ї Тай кивнула.

  Ей было очень приятно услышать от владетеля добрые слова, но его переживания показались ей чрезмерными.

  О Дейдре уже давно не было ничего слышно. После ее бегства Таймиир был сам не свой: стража замка день и ночь прочесывала лес и овраги, растерянные слуги вновь и вновь повторяли, что понятия не имеют о том, куда подевалась королевская воспитанница. Потом Латия призналась, что видела, как Дейдра получила письмо, и даже разглядела на конверте вензель Олезов. Через три дня из Ко-Бароха сообщили, что похожую на беглянку особу видели в уходящей на юг пассажирской карете. В следующую четверть Таймииру пришло письмо из Патчала, в котором Дейдра в высокопарных выражениях благодарила владетеля за "временный" приют, милостиво прощала всех за "непозволительное отношение" к своей особе и намекала на то, что о ее благополучии теперь позаботятся более достойные люди. Сначала Таймиир рвал и метал. Под горячую руку досталось и остальным девушкам. Только то, что ни одна из троих никогда не демонстрировала особого расположения к Дейдре, то, что младшая воспитанница постоянно ссорилась с остальными и выказывала заметное неуважение к Тайиле и Кратишиэ, убедило владетеля в том, что Дейдра запланировала и осуществила побег в одиночестве, возможно, с помощью поклонника. Таймиир запретил упоминать беглянку в своем присутствии. Успокоившись, он с присущим ему юмором уверял всех, что Дейдра сделала ему одолжение, сбежав. Пусть о ней и ее содержании заботятся теперь "более достойные люди", те, кого ему искренне жаль. Кроме добродушной, наивной Латии, никто не скучал по Дейдре. Даже Релана в своем очередном письме высказалась в выражениях, не подобающих именитой особе.

  Релана. В своей комнате Тай высыпала на кровать из конверта желтоватые листы и тонкие картонки гербария под полупрозрачной калькой.

  " Милая Тайила! Пишу тебе самое свое подробное письмо. Помнишь, о чем мы говорили перед моим отъездом? (Вспоминаю, и краска заливает мое лицо - как я могла тогда назвать своего милого Режа никчемышем? Никому не говори об этом, молю!) Я могу теперь позволить себе устроить счастье своих подруг. Кратти нынче же готова спуститься до самых Каменных Мостов, чтобы насладиться красотами Колофрада и теплым южным морем. Более того, я попытаюсь убедить ее остаться со мной. И, зная, как ты любишь Тай-Брел и как велико твое желание остаться в замке, я все же надеюсь уговорить тебя присоединится к ней.