Глава 18. Судьба
Эллис
Вольтер писал: «Те, кто могут заставить вас поверить в абсурд, могут и заставить вас совершать зверства».
Другими словами, будьте осторожны с теми, кому доверяете.
Салли сказал много непостижимых вещей — вещей, которые заставили меня усомниться, пусть даже на мгновение, не только в Картере, но и во мне самой. Мы должны быть тверды в своих убеждениях.
Я не должна сомневаться в любви Картера.
С тех пор как доктор Лейтон подвела меня, я опасаюсь подпускать кого-либо слишком близко. Картер был первым, кто нарушил мои границы, и я люблю его за это, но он наивен, когда дело касается людей и их намерений.
Если бы он не окружил себя личностями вроде Салли и Эддисон, мне бы не пришлось прибегать к таким крайним мерам. Однако я не могу допустить, чтобы кто-то из них забивал ему голову всякими нелепостями.
Я должна защитить нас.
Поэтому забираю окровавленный камень, выброшенную фляжку и бутылку из-под пива и бросаю все это в черный пакет для мусора. Затем снимаю платье и тоже бросаю его в пакет. Оно грязное и покрыто капельками крови.
Бросив все в багажник «Хонды», я натягиваю футболку и джинсы. Я не позаботилась о том, чтобы взять удобную обувь, но, по крайней мере, не забыла самое необходимое.
Беру нож в бардачке.
Это не обязательно. Вообще не планировала использовать оружие против Салли, это было на всякий случай. Но после того, что случилось, я не могу допустить еще одной ошибки.
Спускаюсь к краю водопада и нахожу место на большом валуне. Глубоко вздохнув, я открываю телефон Салли. Адреналин бурлит в моей крови, когда я просматриваю сообщения в поисках тех, что были отправлены мне, но их нет. Нет доказательств, что сообщения были от Салли. Либо сообщения были удалены.
Сердце болезненно стучит в груди. Я навожу большой палец на диалог с Эддисон, открываю его.
Эддисон: Хватит валять дурака. Мы должны убрать ее с дороги. Сейчас же.
Дрожащей рукой проверяю время. Сообщение было отправлено два часа назад.
Эддисон хочет убрать меня с дороги, чтобы заполучить Картера. Чтобы она была единственной девушкой в его жизни.
Я запускаю руку в волосы и хватаюсь за корни.
— Она снова это делает.
«Она не Ирина», — шепчет голос доктора Лейтон.
Нет, она еще хуже. Ирина была жестока ко мне. Эддисон расчетлива. Она кормит Картера ложью, и сговорилась с мерзким подонком, чтобы вымогать деньги и заставить меня покинуть Блэк Маунтин. Все это время притворяясь лучшей подругой Картера.
Все, чего я хочу, — это защитить Картера, а Эддисон мешает.
Мы с Картером были так прекрасно счастливы.
— Очень трудно найти любовь во второй раз.
«Но любит ли он тебя?»
— Да, — отвечаю я, поворачиваясь и глядя на каскад. — Картер любит меня, — я вспоминаю выражение его голубых глаз, когда он смотрел на меня, — выражение чистого обожания. Я хочу видеть этот взгляд всегда.
«Тогда ты знаешь, что нужно сделать».
Холодок пробегает по моей коже, и я вздрагиваю. Кладу телефон Салли себе на колени и смотрю на затемненный экран. Доктор Лейтон говорит это так просто, но на самом деле все иначе. Любить кого-то всей душой — это сокрушительно. И осознание того, что нужно сделать, требует всей силы воли, чтобы довести дело до конца.
Я нахожу утешение в ночи; темная энергия воспоминаний о Картере окружает меня со всех сторон. Я не могу этого ни увидеть, ни почувствовать, но верю, что это реально. Я глубоко вдыхаю, и до меня доносится отчетливый аромат его одеколона.
Да, я знаю, что должна сделать, чтобы он был моим.
Набираю на телефоне Салли сообщение для Эддисон и нажимаю «Отправить».
Салли: Я готов. Встретимся на Утесе Дьявола.
Глава 19. Путаница
Эллис
Вы когда-нибудь слышали, как ваш голос эхом разносится над бездной?
Бас, поглощенный бездонной пустотой. Высокие частоты отражаются в воздухе подобно ангельской песне, перезвон ветра, слышен грохот волн, переходящий в шепот, когда ноты исчезают в небытии.
Звук завораживающе красив.
Я стою на каменистой насыпи, слушая, как затихают последние звуки моего голоса.
Может быть, это безумие — кричать в темноте в полном одиночестве. Но меня всегда интересовала эта странная метафора — о том, производит ли упавшее дерево шум, если рядом никого нет, чтобы услышать. И мне было любопытно.
Сколько одиноких душ покоится на дне оврага?
Услышит ли кто-нибудь меня? Ответит ли кто-нибудь?
Озеро, раскинувшееся у подножия Черной горы, похоже на бездонную пещеру. Сегодня ночью, когда тропу освещает лишь кусочек луны, вершина озера — зеркальное отражение черного неба. Клубы атласно-серых облаков стелются по зеркальной поверхности, как по самой уютной постели.
Все, что мне нужно сделать, это один шаг вперед… и я обрету вечный сон.
Стою на краю обрыва, играя с судьбой. Знакомое покалывающее ощущение скапливается у меня в груди. Адреналин и страх. Это как влюбленность. Опасность так близко, и страшно сделать последний шаг.
Прохладный ветерок ласкает мои обнаженные руки, и я прижимаю их к себе, балансируя на краю пропасти.
Никто не выживает на Утесе Дьявола.
Это одна из первых вещей, которые я усвоила после поступления в Академию Блэк Маунтин.
Я сжимаю рукоять ножа, ожидая, когда часы пробьют девять одиннадцать.
Думаю, это случайность, что мы оказались здесь в это время — как будто все задумано Вселенной. Вся эта космическая, хаотическая энергия циркулирует по кругу до того момента, когда все соединяется воедино.
Звук шагов на тропе заставляет навострить уши. Треск ветки эхом отдается от каменных скал. Мелодичный девичий голос срывается на ругательства.
Я поворачиваюсь к ней лицом, держа нож за спиной.
— Сюда, — зову я.
Звуки внезапно прекращаются, затем на тропе появляется Эддисон с бледным лицом.
— Что ты здесь делаешь?
Она прекрасна. Я могу это признать. Не виню Картера за то, что он поддался на ее ложь. У нее ангельское личико, милая улыбка и невинные глаза.
— Где Салли? — спрашивает Эддисон, оглядывая скалу.
— Его здесь нет, — просто отвечаю я. — Здесь только мы, — это первый раз, когда мы разговариваем друг с другом. Я хочу замедлить этот момент, вдохнуть его полной грудью.
Что в этой девушке так привлекает Картера? Почему она такая особенная?
Почему Ирина была такой особенной?
Я крепче сжимаю рукоять ножа и опускаю руку.
Ей требуется мгновение, чтобы заметить лезвие, но когда она это делает, ее невинные глаза расширяются от понимания. Она тут же поворачивается и бросается вниз по каменистой тропинке.
— Если ты побежишь, — говорю я, догоняя ее, — это только докажет, что ты не готова бороться за него.
Я хватаю ее за руку, впиваясь ногтями в ткань ее кофты.
— Отпусти меня, сумасшедшая сука.
— Ты говоришь прямо как Салли, знаешь? — я тяну ее обратно к Зубу Дьявола. Несмотря на всю свою борьбу, она на удивление слаба. — Тебе должно быть стыдно, что ты общалась с таким мерзким подонком…
Она смотрит на меня с выражением ужаса на лице.
— Что ты с ним сделала?
Теперь, когда я полностью завладела ее вниманием, отпускаю ее руку, но продолжаю держать лезвие в поле зрения.
— Он сам с собой это сделал, Эддисон. Мы все несем ответственность за свой выбор, — я взмахиваю ножом в направлении прохода. — Не хочу причинять тебе боль. Ты здесь не для этого. Пойдем.
Она сопротивляется, и я глубоко вздыхаю.
— Нам нужно поговорить по-женски, — говорю я. — Только ты и я.
— Этого не может быть, — шепчет она себе под нос.
— О, но это так. У наших действий тоже есть последствия, — я подталкиваю ее к краю обрыва, где скала указывает путь на другую сторону пика.
— Ты даже не настоящий психолог! — кричит она на меня. — Ты не закончила колледж. Тебя отправили в психбольницу за убийство…
