немыслимые пласты информации, которые при обычных обстоятельствах никто не смог бы обнаружить и собрать в логические цепочки.
— Это подделка! — заявил Олдман Гиммлер. — Винтер снова занялись фабрикацией данных.
На самом деле и это имело место, но Призрак очень хорошо подделывал доказательства: местные алгоритмы выявить это не могли. В его космической Империи легко бы поняли, но не здесь. Впрочем, всё это было необходимо только чтобы отстоять правду в условиях, когда истинный виновник хорошо подчистил за собой.
— Доказательства перед вами. Источники, записи, а скоро будет и Гастон. Патриарх Ауэр, вам слово.
— Благодарю, — Эзра поднялся с кресла, оглядев зал с беспокойством и одновременно облегчением. — Я всегда говорил, что мы непричастны к взрыву, как и многим делам, что нам приписывают. Действуя в сотрудничестве с Домом Винтер, мы нашли новые доказательства, позволяющие опровергнуть нашу вину во многих приписанных нам преступлениях: вроде незаконной торговли оружием, производстве опасных химических реагентов без лицензии. И тех нарушениях, что якобы выявили забравшие наши предприятия после войны.
Появились новые данные, их структурирование продолжалось. Саммаэль глянул на Эзру, что от него нынче зависел. Он раздумывал, какой из вариантов планов выбрать, какой легче примет Совет, ведь все здесь сдерживают друг друга и чрезмерное усиление и без того могущественных Винтер постараются пресечь.
— Таким образом я выношу на голосование предложение, — сказал наконец патриарх Винтер. — Снять обвинения с Дома Ауэр и вернуть ему статус Великого Дома. Восстановить их благосостояние после окончания войны за счёт Дома Левитан. Это уже не халатность и ошибки, это — злой умысел: преступление против Иллиона. Предлагаю лишить Левитан статуса благородного Дома.
Не понизить статус до Старшего, а лишить всего, сделать простолюдинами. Отдать все активы и служащих им людей под управление Ауэр. Конечно после войны, то, что останется, но всё же это большой шаг.
— Протестую, это возмутительное обвинение, Саммаэль, — Дитрих раскраснелся, осознавая масштаб проблемы, едва веря, что коммуникатор взломали. Это считалось невозможным. Ошибка Гастона и прибытие Винтер ставили всё под удар. — И это обвинение…
— Требует разбирательства, — перебил Саммаэль. — Я вынес предложение, представил Совету то, что мы обнаружили и готовы предоставить для допроса Гастона, как только это будет возможно, хотя и этого достаточно. Ох… старость — скверная штука.
— Целителя в зал! — приказал Эрхард, поскольку Дитрих потерял сознание от перенапряжения. Впрочем, сердечный приступ — не такая уж страшная вещь, да и не настолько стар был патриарх. Броня уже оказывала первую помощь. — Предлагаю отложить совещание на час, когда патриарх Левитан будет в состоянии дать ответ, а все мы хотя бы поверхностно изучим предоставленные данные.
Саммаэль и сам хотел изучить то, что ему прилетало, возражений не последовало.
— Благодарю за жест, — тихо сказал Эзра.
— Благодарности мало, надеюсь, Ауэр не ударят нам в спину. Старый я уже, пора бы Хайману отдавать это место. И каково это?
— О чём вы?
— Эйгон взломал коммуникатор. Не представляю, каким образом. А ещё убил Сигберта, уже второй повелитель на его счету, а ведь он архимаг. И там ещё много чего: Альтер мне прямо признался, что хотел бы себе такого наследника. Так каково это — выгнать подобного человека из Дома? Ещё и увидев, что он пожал плечами и просто перешёл в другой.
— Очень… разочаровывающе. Да, такое определение, само собой в отношении меня. Я сделал много ошибок. Эйгон, он в порядке?
— Нет, лежит без сознания. Не знаю как, но духовным уроном по нему пробили в момент перегрузки. Вроде стабилен, ждём. А пока изучим это.
Саммаэль склонился над присланным ужатым отчётом. День омрачало лишь известие о дочери. У Саммаэля было много детей: правда, лишь один из них был мужчиной. Но остальные дочери покинули Дом, вступив в брак с представителями союзных Старших Домов с сильной родословной. Урсула же отказалась наотрез, осталась Винтер и показала свою полезность. Впрочем, Эйгон её заинтересовал и стал для всех удобной возможностью. Увы, Саммаэль понимал, что теперь от неё внуков не дождётся. Впрочем, главное, что она осталась жива.
Совещание продолжилось, повестку дня отодвинули на второй план. Решением Совета было возобновлено дело о взрыве в Литцен, Левитан как главные виновники защищались всеми силами. Гиммлер же всячески дистанцировались от корабля, терпящего бедствие, заявляя, что не знали о планах Левитан и лишь иногда пытались опровергнуть факты.
* * *
Проснулся и застонал — больно! Повреждения души — настоящее гадство!
— Эйгон! — тут же схватили меня за руку, а потом и обняли! — Эйгон, ты очнулся!
— Да-да, очнулся, — я кое-как похлопал Мию по спине. Тепло и мягко: без брони сидим. В глазах пока плыло, нужно ещё пару минут наладить контакт с телом. — Дай минутку, соберу мысли в кучку.
— Хорошо, конечно!
— Очнулся, всё же очнулся, — Эльза также оказалась около меня, начав едва разборчиво бормотать, так что в размытом поле зрения замаячил огненный факел.
Отпускать меня не собирались, но так даже лучше. Проверка номер раз… моя магия цела, хорошо. А вот память о последних событиях возвращалась нехотя… Всё стабильно, раз здесь сидят.
— Как Урсула?
— Цела… но детей больше иметь не может. Магия смерти ударила в низ живота.
— Скверно, — я сморщился. Зрение сфокусировалось, теперь различал комнату и светло-каштановые волосы Мии, закрывающие часть поля зрения. Зелёные глаза Эльзы смотрели с другой стороны, изучая меня. — Вылечить никак? Хотя она вроде не особо-то и хотела детей иметь…
— Не говори ерунды! — Мия отодвинулась, я встретился с голубыми глазами. Дейсвительно, мысли ещё не прояснились… — Хотела, просто позже, когда всё успокоится. Но… разве что получим ключевую технику Чисин. Ты как?
Вот как… досталось ей, но ничего, магия может многое.
— Травма души, она родимая, ещё сутки минимум не боевой вообще, — я сморщился и стал осматривать себя. В пижамке, руги-ноги целы, очень хочется есть, и размяться. — Долго провалялся?
— Три цикла, — ответила Эльза дрожащим голосом.
«Если точнее — почти восемьдесят часов», — добавил Призрак. — «Никаких серьёзных происшествий не было, хотя теперь есть шанс, что Левитан падут, а Ауэр восстановят статус Великого Дома».
— Это хорошо… — я сосредоточился на себе, подробнее рассматривая душу. — Мать моя… это уже серьёзно.
— Что там? — Эльза и Мия встрепенулись, я же видел, что душа в ещё более скверном состоянии, чем после слияния. Много разрывов в оболочке, почти угасшие выжженые энергетические каналы. Ядра сохранил чудом, повреди я другой канал и магические конструкты в душе лишились бы необходимой подпитки и попросту развалились.
— Сильная травма души. Вру, небоевой дня два. А на полное восстановление, ну… больше декады. Я не эксперт в повреждениях душ. На грани непоправимости, пока моя магия ослаблена и ограничена в мощности выхода. Но
