– Ладно, – сказала она печально, когда он снова поцеловал ее и вышел из комнаты. Он вернулся через пять минут с подносом, который Лиза приготовила для нее, с красивой льняной салфеткой под приборы и полотенцем. Как бы ей хотелось, чтобы не дочь, а она сама могла сервировать стол.
– Ужин в номер, миледи, – сказал Майкл с низким поклоном и поставил поднос ей на колени. Это невыносимо! Как же она устала сидеть одна в своей комнате! Но она не рискнула попросить их, чтобы они поднялись к ней со своими подносами. Они имели право на полноценный ужин. Уставившись на поднос, который он ей принес, она почувствовала, что больше не голодна. Пахло вкусно, но она не могла запихнуть в себя ни кусочка. Она просто сидела, глядя на дымящуюся баранину, а по ее щекам катились слезы. Пока она лежала в спальне, вся ее жизнь прошла мимо нее. Слава богу, что у нее есть Майкл и дети! Она взяла вилку и начала играть с едой. Надо было съесть хоть что-нибудь, чтобы не обидеть Лизу. Как и ее дочь, она тоже была похожа на балерину, но после того, как вся ее жизнь прошла в болезнях, она больше походила на куклу, которую аккуратно положили на кровать. Именно так Майкл относился к ней. Она была куклой, в которой он поддерживал жизнь с того дня, как они поженились, и она была благодарна ему за это. Она думала о том, чтобы отправить письмо по электронной почте, но не хотела, чтобы он почувствовал, как ей грустно. Он хорошо знал ее и понимал иногда даже лучше, чем его отец.
Внизу Майкл и Лиза смеялись, сидя за кухонным столом. Она без умолку щебетала о том, что случилось в школе за день, и о своих друзьях, но ее лучшим другом был отец. Она рассказывала ему все и всегда просила его совета. Она не могла делать это с матерью – ее всегда учили, что мать надо ограждать от всех неприятностей и заботиться о ней почти как о ребенке. И ее отец предупреждал Лизу и брата, когда они были маленькие, чтобы они не нервировали свою мать – Мэгги была слишком слабой. В конечном итоге со всеми своими радостями и переживаниями они обращались не к матери, а к отцу. Мэгги провела всю свою жизнь на обочине, с того рокового дня, когда она каталась на коньках на пруду. Лиза и ее отец оживленно обсудили все новости городка друг с другом. Потом он помог ей убрать посуду, и все это время они болтали. Как и дочь, Майкл не мог дождаться того дня, когда она начнет работать вместе с ним. Это было мечтой всей его жизни, и, повзрослев, она стала мечтать о том же. Они были родственными душами. Было уже начало одиннадцатого, когда Майкл пошел наверх к Мэгги, а Лиза отправилась в свою комнату, чтобы смотреть телевизор и болтать с подружками по телефону. Мэгги не спала, когда он вошел в комнату. Было видно, что ей скучно и одиноко. Она отключила на ночь компьютер и молча лежала, переживая о своем здоровье после визита Майкла в ее комнату перед ужином. То, что она прочла в его взгляде, окончательно испортило ей настроение. Иногда ей хотелось, чтобы он и Лиза не сидели так долго за ужином, но у них всегда было много тем для разговоров, а ей почти нечем было поделиться, так как она ничего не делала целыми днями и была изолирована от внешнего мира. Она могла им рассказать только о том, что узнавала через Интернет. Ее муж и дочь общались с реальными людьми и жили в реальной жизни.
– Устала? – спросил он ее, присев к ней на кровать и внимательно посмотрев на нее. В его взгляде она опять увидела что-то, похожее на мимолетную тень беспокойства. Это всегда пугало ее.
– Нет, я в порядке, – сказала она, улыбаясь, и взяла его за руку. Он взял ее бледную с изящными пальцами ладонь и нежно сжал в своей руке.
– Через несколько минут дам тебе снотворное, дорогая, – пообещал он, словно она с нетерпением ожидала этого. Но это было не так.
– Не надо. Я пока не хочу спать. Давай поговорим еще немного. – Он засмеялся, когда она сказала это, словно она предложила что-то совершенно детское и нелепое, как, например, пойти в зоопарк ночью.
– Посмотри. Я встал в пять утра и посетил своего первого пациента в семь. Потом сделал одиннадцать домашних визитов, потом у меня были приемные часы, и в общей сложности я отработал сегодня двенадцать часов. – Затем он взглянул на часы. – А завтра я должен встать рано, через семь часов прозвонит будильник, чтобы начать все заново. Если ты ожидаешь от меня в этот час интеллектуальной беседы, любовь моя, то я боюсь, что ты будешь серьезно разочарована. Даже без снотворного я усну раньше тебя! И у меня нет времени на обсуждение новостей из Гугл за сегодняшний день.
– Извини! – на ее лице мгновенно появилось выражение вины за то, что она пожелала, чтобы он провел с ней время. – Ты, должно быть, совершенно измотан. – Да, он очень устал и хотел только одного – принять душ и лечь в постель. И он хотел, чтобы она тоже хорошо отдохнула. Она казалась ему измотанной, даже если она утверждала, что не чувствует этого. Он был по-прежнему убежден, что она слишком много времени проводит в Интернете, вместо того чтобы отдыхать.
Майкл подошел к комоду, выдвинул ящик и достал пузырек со снотворным. Он протянул ей таблетку и стакан воды.
– Честно говоря, мне не нужны таблетки, – настаивала она. Если она не могла уснуть, она всегда могла посмотреть фильм на своем компьютере с наушниками. Это было бы намного лучше. Но Майкл отдавал предпочтение лекарствам, так как был врачом.
– А ну-ка, что за разговорчики? Кто здесь врач? – спросил он с деланой строгостью, и она рассмеялась.
– Ты-ты, конечно! Но клянусь, я и без снотворного буду хорошо спать. Обещаю!
– Лучше перестраховаться. Мне будет спокойнее, если ты выпьешь его. – Они жили по правилам больницы. Майкл отвечал за ее лечение и лекарства. Он всегда знал, что лучше для нее, и всегда оказывался прав. Она не любила идти против его воли. И теперь проглотила таблетку и посмотрела на него с улыбкой. На протяжении всей их семейной жизни она была нежной, любящей и послушной женой. Он любил ее все эти годы, независимо от того, насколько она была больна. Он с самого начала знал, что их ждет, и у него не было никаких иллюзий по этому поводу. Он не ожидал, что ей станет лучше, и так оно и было. – Я вернусь через несколько минут, – сказал он и пошел принять душ. Когда он через полчаса вернулся, Мэгги клевала носом и была готова заснуть. Она с трудом открыла глаза и тихо ему улыбнулась.
– Я люблю тебя, – прошептала она уже в полусне.
– Я тоже тебя люблю, – сказал он, лег в постель рядом и поцеловал ее. Она поцеловала его в ответ, а затем заснула на его руках. Он смотрел на нее сверху вниз и осторожно поправил волосы. Он знал, что в один прекрасный день ее больше не будет рядом с ним, и он хотел создать для нее такие удобства, какие только было возможно. Он делал для нее все, что мог. Им довольно долго везло, но он знал, что в один прекрасный день все изменится. В течение многих лет они боролись с неизбежным.
