криков. Просто мягкое, небрежное чавканье и сосущее швырканье.
Полицейский больше ничего не сказал.
...
- Ну, что думаешь?
- Я думаю, ему не следовало беспокоить тебя, - сказал я, поглаживая свой член и слушая, как она пирует давно умершим полицейским.
- Это верно. Кстати, его здесь не было. Это было на моем прежнем месте жительства - пришлось оттуда съехать. Оказывается, люди замечают, когда пропадает полицейский. Их это беспокоит. И гораздо больше, чем пропажа тупых студентов.
Я понимающе кивнул. Джейк определенно был одним из самых тупых студентов.
- Я ведь могу остаться с тобой? - вдруг спросил я. Это был глупый вопрос. Я уже знал, что мы будем вместе навсегда.
Она хихикнула.
- Разумеется, ты останешься со мной, - сказала она так, будто над этим вопросом не было смысла даже задумываться.
- Мои лодыжки... мое плечо... – пробормотал я. Не хотелось жаловаться, но было очень больно.
- Мы исправим это позже. А теперь мне нужно привести себя в порядок. Боюсь, время игр закончилось, и мне нужно поработать.
- Работать?
Кэсси хмуро посмотрела на меня в притворном разочаровании, уперев руки в окровавленные бедра.
- Ты же знаешь, что у меня есть работа. Но это еще не все. Из-за тебя, - она обвиняюще указала на меня, - я должна избавиться от всего хлама Джейка. От его телефона, одежды. Должна оставить ложный след. Это очень много работы. Сегодня ночью спать мне не светит, сам понимаешь. А еще этот беспорядок наверху... просто ужас.
- Прости, - пробормотал я, расстроенный тем, что из-за меня у нее столько проблем.
- Да ладно, по крайней мере, мне удалось немного повеселиться. Я так не играла уже... ну... очень давно.
- Ты должна... играть... чаще, - сказал я, взволнованный воспоминанием о моем друге, висящем на крюке. - Хотел бы я посмотреть, что ты делала с ним наверху.
- О, ты бы ревновал.
- Скорее всего, - сказал я, осознавая скрытый гнев, который все еще бурлил внутри меня, гнев на моего друга за то, что он действовал за моей спиной и явился сюда.
- А теперь будь хорошим мальчиком и оставайся здесь, пока я все улажу. Зайду к тебе завтра перед работой.
Я кивнул.
- Можно задать вопрос?
- Какой?
- Что... ты такое?
Засмеявшись, она шагнула ближе, нависнув надо мной. Не в силах сдержаться, я ткнулся лицом в ее киску. Соленая, окровавленная и восхитительная на вкус, Кэсси издала стон.
- Я... можешь считать меня кем угодно. Но если ты действительно хочешь знать, тогда... - Она выгнула спину и сильнее прижалась к моему языку, наслаждаясь тем, что я делал с ней. – Давай сыграем в интервью, в котором я тебе объясню... все.
Она опустилась к моему члену, схватила за плечи и жестко оседлала. Агония пронзила меня, но не так сильно, как удовольствие и любовь, которую я к ней испытывал. Мои руки пробежались по ее окровавленной коже, хлопья засохших потеков осыпались, пока мы занимались прекрасной, сладкой любовью.
Прошло всего несколько секунд, прежде чем я выстрелил в нее.
Слезы непроизвольно потекли из моих глаз, когда я кончил. Когда оргазм угас, боль снова стала невыносимой. Но никакие муки не имели значения. Ведь я был с ней.
Она залепила мне пощечину.
- Плохой мальчишка. Я же говорила тебе, что у меня есть дела. А теперь...
Кэсси поднялась и подошла к магнитофону, который принесла с собой. Это была старая модель, 80-х или 90-х годов, а может и еще древнее. Она извлекла кассету, перевернула ее и вставила обратно.
- Можешь пока послушать интервью Хэма со мной.
- Кто такой Хэм? – спросил я.
Она кивнула головой в сторону существа рядом со мной.
- Фрэнк Бернли Хэммингтон. Раньше он был репортером. Я для краткости зову его Хэм. Так как теперь он стал гораздо меньше.
Мы оба посмотрели на это существо – Хэма - и рассмеялись. Это было довольно забавно. Я представил, как она называет его полным именем при первой встрече, а затем сокращает обращение все сильнее и сильнее, по мере того как отрезает от него все больше и больше, пока не остается... Хэм.
- Ты позволила ему взять у тебя интервью?
Кэсси рассмеялась.
- Ну да. Подумала, что это будет весело. Я познакомилась с ним в галерее, и когда узнала о его работе, решила, что будет забавно, если он возьмет у меня интервью. Как ты знаешь, я могу быть довольно убедительной, поэтому легко заставила его поверить, что я "бессмертна", - сказала она, изобразив пальцами кавычки вокруг слова, - и заставила его спросить меня об этом.
- Зачем?
Я не мог понять, почему она захотела проводить с ним время. И дать ему интервью? Это казалось смехотворно опасным. Если бы это зависело от меня, я бы не позволил ей давать никаких интервью. Когда мы будем вместе по-настоящему, я прослежу, чтобы она не делала подобных глупостей.
- Зачем? А почему нет? У меня никогда раньше не брали интервью, поэтому я подумала, что это может быть забавно. Поначалу так и было. А потом стало неинтересно, и мне стало скучно. Да ты сам все услышишь.
- Спасибо.
- Я вернусь позже. Веди себя хорошо. Если проголодаешься... - Кэсси снова кивнула головой в сторону Хэма.
Когда она закрывала дверь, я все еще хихикал, тыча пальцем в Хэма[9]и гадая, какой он будет на вкус.
Затем нажал кнопку воспроизведения.
Щелк.
- Так, думаю, запись началась. Хорошо, давай приступим...
...
- По очевидным причинам ты решила не раскрывать своей личности в рамках этого интервью. Тем не менее, не могла бы ты дать нам немного информации о своем прошлом - где и когда ты родилась и что-нибудь о твоем детстве и юности?
- Ну конечно. Я родилась в 1884 году в Лондоне, Англия. Провела там свои ранние годы, прежде чем эмигрировать со своей семьей в Америку, когда мне было 15 лет. После войны я вернулась в Англию. Что касается братьев и сестер, переживших младенчество, в то время у меня было два старших брата, хотя они, конечно, давно умерли. Моя мать немного работала швеей, хотя в наши дни сказали бы, что она занималась домашними делами.
- Была домохозяйкой.
- О, точно. Домохозяйка. А мой отец был тележником.
- Тележником? Не могла бы ты объяснить,
