— Пошли.
Неуверенно она поднялась на ноги, но похоже было, что лорд Сент-Саймон утратил свою рыцарскую галантность. Он по-прежнему стоял у камина, а взгляд его оставался таким же твердым и ироничным. Ладно, подумала Тэмсин, подождем… на этот момент она добилась, чего хотела. Веллингтон относился к ней скорее с симпатией, чем враждебно, и полковник все еще оставался рядом.
Она одарила Веллингтона слабой улыбкой, выражавшей благодарность, и нетвердой походкой побрела к двери, полковник следовал за ней по пятам. Как только дверь за ними захлопнулась, ее поведение резко изменилось. Она бросила на Джулиана шаловливый взгляд.
Он глубоко вдохнул воздух и обратился к адъютанту главнокомандующего :
— Лейтенант, как мне разыскать это помещение?
— Это у вдовы Браганца, сэр, — ответил Сандерсон. — Беленый домик позади госпиталя. Я послал туда ординарца предупредить, так что она вас ждет.
Он посмотрел на Виолетту с нескрываемым любопытством.
— Хозяйка говорит только по-португальски. А… дама?
— Конечно, говорю, — нетерпеливо вмешалась Тэмсин: этот вопрос показался ей абсурдным. Всю свою жизнь, она провела, скитаясь вдоль границ Португалии, Испании и Франции.
Джулиан молча направился к лестнице и зашагал по ступеням, девушка последовала за ним. Наконец они оказались на улице.
— Не спешите так, я и в самом деле устала.
— Ты можешь выбрать для своих штучек другого простака, — сказал он принужденно. — Не знаю, что ты задумала. Но мне, черт возьми, плевать на это. Чем скорее я смогу от тебя избавиться, тем лучше.
— Характер, характер, — пробормотала Тэмсин. — Хотела бы я знать, что такого я натворила, чтобы вызвать подобный приступ раздражения. Думаю, вы из тех людей, что дают волю своему скверному настроению при любом удобном случае. Я слышала о таких, хотя, к счастью, близко с ними не сталкивалась.
— Ты закончила? — прервал он этот монолог, не зная, то ли ему смеяться, то ли кричать от досады.
— Нет еще, — возразила она огорченно. — Но, если вы не способны даже выслушать человека… — Она пожала плечами.
— Напротив, — объявил он. Губы его были крепко сжаты. — Я готов. Давай объяснимся. Хочешь кое-что услышать?
Тэмсин не ответила. Она перескочила через лужу с живостью, несколько противоречащей ее утверждению о полном упадке сил, и бодро сказала:
— Дом вдовы, должно быть, вон тот, слева. Он единственный беленый на этой улице.
Сеньора Браганца, привыкшая к женщинам-партизанкам, не выказала особого удивления по поводу вида Тэмсин. Она настояла на том, чтобы прежде показать гостям весь дом, и наконец привела их в комнатку наверху, под самой крышей, так же как и домик, чисто выбеленную.
— Замечательная комната, — сказала Тэмсин, перебивая словоохотливую вдову, начавшую было превозносить достоинства помещения. — Все, что мне сейчас надо, — это постель. И горячая вода.
Вдова покинула их, чтобы позаботиться о воде, и Джулиан, до этого времени молча глядевший в окно, отрывисто бросил:
— Я ухожу.
— О, нет нужды так спешить, — отозвалась Тэмсин, быстро подойдя к двери и загородив ему дорогу.
Она улыбнулась:
— К чему такая щепетильность, милорд полковник? У нас есть время. Есть даже постель.
— Меня это не интересует, — отрезал он грубо. — Отодвинься.
Она покачала головой — на губах ее мелькала все та же плутоватая улыбка. Она кинула на постель ружье, ловким движением плеча освободилась от перевязи, позволив ей упасть на пол. В следующий момент ее руки оказались на поясе. Джулиан застыл на месте, в его мощной фигуре, будто изваянной из камня, теперь живыми были только глаза. А она тем временем сбросила бриджи и начала расстегивать рубашку. Показались маленькие, совершенной формы, дерзко вздернутые розовые соски. Тэмсин отошла от двери и шагнула к нему, не спуская глаз с застывшего лица.
Руки будто бы сами собой легли на ее груди, и он ощутил, как они заполнили его ладони. Он смотрел сверху вниз на нежный узор голубых вен, просвечивавших под молочно-белой кожей. Быстро билась жилка на шее, и в такт этому биению вздрагивал ее затейливый серебряный медальон.
Тэмсин замерла, словно вслушиваясь в его прикосновения, а руки скользили вниз, по ее груди, стройной талии, коснулись спины, его пальцы пробрались за пояс и поползли вниз к упругой округлости ягодиц.
— Черт бы тебя побрал, девушка, — произнес он, и голос его звучал хрипло в тихой темноте комнаты. — Черт бы тебя побрал, что ты со мной делаешь?
— Можно поставить вопрос иначе; что вы делаете со мной? — сказала она, и ладони ее сошлись за широкой спиной, ноги плотно прижались к его бедрам, ощутив твердость стремившейся вырваться из плена одежды плоти.
Чары были нарушены скрипом деревянных ступеней и звуком шаркающих шагов. Пелена рассеялась. Он резко отдернул руки, будто обжегшись, повернулся и выскочил из комнаты, едва не задев сеньору Браганца, тащившую наверх дымящийся медный кувшин с водой. Джулиан оказался на улице. День уже клонился к вечеру. Воздух сотрясал непрерывный грохот артиллерийской пальбы.
Сент-Саймон поспешил к конюшне, чтобы взять лошадь, и грум, заметив синий огонь, полыхавший в его глазах, плотно сжатый рот и мрачно выдвинутую вперед челюсть, отшатнулся. Полковник выехал из Эльваса и двинулся к лагерю, к своей палатке, к успокоительной прозе военной жизни.
Должно быть, он начал терять рассудок. Она была грязной, хитрой, переменчивой, как ветер, продажной интриганкой, способной на любые капризы, и все же… все же… Она волновала его до глубины существа.
Тэмсин видела из окна, как он шагал по улице с такой поспешностью, будто за ним гнались все дьяволы ада.
— Как неучтиво с вашей стороны, милорд полковник, — бормотала она про себя. — Неужели вы способны чего-нибудь бояться? Но, конечно, не меня?
Едва заметная усмешка тронула ее губы, и она отвернулась от окна, чтобы обсудить с вдовой Браганца плачевное состояние своей одежды.
Глава 6
— Где наша гостья, Джулиан? — спросил главнокомандующий, когда полковник вошел в его апартаменты.
— Я послал Сандерсона, чтобы он проводил ее сюда, — ответил Джулиан, кивком приветствуя остальных пятерых членов штаба, собравшихся на обед к Веллингтону.
— Ну и каково ваше впечатление о ней, Джулиан? — поинтересовался майор Карсон, подавая ему стакан шерри. — Просветите нас.
— Я бы ни капельки ей не доверял, — заявил Сент-Саймон решительно.
— Учитывая, что она и сама-то с капельку, получается совсем немного, — сказал Веллингтон, смеясь собственному каламбуру. Смех его очень напоминал лошадиное ржание.
