— Думаю, что он не был способен рассуждать здраво.
Эш глубоко затянулся и откинулся на спинку сиденья.
— На откровенный вызов это тоже не слишком похоже. Но есть одна деталь, которая до сих пор не дает мне покоя.
Кейт бросила на него вопросительный взгляд.
— Когда я позавчера впервые вошел в церковь святого Марка, я увидел, что возле алтаря кто-то есть. Этот кто-то или стоял на коленях, или был очень маленького роста. Теперь я думаю, что, возможно, это был ребенок.
Я решил, что этот некто вышел из церкви через боковую дверь, но через несколько минут мы осмотрели ее и она оказалась запертой на засов изнутри изнутри. Пройти незамеченным мимо нас этот человек никак не мог, спрятаться тоже было негде.
Кейт и Эш одновременно оглянулись и посмотрели на темневший за кладбищем силуэт церкви.
10
Пар клубами поднимался вверх, касался потолка и влажными каплями стекал по белому кафелю. Слышались только всплески воды и звуки интенсивного трения губки о тело: процесс, происходивший в ванной, представлял собой не только физическое очищение. Эш с таким остервенением тер свое тело, как будто стремился содрать с себя кожу, чувствуя, что мерзкая грязь проникла под нее и испачкала душу. Ощущение совершенно иррациональное, но избавиться от него никак не удавалось. Грязь в конце концов была смыта, но скверна внутри осталась.
Ванна была поистине огромной, эмаль под старинными вертикальными кранами потемнела от времени и покрылась бурыми пятнами; гнутые ножки словно деформировались под невероятной тяжестью. Над массивной квадратной раковиной висело маленькое запотевшее мутноватое зеркало, рядом стоял табурет, бледно-зеленая краска на котором потрескалась и местами облупилась.
Он наконец вылез из воды, мокрые темные волосы облепили голову и тело. Вытерев пальцами глаза и проведя ладонью по небритому подбородку, Эш шагнул из ванны и направился к висевшему на перекладине за дверью большому полотенцу, стараясь не поскользнуться на блестящем гладком полу. Он яростно растирался жесткой тканью, начиная с головы и постепенно двигаясь вниз, как бы продолжая процесс очищения. В какое-то мгновение он вдруг замер, повернулся к двери и прислушался. Но ничего не услышал — Эдбрук погрузился в тишину. Эш закончил вытираться и натянул на все еще влажное, распаренное тело халат.
Выдернув пробку, закрывавшую сливное отверстие, Эш руками стал стирать со стенок ванны грязные следы, оставленные уходящей водой. Как загипнотизированный, он смотрел на образованную водой воронку возле отверстия, и мысли его в эту минуту были далеко, в совершенно ином времени, подхваченные гораздо более мощным водяным вихрем... Потом он вдруг вздрогнул и вернулся к реальности. Эш глубоко вздохнул, и горло наполнил влажный пар, он сделал долгий выдох, чтобы очистить легкие и заставить себя хоть немного успокоиться.
Ванна наконец опустела, Эш направился к дверям и увидел, что ручка тоже мокрая и скользкая. Прежде чем взяться за нее и повернуть, он какое-то мгновение колебался — его не покидало странное ощущение, что за дверью его кто-то поджидает. Из темного, но пустого коридора на него пахнуло холодом.
Приглаживая на ходу волосы, Эш босиком вернулся к себе в спальню. Несмотря на возбужденное состояние, он чувствовал себя смертельно усталым и совершенно разбитым.
Заперев за собой дверь, он направился к бюро, на котором были разложены его записи и наскоро сделанные наброски планировки дома. Теперь рядом с ними стоял и стакан, и Эш торопливо плеснул в него приличную порцию водки. Он сделал большой глоток, потом еще один, подождал, пока тепло разольется в груди, а голова станет ясной, как прежде, потом подошел к окну. Выглянув в парк, он с облегчением увидел, что из этой части дома не видны ни терраса, ни пруд.
Ему не нравились скульптуры в парке и тени, отбрасываемые деревьями и кустами. Мог ли он быть уверен, что они являются именно тем, чем кажутся? Да что, черт возьми, с ним происходит? Он упал в пруд, потому что его кто-то толкнул, но этот кто-то не был собакой! И он подумал... вообразил, что именно этот кто-то был рядом с ним в воде, пытался его утопить. Но это мимолетное видение отступило, его заслонили ужасные воспоминания о событиях, происшедших много лет назад, К черту! Он должен взять себя в руки и начать мыслить логически. С Мариэллами связана какая-то тайна, он чувствовал, что они скрывают от него что-то. Идиот! Он сам не велел им ничего говорить, во всяком случае на этой стадии расследования. Он едва не позволил одному-единственному событию разрушить все остальное. Все члены семьи искренне верят, что их преследуют привидения, он же считал своей задачей разубедить их, представив бесспорные доказательства того, что все происходящее в Эдбруке вызвано вполне земными, рациональными причинами. Привидения, призраки, неприкаянно бродящие души не могут существовать на самом деле. Через день-два, а быть может, и раньше он сумеет это доказать. А сам он вновь обретет уверенность.
Он с отвращением отвернулся от окна и направился к кровати, прихватив по пути бутылку с водкой и стакан. Поставив то и другое на тумбочку возле кровати, чтобы всегда были под рукой, он скинул халат и скользнул под одеяло.
Прикосновение холодных простыней заставило его вздрогнуть. Погасив лампу, он заметил, что тусклая луна почти не дает света. Широко открытыми глазами он смотрел в темно-серое пространство над головой...
* * *
Ни огонька, ни отблеска света изнутри. На фоне черных ночных туч вырисовывалась темная громада Эдбрука. По парку проносился легкий ветерок, он шуршал листвой и шевелил ветви деревьев. В лесу охотились ночные звери и птицы, мгновенно и яростно нанося удары своим жертвам. На стволах деревьев поблескивал зеленовато-голубым светом лишайник, в траве ползали и прыгали жучки. Иногда сквозь разрывы в тучах виднелся бледный, излучающий призрачное сияние диск луны.
Эш спал в доме. Но сон его был тревожным, беспокойным.
Ему снилась вода, вокруг него бурлил и пенился водоворот, давящий со всех сторон. Время от времени ему удавалось чуть приподняться над поверхностью, и тогда с обеих сторон он видел уже недосягаемые, удаляющиеся берега. Он закричал, и рот его наполнился ледяной жидкостью, это ужасное ощущение было ему знакомо.
Стремительное подводное течение тащило его вниз, и он вновь скрылся под водой. В глубине рядом с ним кто-то был, неясная тень, как и он, пытающаяся сопротивляться. Растрепанные волосы вьются вокруг ее лица, руки и ноги лихорадочно барахтаются в воде. Рот у нее тоже открыт, она кричит, протестуя против ужаса, происходящего с ними. Девочка отдаляется от него, очертания ее фигуры становятся все менее ясными, ее поглощает бурлящий поток, но, к своему удивлению, он вдруг ясно видит ее ногу в белом гольфе и замечает, что туфлю она потеряла. Потом девочка исчезает в мутной воде реки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
