плетей, превратив спину в кровавую кашу, раздели догола, и отпустили домой. Пешком. Милосердие в побеждённому, оно такое. Зато бывший зоотехник Ильдус Кабязов пообещал приготовить из оставшихся мелких мохноногих лошадок такую колбасу, что не стыдно будет подать к столу самому президенту. Только подкормить чуть-чуть по особой диете, чтобы мясо конским потом не воняло, и получится ценнейший и редчайший во все времена деликатес — сейчас такое не делают, а потом тупо перестанут делать, отдав предпочтение соевой колбасе из ближайшего супермаркета. Или того хуже — некоторые на вегетарианскую пищу переходят, что вообще за гранью добра и зла. Как же они тогда водку закусывают, эти чёртовы веганы?
Водкой, кстати, по общему согласию занимался Егор Семёнович, недавно выигравший открытый чемпионат посёлка по самогоноварению со своей фамильной двухсолодовой самогонкой. Оно ведь как? Что может быть проще солода? Так ведь нет, ставят брагу на сахаре с вонючими хлебопекарными дрожжами, а потом изобретают способы отбить вкус и запах разнообразными добавками. Кто на ореховой скорлупе настаивает, кто проверенный годами лимон добавляет, а кто вообще на жареной дубовой стружке. Но это всё не то! И перегонки достаточно одной единственной, и послевкусие ржаной корочки остаётся… исходное сырьё, вот главное в самогоне!
А там, даст бог, с годами можно и стоялыми медами заняться. Так, чисто для себя, будущих детей, внуков и правнуков. Нужно всего-то подождать каких-то сорок лет. Нормально, дождётся! Пока можно дикий мёд закупать, хоть и дорого очень, а там обещали пчёл завезти и пасеки устроить. Да, нужно только подождать.
Москва. 15 век от рождества Христова.
Примерно в это же самое время в палатах государя-кесаря Ивана Васильевича тоже шёл разговор о стоялых медах. Боярыня Полина Дмитриевна рассуждала вслух:
— Не вижу смысла метать бисер перед свиньями и ставить европейским гостям хорошие меды. Всё равно не поймут и не оценят, так как привыкли к своей кислятине. Французы, те вообще чуть ли не уксус пьют. Пожалуй, распоряжусь, чтобы сливовую брагу хорошенько процедили, добавили чуток сахару, да спиртом закрепили. Получится в меру кисло, в меру сладко, и уж точно непривычного человека с ног сшибать будет. Заодно и языки развяжутся.
Государю всего двадцать лет, но он воспитывался в строгой, но разумной вольнице, поэтому идею небольшой экономии поддержал, и выдвинул своё предложение:
— Можно ещё пива наварить ячменного, как они привыкли.
— Разве что немцы будут пить, да и то не все, — боярыня Морозова с сомнением покачала головой. — У них пиво считается пойлом для простолюдинов, и даже охочие до него аристократы пьют его тайком от всех, чуть ли не ночью под одеялом. Обойдутся сливовой бражкой, ироды.
В этот раз иродами были представители самого Папы Римского Иоанна Гонзаго Павла, когда-то просто кардинала Гонзаго Колонна. Приехали утрясать детали прибытия Его Святейшества в Москву на свадьбу Иоанна Васильевича, и главное — встречу Папы и Патриарха Московского и Русского в Константинополе. Там не только итальянцы, как можно подумать. Есть и другие национальности, и вообще каждой твари по паре, включая епископов крошечных германских государств.
— А куда у нас Андрей Михайлович запропал? — вдруг поинтересовался государь-кесарь. — Объяснил бы гостям политику партии, а то я уже язык наполовину стёр.
— Вот и сидел бы молча, кивая с многозначительным видом, — хмыкнула Полина Дмитриевна. — Обязательно с каждой сволочью иноземной тебе лично говорить нужно?
— Так интересно же.
— Вот теперь и не жалуйся. А Самарин у нас в Крыму очередной хлебный караван готовит. Мечется бедолага между Феодосией, Азовом и устьем Днепра, кораблики в кучу собирая. Сам знаешь, какой в этом году урожай — весь мир прокормим, да ещё столько же останется.
— А стратегические запасы?
— Обновили и пополнили склады НЗ, не беспокойся. Построили новые в Смоленске, Перми, Новгороде, Киеве, и даже отправили изрядный груз зерна в Мангазею.
— А Касим?
— А что Касим? У него свои склады, вот пусть сам о них и заботится. Но вроде как тоже всё забил под завязку. Не последнее продавать будем. Кстати, вот чует моё сердце, что посланцы Папы Римского будут клянчить скидку на хлеб. Процентов пятьдесят, не меньше просить станут.
Иван Васильевич скрутил фигу и направил её в сторону запада:
— А вот им! Они и так много чего просят, включая освобождение Балканского полуострова от османов.
— Это как раз дело хорошее, — кивнула Полина Дмитриевна. — И деньги на войну у нас есть, и войска более-менее вооружены и обучены. Почему бы не напинать туркам? В нашей истории они уже четыре года как Константинополь захватили.
— Это я помню. Но сейчас и политическая обстановка немного другая, и уже третий султан на их престоле сменился.
— Решать тебе, Ванечка, — улыбнулась боярыня, заранее знавшая о положительном решении. — Как скажешь, так и будет. Скажешь не использовать собранный Андреем Михайловичем флот для армии вторжения, ничего страшного, не обедняем из-за того, что корабли без трофеев вернутся. В первый раз, что ли?
Иван Третий поморщился и с досадой в голосе произнёс:
— Манипулируешь мной, мама Поля?
— Манипулирую, — нисколько не смутилась боярыня Морозова. — Но это же для дела, а не для исполнения моих прихотей. Османский агнец достаточно оброс шелковистой шерстью и заплыл вкусных жирком, и настала пора подстричь его и пустить на шашлык, пока барашек не вырос в злобного барана-людоеда. На самом деле пора, Ваня.
— Да я, собственно, к той же мысли склоняюсь, — государь-кесарь в задумчивости почесал короткую и ещё мягкую бородку, отпущенную для солидности. — Но есть некоторые сомнения в сроках. Мы же Палеолога собирались на ноль помножить чуть позже, не так ли?
— Во-первых, не мы собирались, а турки, — поправила воспитанника Полина Дмитриевна. — А во-вторых, сроки подкорректируем. Ну не утонет нынешний басилевс при нападении османских галер во время путешествия по Чёрному морю, а умрёт от отравленной турецкой стрелы… Главное, что султан нарушит хлебное перемирие и данные гарантии о ненападении на весь срок отсутствия Константина в Царьграде. Турки, они твари коварные.
— Хорошо, — Иван Васильевич хлопнул ладонью по столешнице, наконец-то приняв решение. — Так тому и быть! Готовь указ, мама Поля.
Через несколько минут лазерный принтер выбросил из своего нутра лист белейшей хлопковой бумаги. Осталось только подписать и приложить печатку к капельке алого как кровь сургуча.
А ещё через полчаса в Кремле заработала мощная коротковолновая радиостанция, обеспечивающая связь с Крымом, с Касимовым и бывшим ганзейским Бременом, нынче являющимся столицей Балтийского улуса Чингизской Империи. Война началась.
Константинополь. Ромейская Империя. Спустя две недели от описываемых событий.
Император Константин Палеолог готовился к далёкому и длительному путешествию. Никогда ещё ромейские басилевсы не покидали свою столицу на долгое время, и он будет первым. Оно, конечно, не очень хочется, но свадьба русского государя-кесаря дело такое, что игнорирование сего события обязательно
